Иоанн Златоуст. "Беседы на Книгу Бытие"

1-3 | 4-6 | 7-9 | 10-12 | 13-15 | 16-18 | 19-21 | 22-24 | 25-27 | 28-30 | 31-33 | 34-36 | 37-39 | 40-42 | 43-45 | 46-48 | 49-51 | 52-54 | 55-57 | 58-60 | 61-63 | 64-65 |

БЕСЕДA XLVI
И рече (Сарра): кто возвестит Аврааму, яко млеком питает отроча Сарра, яко родих сына в старости моей? (Быт. XXI, 7). 1. Будем и сегодня, возлюбленные, продолжать вчерашнюю беседу, и снова предложим вам духовную трапезу, чтобы еще раз увидеть, как вы и вчера слышали, неизреченное промышление и снисхождение благого Бога и, с другой стороны, великое послушание праотца и его душевное расположение. Вы видели, как рождение Исаака обрадовало Сарру. Рече же, говорит Писание, смех ми сотвори Господь: иже бо аще услышит, обрадуется со мною (ст. 6). Всякий, говорит, кто услышит об этом, примет участие в моей радости. Велик дар, ниспосланный мне от Бога; он превышает человеческую немощь. Кто, говорит она, не изумится, видя, как я питаю молоком от сосцев своих, уже находясь в крайней старости, и до настоящаго времени будучи безплодною? И как бы сама удивляясь и изумляясь этому событию, Сарра присовокупляет: кто возвестит Аврааму, яко млеком питает отроча Сарра, яко родих сына в старости моей? Так как это событие было выше природы, потому Сарра и говорит: кто возвестит? То есть: кто подумает? Кто бы мог представить себе это? Какой ум в состоянии постигнуть, это? Какое разсуждение достаточно будет для того, чтобы вполне объяснить случившееся? Не столько удивительно, что из камня в пустыне потекли источники вод, когда Моисей ударил по нем жезлом, сколько то, что из утробы, уже омертвевшей, родилось чадо и явились потоки молока. Чтобы всем была очевидна действительность рождения, и чтобы всех, как современников, так и потомков, слышащих об этом, уверить в чуде, Сарра сама питает младенца, и принимает на себя труд вскормить его собственным молоком, и говорит: кто возвестит Аврааму, яко млеком питает отроча Сарра? Не новое ли это, удивительное и сверх всякаго ожидания дарованное мне утешение, что я родила сына в старости моей? Что значит: родих сына в старости моей? Значит: кроме неплодства, самыя лета возраста были таковы, что надобно было отказаться от всякой надежды рождения. Но Господь, устранив все эти препятствия, даровал мне и рождение сына и источники молока. Разсмотрим теперь последующия события. Когда окончилось время питания молоком, видевши Сарра, говорит Писание, сына Агари Египтяныни, иже бысть Аврааму, играюща со Исааком сыном своим; и рече Аврааму: изжени рабу сию и сына ея: не наследит бо сын рабы сея с сыном моим Исааком. Жесток же явися глагол сей зело пред Авраамом о сыне его (ст. 9-11). Посмотри здесь, возлюбленный, как Сарра опять не терпит вольностей Измаила, и не может равнодушно переносить, чтобы сын рабыни обращался так с Исааком. И как прежде, желая смирить высокомерие Агари, в сильном негодовании она заставила ее обратиться в бегство, так и теперь, желая в самом начале обуздать притязания Измаила, и не будучи в состоянии равнодушно терпеть, чтобы сын, рожденный по благодати и дарованный самим Богом, обращался вместе с сыном рабыни-египтянки, она говорит Аврааму: изжени рабу сию и сына ея: не наследит бо сын рабы сея с сыном моим. Сарра видела, что и сама она находится в глубокой старости, и праотец уже достиг преклонных лет (так как оба уже прожили много лет), и опасалась, чтобы, в случае внезапной их смерти, Измаил, по праву рождения от семени праотца, не стал домогаться участия в наследии отца и равнять себя с Исааком, поэтому и стала говорит: изжени рабу сию и сына ея. Пусть, говорит, знает Агарь, что сын рабыни не будет иметь ничего общаго с сыном моим Исааком; да и не прилично, чтобы сын рабыни обращался так близко с сыном госпожи. Впрочем, Сарра поступила в этом случае не несправедливо, а очень справедливо, и так справедливо, что и Сам Бог одобрил ея слова. А праотец, будучи любвеобилен и привязан к Измаилу, с неудовольствием принял слова Сарры. Жесток же, говорит Писание, явися глагол сей зело пред Авраамом о сыне его. Он не об Агари заботился, но имел сострадание к отроку, уже бывшему на возрасте. Заметь же здесь чрезвычайное снисхождение человеколюбца Бога. Он видел, что негодование Сарры на равночестие детей есть чувство обыкновенное, свойственное человеческой природе, но что и Авраам не может равнодушно перенести изгнания Измаила и рабыни (хотя он и не противоречил Сарре по великой своей кротости, однако это казалось ему жестоко, т. е. тяжело. неприятно и невыносимо). Поэтому Господь, со свойственным Ему человеколюбием, желая укрепить союз их единодушия, говорит Аврааму: да не будет жестоко пред тобою о отроце и о рабыни: вся, елика аще речет тебе Сарра, слушай гласа ея (ст. 12). Не принимай, говорит, с скорбию слов ея; но во всем, что ни скажет тебе Сарра, слушай ея.

2. Все то, говорит Бог, что ныне высказывает тебе Сарра касательно Измаила и Агари, прими и послушайся слов ея. Не желай оскорбить ту, которая во все время (сожительства с тобою) показывала столь великую любовь к тебе, которая не один раз, но дважды, чтобы избавить тебя от смерти, жертвовала собою для твоего спасения и стала для тебя виновницею такой славы: и во-первых, сделала то, что ты с таким богатством вышел из Египта; а потом была причиною, что ты удостоился такой чести от Авимелеха. Итак, не позволяй себе предпринимать что-либо вопреки словам ея. Да не иначе и будет впоследствии. Яко во Исааце, рожденном от нея, наречется тебе семя (ст. 12), и он будет твоим наследником. Сына же рабыни сея в язык велий сотворю его, яко семя твое есть (ст. 13). Поэтому сделай так, как она говорит тебе, и послушайся слов ея. Посмотри же теперь, какой вдруг мир, какое единодушие водворились в сожительстве их, как скоро благость Божия скрепила союз их. Воста же, говорит Писание, Авраам заутра, и взя хлебы и мех воды, и даде Агари: и возложи на плещи ея отроча, и отпусти ю (ст. 14). Заметь опять великое благомыслие праведника, и то, как он во всем обнаруживает благочестивое настроение. Когда он услышал слова Сарры: изжени рабу и сына ея, это показалось ему неприятно, потому что он питал любовь к Измаилу. Но когда и Господь тоже повелел, он тотчас исполнил поведенное и забыл естественную любовь свою; он разсуждал, что как скоро Бог повелевает, то всякая страсть должна упраздниться, потому что повелевающий есть Господь природы. Итак рабыня, говорит Писание, взяв хлебы и мех воды, отошла с отроком. Но смотри опять, как, по благоволению Божию к праведнику, и она удостоивается попечения свыше. Изгнанная (Авраамом) Агарь блуждала по пустыне, и, оставшись без воды, нигде не находила для себя никакого утешения. И поверже, говорит Писание, отроча под елию единою (ст. 15). Сердце ея сокрушалось от скорби и любви к сыну, и вот она седяще, сказано, прямо ему издалече, якоже дострелити из лука: рече бо; да не вижду смерти детища моего: и седе прямо ему издалече: воскричав же отроча, восплакася (ст. 16). Но милосердый и человеколюбивый Бог, котораго попечение о нас превосходит всякую любовь отца и матери, услыша глас отрочате от места, идеже бяше (ст. 17), сжалился над отроком и умилосердился над страданием Агари. Он допустил ей только почувствовать свое одиночество, и тотчас даровал ей Свою помощь. И воззва, говорит Писание, Ангел Божий Агарь с небесе и рече, ей: что есть Агарь; не бойся; услыша бо Бог глас отрочища от места, иде же есть (ст. 17). Востани и поими отроча, и ими рукою твоею его: в язык бо велий сотворю его (ст. 18). О, как человеколюбив Господь! Он не презрел ея, хотя она и рабыня была; но по Своему обетованию праотцу, от семени котораго был Измаил, Он удостоивает и Агарь Своего, столь великаго попечения, и говорит: что есть Агарь; не бойся: услыша бо Бог глас отрочища. Востани и поими отроча, и ими рукою твоею его: в язык бо велий сотворю его. Не скорби, говорит, о том, что ты изгнана из дому, потому что о сыне твоем Я буду иметь такое промышление, что и он получит многочисленное потомство. И отверзе Бог, сказано, очи ея (ст. 19), не потому, будто она дотоле не имела зрения, а потому, что и открытые глаза не приносили ей пользы без откровения; свыше. Поэтому, когда Бог хотел показать ей Свое попечение о ней, отверзе, сказано, очи ея, т. е. сообщил Свое откровение ей неведущей, воскресил ея Дух, указал ей путь, так что она увидела и место, где протекали потоки воды. И узре, говорит Писание, кладязь воды живы, и иде и налия мех воды, и напои отроча (ст. 19). В непроходимых местах Господь указал ей путь; и когда она заходилась в таком безпомощном состоянии, не имея никакой надежды на спасение, Он явил ей Свое милосердие, вместе и ее самое утешив и об отроке показав Свое промышление. Так, хотя бы мы находились в пустыне, хотя бы в самых крайних бедствиях, хотя бы не имели никакой надежды на спасение, но как скоро Богу угодно будет (помочь нам), мы не будем иметь нужды ни в чьей помощи, а одна помощь Божия доставит нам все. Если мы приобретем Его благоволение, то никто не преодолеет нас, и мы будем выше всего. И бяше, говорит Писание, Бог со отрочатем, и возрасте и вселися в пустыни (ст. 20). Так, когда мы снискали благоволение Божие, то, хотя бы находились в пустыне, мы будем жить безопаснее живущих в городах, потому что помощь Божия есть величайшая защита и стена неопреодолимая. А чтобы понять, как находящийся в пустыне может быть безопаснее и могущественнее того, кто живет в городах и пользуется большою помощию от людей, вспомним, как Давид, скитаясь из места в место, и проводя жизнь, как странник, был ограждаем вышнею десницею. А напротив Саул, который находился среди городов, водил с собою столько войска, и имел копьеносцев и телохранителей, Саул каждый день трепетал и страшился нападения неприятелей. Тот - одинокий, не имея при себе никого другого, не нуждался в человеческом содействии; а этот, будучи облечен в диадему и нося багряницу, имел нужду в его помощи: царь нуждался в пастухе, облеченный в диадему - в незнатном человеке (1 Царст. гл. XVII).

3. Впрочем, если хотите, начнем слово наше несколько выше, чтобы, вполне представив все это событие, убедиться, что нет ничего сильнее (человека) огражденнаго высшею помощию, и нет ничего слабее лишеннаго этой помощи, хотя бы он был окружен безчисленным множеством войска. Давид был еще очень молод и, по причине несовершеннолетия, жил в доме отца; но как уже наступало время открыться его добродетели, то, получив приказание отца посетить своих братьев, его, послушался и отправился к ним. Пришедши таким образом для свидания с ними, он узнал, что предстоит битва с иноплеменником Голиафом, что весь народ еврейский вместе с Саулом поражен страхом, и сам царь находится в опасности потерять все. Тогда Давид сначала хотел только видеть это новое и странное зрелище, как один человек решился противустать целым тысячам. Но братья, не терпя мужества его духа, стали завидовать ему и говорили: или ты за тем только пришел, чтобы смотреть на сражение (1 Цар. XVII, 28)? Итак не для свидания с нами пришел ты? Посмотри на его благоразумие и великую кротость. Он не говорит им ничего дерзкаго и грубаго, а утишая их пламень и укрощая зависть, отвечает: несть ли речь (ст. 29)? Разве вы не видите, что я не взял и оружия и не становлюсь в ряды войска? Я просто хотел только посмотреть и узнать, откуда у этого человека такая безмерная гордость: яко кто есть инопленник необрезанный сей, иже поносит полку Бога Живаго (ст. 26)? Потом, слыша крайне горделивыя речи его и видя, как все бывшие с Саулом поражены невыразимым страхом, говорит: что сотворите мужу, иже убиет иноплеменника онаго (ст. 26)? И обнаружив такими словами великое мужество души своей, приводит всех в изумление. Саул, узнав об этом, призывает к себе юношу, незнавшаго ничего, кроме должности пастушеской и, видя (малый) возраст его, показывает к нему пренебрежение. Но услышав от него, как он справлялся с медведями, когда они нападали на стада его (не тщеславие побудило этого славнаго мужа разсказать об этом, но необходимость, чтобы и в Саула вдохнуть мужество, и обратить его внимание не на слабость наружную, а на веру, сокровенную внутри, и на помощь свыше, с которою он - юноша был сильнее мужей, безоружный - вооруженных, пастух - воинов), - узнав, говорю, отсюда мужество духа его, царь хотел облечь его в собственное (царское) оружие; но он, возложив на себя это оружие, не мог даже и снести его. А так случилось для того, чтобы тем яснее открылась сила Божия, которая чрез него действовала, и чтобы последствия не были приписаны силе оружия. И так как, облеченный в оружие, он чувствовал тягость, то и сложил его, а взял только пастушескую суму и несколько камней, и с этим вышел против той воплощенной башни [1]. Иноплеменник, с своей стороны, смотря на слабость его возраста, уничижает праведника, и сперва словами нападает на него, как на безсильнаго отрока. Именно, когда он увидел, что Давид выступает против него с пастушескою сумою и несет с собою одни камни, то начал говорит ему почти так: ты думаешь, видно, что ты опять приставлен к овцам и гоняешь каких-нибудь собак? И ты, как будто на гоньбу за какою-нибудь собакою, решаешься на битву со мною с таким оружием? А вот опыт сейчас докажет тебе, что тебе надобно биться не с обыкновенным человеком. Произнося столь надменный слова, он поспешно наступал, потрясал своими военными доспехами и поднимал оружие. Итак, один выступал на борьбу, уверенный в силе оружия, а другой ограждал себя верою и вышнею помощию. И Давид, с своей стороны, прежде всего словами смиряет высокомерие иноплеменника и говорит ему: ты идешь против меня с мечем и копьем, и думаешь победить собственною силою; а я (иду) во имя Господа Бога. Сказав это и взяв из пастушеской сумы один камень, как бы действительно хотел прогнать какую-нибудь собаку, нападающую на стадо, бросил камень пращою; поразив Голиафа в лице, он сразу поверг его (на землю), и немедленно, схватив меч его, отсек ему голову, принес ее к царю, и таким образом положил конец войне. Итак, чрез него и царь нашел себе спасение и все войско его вздохнуло свободно. Стоило посмотреть на это дивное и необычайное дело, как вооруженный был поражен безоружным, опытный в воинском деле пал от (руки) человека, незнавшаго ничего кроме жизни пастушеской. Почему же так сделалось? Потому, что Давид был подкрепляем вышнею помощию, а Голиаф был лишен ея, и потому впал в руки Давида. Но посмотри затем, какия безразсудныя действия производит страсть зависти. Когда царь увидел, что праведник наслаждается великою славою, и что ликующия девы восклицают: победи Саул с тысящами своими, а Давид со тмами своими (1 Цар. XVIII, 7), то не потерпел благодушно таких слов (хотя в самом-то деле ему приписывали более, нежели Давиду), - но был побежден завистию и стал воздавать злом человеку, оказавшему ему добро, и того, кого следовало почитать спасителем и благодетелем, покушался даже умертвить. О, крайнее безумие! О, верх безразсудства! Того, кто сохранил ему жизнь и все войско его освободил от ярости иноплеменника, он стал после того подозревать, как врага, и, нисколько не помня благодеяния, так недавно ему оказаннаго, подпав страсти, помрачив разсудок свой завистию, как каким-нибудь опьянением, стал смотреть на благодетеля, как на неприятеля.

4. Таково зло от этой страсти: она прежде всего вредит самому тому, в ком зарождается. Как червь, зарождающийся в дереве, прежде всего поедает самое дерево, так и зависть прежде всего сокрушает самую душу, породившую ее в себе. А тому, кому завидует, делает не то, чего желал бы ему, а совсем противное. В делах зависти, ты смотри не на начало, а на конец, и прими во внимание то, как самая злоба завидующих доставляет только большую славу тем, которые подвергаются их зависти, потому что страдающие от зависти преклоняют Бога к себе на помощь и пользуются содействием свыше, а завидующий, будучи лишен благодати Божией, легко впадает в руки всем. Порабощаемый прежде всяких внешних врагов собственною страстию, он как бы сокрушает сам себя, и как бы пожираемый невидимыми зубами и таким образом истощаясь сам в себе, так сказать, погружается в бездну. Зная это, будем, убеждаю вас, убегать этой пагубной страсти, и всеми силами исторгать, ее из души своей. Это гибельнейшая из всех страстей и вредит самому спасению нашему; это изобретение самого диавола. Потому и Премудрый говорит: завистию же диаволею смерть вниде в мир (Прем. Сол. II, 24). Что значит: завистию диаволею смерть вниде в мир? Это значит: когда тот злой зверь увидел первозданнаго человека безсмертным, то по злобе своей увлек его к преступлению заповеди и таким образом сделал то, что человек подвергся наказанию смерти. Итак, зависть произвела обольщение, обольщение - преступление, преступление - смерть. Потому сказано: завистию диволею смерть вниде в мир. Видишь ли, какое зло от этой страсти? Возвеличеннаго безсмертием она подвергла смерти. Но тогда как враг нашего спасения, побуждаемый собственною завистию, был причиною того, что первый человек, созданный безсмертным, подвергся осуждению смерти, - благопопечительный и человеколюбивый Господь собственною смертию опять даровал нам безсмертие, так что мы приобрели еще больше, нежели сколько потеряли. Диавол лишил нас рая, а Господь возвел на небо; тот был причиною осуждения нашего на смерть, а этот даровал нам безсмертие; тот лишил нас райскаго блаженства, а этот уготовал нам царствие небесное. Видишь ли премудрость твоего Господа, как он те самыя оружия, которыя завистию диавола направлены были против вашего спасения, обратил, на его же главу? Притом, Господь, не только удостоил нас больших благ (чем в Раю), но и самого диавола предал во власть нашу, сказав: се даю вам власть, наступати на змия и на скорпию (Лук. X, 19). Итак, размышляя обо всем этом, исторгнем зависть из нашей души и будем стараться о приобретении благоволения Божия. Оно - наше оружие непобедимое; оно - наше самое великое могущество; при его помощи и Измаил, хотя был еще юн и находился в пустыне и в крайне затруднительных обстоятельствах, возвеличился и имел в потомстве многочисленный народ, - потому что бяше Бог со отрочатем, говорит Писание (Быт. XXI, 20). Здесь и окончим настоящее наше слово. Итак будем, умоляю вас, презирать настоящее, а стремиться духом к будущему, благоволение Божие почитать выше всего и жизнию добродетельною приобретать себе твердость упования, чтобы и настоящую жизнь провести безпечально, и будущих благ достигнуть, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

БЕСЕДA XLVII
И бысть по глаголех сих, Бог искушаше Авраама (Быт. XXII, 1). 1. Много полезнаго для нас заключается в сегодняшнем чтении из Писания и неизреченное сокровище сокрыто в этих кратких словах. Таковы божественныя изречения: не во множестве слов, но в кратких выражениях содержат великое богатство. Итак, изследуем указанныя слова Писания и тщательно изучим смысл нынешняго чтения. Здесь мы увидим новые примеры и великой добродетели праотца и дивнаго человеколюбия Божия. И бысть, говорит Писание, по глаголех сих, Бог искушаше Авраама. Что означают эти слова: и бысть по глаголех сих, Бог искушаше Авраама? Посмотри, как божественное Писание уже в этих самых словах хочет открыть нам добродетель праведника. Намереваясь поведать нам об искушении, наведенном от Бога на Авраама, Писание предварительно хочет указать нам самое время, в которое праотцу дано было повеление принести (в жертву) Исаака, чтобы ты (полнее) знал великое послушание праотца, и то, как он ничего не позволял себе почитать выше угождения Богу. Что же значит: бысть по глаголех сих? После рождения Исаака, Сарра, видя близкое обращение Измаила с Исааком, как мы вчера об этом беседовали с вами, вознегодовала на это и сказала Аврааму: изжени рабу и сына ея не наследит бо сын рабы с сыном моим, а праотцу показалось это жестоко. Тогда Бог, желая утешить праведника, сказал ему: послушай Сарру, жену твою, и сделай так, как она говорит тебе, и да не будет жестоко пред тобою о отроце и о рабыни: яко во Исааце наречется тебе семя, но и Измаила в язык велик сотворю: яко семя твое есть (Быт. XXI, 10-31). Все данное ему от Бога обетование и благовестие состояло в том, что потомки Исаака размножатся в великий народ. Питаемый этими надеждами, праведник приближался к концу своего поприща, как бы уже получив возмездие за столь великия и непрерывныя скорби и искушения, уже достигнув наконец спокойствия; он видел пред глазами своими преемника, который должен был наследовать ему. Таким образом, говорю, жил в мире праведник, вкушая плоды величайших для себя утешений. Но Ведущий сокровенныя помышления, желая показать нам всю добродетель праведника и ту великую любовь, какую он имел к Богу, - после столь великих обетований и особенно после новаго, недавно бывшаго [1], которое было еще в свежей памяти, - когда Исаак пришел уже в возраст и находился в самом цвете лет, и любовь к нему отца видимо более и более усиливалась, тогда-то именно, после тех слов обетования, после того, как было сказано: в Исааке, наречется тебе семя, и он будет твоим наследником, - по глаголех сих, Бог искушаше Авраама. Что значит: искушаше? Не то, будто Бог это делал по неведению; а Он подверг праотца искушению для того, чтобы и тогдашние современники, и потомки его до настоящаго времени научились, подобно праотцу, иметь такую же любовь (к Богу), и оказывать такое же послушание повелениям Господним. И рече ему (Бог): Аврааме, Аврааме: и рече: се аз (ст. 1). Что значит здесь повторение имени? Это знак великаго благоволения Божия к праотцу, и такой зов давал ему разуметь, что Бог хотел повелеть ему нечто особенно важное. Таким образом, усиленным призванием побуждая его усилить свое внимание и тщательно выслушать глагол Божий, Бог говорит ему: Аврааме, Аврааме: и рече: се аз. И рече: пойми сына твоего возлюбленного, егоже возлюбил еси, Исаака, и иди на землю высоку, и вознеси его тамо во всесожжение, на едину от гор, ихже ти реку (ст. 2). Повеление слишком тяжкое! Дело превышающее силы природы человеческой! Пойми сына твоего возлюбленнаго, егоже возлюбил еси, Исаака. Посмотри, как самыя эти слова только больше воспламеняли и усиливали огонь любви, какую питал праведник к Исааку. Пойми сына твоего возлюбленного, егоже возлюбил еси, Исаака. Каждое слово само по себе достаточно было к тому, чтобы потрясти душу праведника. Не сказал (Бог) просто: Исаака, но присовокупил: сына твоего, - котораго ты получил сверх всякаго чаяния и родить мог в самой глубокой старости; возлюбленнаго, - вожделеннаго твоего, котораго ты так крепко любишь; Исаака, - котораго чаешь иметь своим наследником, от котораго Я обещал размножить потомство твое и размножить столько, что число его сравняется со множеством звезд и с песком на берегу моря. Итак, этого-то самаго сына возьми, и иди на землю высоку, и вознеси его тамо во всесожжение, на едину от гор, ихже ти реку. Для меня удивительно и то, как только мог праведник выслушать такия слова. Этого самаго сына, говорит Бог, столько для тебя вожделеннаго, принеси Мне во всесожжение на одной из гор. Что же праведник? Он не смутился духом, не поколебался в мыслях, не пришел в недоумение при столь странном повелении, не стал размышлять или разсуждать сам с собою так: что это значит? Тот, который сверх всякаго ожидания, даровал мне помощника, по Своему человеколюбию оживотворил омертвевшую утробу Сарры, теперь, когда сын мой уже воспитан, возрос и заходится в цветущих летах, Он повелевает мне умертвить чадо мое и принести во всесожжение? Тот, кто недавно сказал мне: в нем наречется тебе семя, - теперь требует противнаго? Как же исполнятся данныя Им обетования? Как возможно, чтобы от усеченнаго корня произрасли когда-нибудь ветви, или от срубленнаго дерева произошел плод, или из изсушеннаго источника проистекли реки? По человеческому суду это быть не может. Впрочем, для воли Божией все возможно.

2. Ничего однакож подобнаго не подумал этот праведник; но, как благодарный домочадец, он оставил всякое человеческое разсуждение и только об одном заботился, чтобы исполнить повеление; он стал как бы чужд человеческой природе, и всякое сострадание и любовь отеческую поставив ниже повелений Божиих, поспешил приступить к исполнению их. Востав же, говорит Писание, Авраам утро, оседла осля свое: поят же с собою два отрочища и Исаака сына своего, и растнив дрова во всесожжение, востав иде, и прииде на место, еже рече ему Бог, в третий день (ст. 3). Заметь, как человеколюбец Господь самым разстоянием места искушает добродетель праведника. Представь себе, что должен был вытерпеть праведник в течение трех дней, размышляя сам с собою о данном ему повелении, - о том, как он должен собственными руками заклать столь возлюбленнаго сына, а между тем никому не мог сообщить об этом деле, - и подивись боголюбивой и мудрой душе его. Понимая всю важность этого повеления Божия, он решительно никому не открывает его, ни рабам, ни самому Исааку, но один сам собою совершает этот подвиг, и остается несокрушим, как адамант, показав все мужество своего духа, не много размышляя, а с полною готовностию повинуясь мановению Божию. По прибытии к указанному месту, воззрев, говорит Писание, Авраам очима своима, виде место издалече: и рече отроком своим: сядите зде со ослятем (ст. 4 и 5). Заметь и здесь великое благоразумие праведника: он хотел скрыть (свое намерение) даже от слуг своих, во всем показывая пламенное усердие и решительную готовность исполнить волю Божию. Он знал, что это дело было новое и необычайное и что прежде его никто другой не делал ничего подобнаго, - и потому скрывает его от рабов и, оставляя их с ослом, говорит: сядите зде; аз же и детищ пойдем до онде, и поклонившеся возвратимся [2] к вам (ст. 5). Он говорил это, не зная, что будет так; но пророчествовал, вероятно, сам того не зная. А слугам говорил так конечно для того, чтобы скрыть от них настоящее дело и заставить остаться на том месте. Затем праотец отошел с сыном. Взя же Авраам дрова всесожжения, и возложи на Исаака сына своего; взя же в руки огнь, и нож, и идоста оба вкупе (ст. 6). Какое мужество духа! Какая твердость воли! И возложи, говорит Писание, на Исаака дрова всесожжения; а сам взял нож и огонь, и пошли оба (с сыном) вместе. Какими глазами смотрел он на своего сына, несшаго дрова, на которых он спустя немного должен был принести его во всесожжение? Как руки его могли держать огонь и нож? И между тем как в руках он нес огонь чувственный, внутренний огонь воспламенял его сердце и сокрушал всякие (возникавшие в нем) помыслы, возбуждая в нем решимость - победить (настоящее искушение) любовию к Богу и заставляя размыслить, что Тот, Кто дал ему возможность сделаться отцем, даже сверх сил человеческой природы, может и теперь совершить дело, превышающее разум человеческий. Посмотри однакож, как, еще прежде огня чувственнаго, мало-по-малу воспламенялся в нем огонь внутренний и пожигал душу праведника. Рече же, говорит Писание, Исаак ко Аврааму отцу своему. отче (ст. 7). Одного этого слова достаточно было для того, чтобы потрясти всю внутренность праведника. Он же рече: что есть, чадо? Ты называешь отцем того, кто немного спустя будет уже безчаден; и я называю своим сыном того, кто скоро должен взойти на жертвенник, кого я сам буду закалать собственными руками. Сын говорит: вот ты несешь огонь, а я дрова; где же жертва, назначенная для принесения (Богу); где есть овча еже во всесожжение? Представь себе здесь всю муку праведника, - как он мог переносить, что слышал, как мог отвечать сыну, как не поколебался духом, как мог скрыть от сына и не обнаружить предстоящаго дела? Но с твердою мыслию и с мужеством духа он отвечает сыну: Бог узрит себе овча во всесожжение, чадо (ст. 8). Посмотри и здесь, как он опять предвещает будущее, сам того не зная. Таким ответом он думал скрыть от Исаака истину; но сына этими словами он на время успокоил, а сам между тем претерпевал еще большую и сильнейшую скорбь, размышляя об этих самых словах, смотря и на телесную красоту сына, и на благообразие душевное, его послушание, привлекательность и самый возраст его цветущий. Шедше же оба вкупе, приидоста на место, еже рече ему Бог (ст. 9). Пришли, говорит Писание, на высокую гору, которую Бог показал ему, и созда тамо Авраам жертвенник. Опять я изумляюсь мужеству праведника, как мог он создать жертвенник, как достало у него для этого сил, как не сокрушился духом от внутренних страданий? Но вот он и жертвенник воздвиг, и дрова на него положил, и связав Исаака сына своего, возложи его на жертвенник [3]. И простре Авраам руку свою, взяти нож, заклати сына своего (с.10).

3. Не оставим, возлюбленные, этого разсказа без внимания, но подумаем, как не покинула тела душа праотца, как достало у него сил собственными руками связать и возложить на дрова возлюбленнаго, дорогого его сердцу, единороднаго сына. И простре, говорит Писание, Авраам руку свою, взяти нож, заклати сына своего. О, душа боголюбивая! О, дух мужественный! О, любовь крепкая! О, разум, побеждающий человеческую природу! Взять нож заклати сына своего. Но кому здесь более удивляться и изумляться? Мужественному ли духу праотца, или покорности сына? Он не убежал, не огорчился поступком отца своего, но повиновался и покорился его намерению и как агнец безмолвно возлежал на жертвеннике, ожидая удара от руки отца. Когда все было уже приготовлено и не оставалось ничего более, то благий Господь, желая показать, что Он дал ему такое повеление не для действительнаго заклания сына, а для обнаружения всей добродетели праведника, являет наконец и собственное человеколюбие, увенчавая праведника за самое произволение, т. е. самую решимость праотца принимая за действительно принесенную жертву. И воззва и, говорит Писание, Ангел Господень с небесе, и рече: Аврааме, Аврааме (ст. 11). Как скоро Бог увидел, что праведник готов исполнить Его волю и уже приступает к закланию сына, то и взывает к нему с неба: Аврааме, Аврааме! Вот и здесь употреблено повторение (имени), чтобы удержать рвение праведника и этим возгласом остановить руку праотца, уже поднятую на заклание сына. Он же рече: се аз. И рече: да не возложиши руки твоея на отрочища, ниже да сотвориши ему что: ныне бо познах, яко боишися ты Бога, и не пощадел еси сына твоего возлюбленного мене ради (ст. 1.2). Да не возложиши, говорит, руки твоея на отрочища. Я дал Свое повеление не для того, чтобы на самом деле оно было исполнено, и Я желаю не того, чтобы ты заклал своего сына, но чтобы для всех сделалось очевидным твое послушание. Итак, да не сотвориши ему что; Я довольствуюсь самым произволением твоим, и за него увенчаваю и прославляю тебя. Ныне бо познах, яко боишися ты Бога. Посмотри, какое снисхождение в этих словах. Что же? Разве прежде того Господь не знал добродетели праведника, а только теперь узнал ее? Нет; не то Он говорит, будто сам только теперь узнал, - а что? Ныне, говорит, ты всем показал, насколько искренний имеешь ты страх пред Богом. Я, конечно, знал раба Моего; но дело, ныне тобою совершенное, сделается предметом назидания и для современников, и для будущих поколений. Ныне ты всем показал, как ты боишься Бога и усердно исполняешь Его повеления. И не пощадил еси сына твоего возлюбленного мене ради: столь дорогого для тебя и столь искренно тобою любимаго сына ты не пощадил ради Меня, ради требования Моего, ради повеления, даннаго Мною, но Мое повеление предпочел любви к своему сыну. Зато и возьми опять к себе сына твоего. Ведь я обещал тебе умножить потомство от семени твоего. Иди теперь, увенчанный за послушание. Я и одно произволение считаю достойным увенчания и (добрыя) намерения награждаю, и пусть на самом деле сбудется то, что ты сказал слугам твоим и Исааку. Ты обещал им: поклонившеся, возвратимся. Так и будет. А на вопрос: где есть овча еже во всесожжение, ты отвечал: Бог узрит овча во всесожжение. Посмотри же кругом себя, и увидишь предсказанное тобою овча; его и принеси во всесожжение вместо сына. И воззрев Авраам очима своима виде, и се овен един держимый рогами в саде Савек: и иде Авраам, и взя овна. и вознесе его во всесожжение вместо Исаака сына своего (ст. 13). Я видел, говорит Бог, благочестие в сердце твоем: вот и приготовил тебе то, о чем ты предварительно сказал сыну. И взя (Авраам овна) и вознесе его во всесожжение вместо Исаака сына своего. Видишь ли человеколюбие Божие? И жертва совершена, и праотец показал благочестие души своей, получил венец за одно свое (доброе) намерение и, взяв обратно сына, возвратился с безчисленными венцами. А все это было прообразованием креста Христова. Потому и Христос говорил иудеям: Авраам отец ваш рад бы был, дабы видел день мой: и виде, и возрадовася (Иоан. VIII, 56). Как это видел человек, живший за столько лет прежде? В прообразе, в тени. Как здесь овча принесено вместо Исаака, так и словесный Агнец принесен в жертву за весь мир. Истина должна была предъизобразиться в тени. Посмотри же, возлюбленный, как действительно все было преобразовано в тени. Там сын единородный, и здесь Единородный. Там возлюбленный и истинный (сын), и здесь возлюбленный и единосущный Сын, как и говорит Бог Отец: сей есть Сын мой возлюбленный, о немже благоволих (Матф. III, 17). Исаак приносим был отцем во всесожжение, и Христа предал Отец, как восклицает Павел, говоря: иже убо Сына своего не пощади, но за нас всех предал есть его: како убо не и с ним вся нам дарствует (Рим. VIII, 32)? Здесь (явилась) тень; а впоследствии открывается истина вещей гораздо превосходнейшая: в жертву за весь мир принесен словесный Агнец. Он очистил всю вселенную. Он освободил людей от заблуждения и привел к истине. Он сделал землю - небом, не природу стихий изменив, а водворив между земными людьми жизнь небесную. Он уничтожил всякое служение демонам. Чрез Него люди уже не покланяются более камням и деревьям, и одаренные словом не почитают безчувственных (истуканов). Уничтожено всякое заблуждение и света, истины просветил вселенную.

4. Видишь превосходство истины? Видишь, что тень и что истина? И нарече, говорит Писание, Авраам имя месту тому: Господь виде: да рекут днесь, на горе Господь явися (ст. 14). Заметь благочестивыя чувства праведника - как он всякий раз дает названия местам по случившимся на них событиям. Желая увековечить в самом названии этого места, как бы на каком медном столбе, бывшее на горе посещение Божие, Авраам нарек имя месту тому, как говорит Писание: Господь виде. Достаточно было (кажется) для праведника той награды, что он и возвратил себе Исаака живым, и удостоился великой похвалы в словах (Господа): ныне познах, яка боишися ты Бога. Но щедролюбивый Бог, котораго дары и благодеяния всегда превышают наши соображения, осыпает и теперь Своими щедротами праведника, и воздавая ему награды за наградами, говорит опять: и воззва Ангел Господень Авраама вторицею с небесе, глаголя: мною самем кляхся, глаголет Господь, его же ради сотворил еси глагол сей, и не пощадел еси сына твоего возлюбленного мене ради: воистинну благословя благословлю тя, и умножая умножу семя твое, яко звезды небесныя и яко песок в скрай моря: и наследит семя твое грады супостатов: и благословятся о семени твоем вси языцы земнии, занеже послушал еси гласа моего (ст. 15-18). Так как ты исполнил, говорит, повеление Мое и вполне показал свое послушание, то слушай: мною самем кляхся, глаголет Господь. Примечай снисхождение Божие: мною самем, говорит, кляхся, чтобы ты был уверен, что все, сказанное Мною, совершенно исполнится. Как люди, сопровождая свои обещания клятвой, придают им большую твердость и тем успокоивают получающих обещания, так и Господь, применяя человеческое обыкновение, говорит: мною самем кляхся, егоже ради сотворил еси глагол сей и не пощадел еси сына твоего возлюбленнаго мене ради. Заметь человеколюбие Господа. Не пощадел еси, говорит, сына твоего возлюбленного мене ради; а между тем Сам возвращает его (сына) живым. Не смотри здесь, возлюбленный, на конец события, но вникни в расположение душевное, с каким праотец безпрекословно исполнял повеление. А что касается произволения, то праотец уже обагрял свою руку кровию, уже касался ножем груди сына своего и действительно приносил жертву. Потому и Господь, как бы жертва на самом деле была внесена, воздает за то похвалу праведнику и говорит: не пощадел еси сына твоего возлюбленного мене ради. Но если ты не пощадил его ради Моего повеления, то Я пощадил его ради твоего послушания. В награду за такое послушание Я, благословя благословлю тя и умножая умножу тя. Заметь обилие благословения, - это значит: Я еще более умножу семя твое. Сын, закланный в намерении твоем, распространит потомство твое до такого множества, что оно сравняется с числом звезд и с песком, и вси языцы благословятся о семени твоем, занеже послушал еси гласа моего... Все это, говорит, будет даровано тебе за твое великое послушание. Не можем ли и мы получить также безчисленныя блага, если будем оказывать послушание Господу, повиноваться Его повелениям, и подобно праотцу не испытывать Его повелений, а, как благомыслящие рабы, только исполнять их, всякое же суждение о повеленном предоставлять самому Господу? Если так мы приучим сами себя, то и мы будем в состоянии оказывать такое же, как праотец, послушание, и получить такие же венцы. Как же мы окажем свое послушание? Если будем на самом деле исполнять Его заповеди. Не слышателие бо закона, говорит Писание, праведни пред Богом; но творцы закона, сии оправдятся (Рим. II, 13). Да и какая нам польза, если мы будем каждый день слышать (о заповедях Божиих), а об исполнении их радеть не станем,? Поэтому увещаваю всех, поспешим на добрыя дела, - ведь иначе и спастись невозможно, - очистим грехи наши, и таким образом удостоимся милосердия от самого Владыки, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым и Животворящим Духом, слава ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

БЕСЕДA XLVIII
Отвещаша же сынове Хеттеовы ко Аврааму [1]: царь от Бога ты еси в нас: во избранных гробех наших погреби мертвеца твоего (Быт. XXIII, 5, 6). 1. Вы видели вчера, возлюбленные, мужество праотца. Видели душу крепче адаманта. (Видели), как он, сколько от него зависело, по любви своей к Богу, сделался жрецом собственнаго сына, намерением обагрил в крови свою руку и принес жертву; но, по неизреченному человеколюбию Божию, обратно получил сына живым и здоровым, а за свою готовность был прославлен и украшен светлым венцом. Таков был высший его подвиг, который он совершил; здесь вполне обнаружилась его боголюбивая душа. Посмотрим теперь на силу (отеческой) любви этого праведника, - на то, какое попечение прилагает он о своем сыне. После того необычайнаго и чуднаго жертвоприношения, когда он возратился (с горы), постигла его скорбь о Сарре. Выпросив у сынов Хеттеовых владение одною гробницею и купив место, он погреб там умершую жену свою, - и таким образом, со смертию Сарры, праотец делает первое начало своих приобретений. Божественное Писание, во всем показывая добродетель этого праведника, и то, что он вообще все время проводил как странник и пришелец, заметило также и это (обстоятельство), чтобы мы знали, что, пользуясь такою помощию свыше, сделавшись столь славным и получив обещание столь многочисленнаго потомства, он не имел даже собственнаго места (погребения), - не так, как ныне многие делают, заботясь о приобретении полей и сел и всякаго другого богатства без меры. Он имел довольно богатства душевнаго, а о вещественном не прилагал никакой заботы. Да слышат это те, которые вдруг, в одну минуту, хотели бы все захватить в свои руки, которые на все простирают, так сказать, страсть своего корыстолюбия. Пусть они лучше подражают праотцу, который даже не имел места для погребения смертных останков Сарры, и только при этом случае, побуждаемый крайнею необходимостью, купил у сынов Хеттеовых поле и пещеру. А что он был в уважении у жителей хананейских, послушай, как говорят ему сыны Хеттеовы: царь от Бога ты еси в нас: во избранных гробех наших погреби мертвеца твоего; никто же бо от нас возбранит гроба своего от тебе. Но посмотри, как и их научает праведник самыми делами своими, не прежде соглашаясь взять у них гробницу, как заплативши за нее должную цену. Хотя вы, говорит он, и оказываете мне такую благосклонность, но я не согласен взять у вас гробницу прежде, чем отдам за нее надлежащую цену. И дав, сказано, деньги, взял гробницу, и погребе Сарру жену в пещере сельней сугубей, яже есть противу Маврии (Быт. XXIII, 16, 19). Итак (муж), столь славный и уважаемый, имевший такую близость к Богу и пользовавшийся от всех, живших в том месте, таким вниманием, что сыны Хеттеовы называли его даже царем, - такой муж не владел даже пядию земли. Поэтому и блаженный Павел, прославляя добродетель этого праведника, писал: впрок прииде Авраам на землю обетования, якоже на чужду, в кровы вселися со Исааком и Иаковом, с наследникома обетования тогожде (Евр. XI, 9). Потом научая нас, как он с верою странствовал, апостол прибавляет: ждите бо основания имущаго града, емуже художник и содетель Бог. В надежде будущаго, он презирал настоящее и, ожидая больших (благ), мало заботился о благах жизни настоящей. И так (поступал он) еще прежде закона и прежде благодати. Скажи же мне, какое оправдание иметь будем мы, после столь великих благовестий и обетований неизреченных благ, имея столько пристрастия к благам временным, покупая поля, стараясь всегда и во всем блистать, все это приобретая с жадностию и хищничеством, и на самом деле исполняя то, о чем блаженный пророк, рыдая, говорил: горе совокупляющим дом к дому, и село к селу приближающим, да ближнему отъимут что (Ис. V, 8)? Не это ли действительно видим мы каждый день, - не отнимается ли имущество у вдов, не обираются ли сироты, и безсильные не притясняются ли сильными? Но не так (поступал) тот праведник. Желая купить гробницу, хотя и видел он, что те, у кого он просил ее, готовы были ему дать, не прежде однако же согласился взять, как заплативши должную цену. Размышляя об этом, возлюбленные, будем мы, живущие под благодатью, подражать бывшему до конца. Не станем воспламенять в себе страсть к большим и большим приобретениям, я чрез то приготовлять себе только больший и жесточайший огонь, огонь неугасимый, пламень нестерпимый. Если мы останемся в таком хищничестве и любостяжании, то услышим сказанное тому богачу: безумне, в сию нощь душу твою истяжут от тебе, а яже уготовал еси, кому будут (Лук. XII, 20)? Да и для чего, возлюбленный, ты стараешься собрать столько и таких благ? Спустя немного времени, будучи взят отсюда, ты оставишь их здесь, не только не получив от них никакой пользы, но еще понесши на себе бремя грехов с раскаянием, уже тщетным. Сокровища, которыя ты с жадностию собирал, может быть, перейдут в руки твоих врагов, а сам ты подвергнешься за них суду и наказанию. Какое же безумие - трудиться для других, а самому за свои труды терпеть казнь!

2. Но если мы так безпечны были до сих пор, то по крайней мере отныне позаботимся о должном. Постараемся не увеличивать только свое имущество, но и заботиться о справедливости. Дела наши не ограничатся настоящею жизнию, и не всегда мы будем в этой чуждой нам стране; но немного спустя переселимся в отечество наше. Будем же все делать так, чтобы там не терпеть лишения. Конечно, что пользы - в чужой стороне оставить богатства, а в истинном своем отечестве не иметь и необходимо нужнаго? Итак, умоляю вас, поспешим, пока еще есть время, перенести туда то, что приобрели здесь, в чужой земле. Хотя разстояние мест и велико, но перенести туда отсюда очень удобно, потому что готовы для нас люди, могущие перенести туда, - люди, верным путем идущие туда, и в надежной сокровищнице полагающие все, что только мы захотели бы туда чрез них послать. Именно руками бедных полагается в небесных хранилищах то, что мы даем им. А если это так удобно и благонадежно, то для чего мы медлим, почему не делаем этого со всею заботливостию, чтобы найти свое имущество там, где оно наиболее будет нам нужно? Потому-то и праотец (Авраам) жил в Хананейской земле, как чужой ему, ожидая того града, емуже художник и содетель есть Бог (Евр. XI, 10). Итак, если бы мы захотели подражать этому праведнику, то и мы достигли бы того града, и скоро водворились бы в недрах праотца, потому что общение дел доставляет нам общение и блаженства. Но возвратимся, если угодно, к продолжению слова, и посмотрим, как после смерти Сарры праведник заботится о сыне - разумею Исаака. Послушаем, как повествует нам об этом божественное Писание. Авраам же, говорит оно, бяше стар, заматеревший во днех, и Господь благослови Авраама во всех (Быт. XXIV, 1). Для чего Писание замечает нам это? Так как в то время праотец направлял свои заботы об Исааке к тому, чтобы найти ему супругу, то поэтому (Писание) и означает теперь возраст праотца. Когда, говорит оно, достиг он глубокой старости, то, желая отклонить Исаака от родства с хананеями, чтобы он не взял себе жены из среды их, (праотец) призывает благоразумнейшаго из своих домочадцев и, поручая ему это дело, говорит: положи руку твою под стегно мое (ст. 2). На греческом языке написано так: под стегно мое; а по еврейски читается: под чресло. Почему же так говорит праотец? Таков был обычай у древних; также и потому, что здесь было начало рождения Исаака. А чтобы увериться, что таков действительный был обычай, смотри, как он, повелев рабу положить туда руку, тотчас прибавляет: и заклену тя Господем Богом небесе и Богом земли (ст. 3). Заметь, как и раба научает он познавать Творца всяческих, потому что, сказав: Богом небесе и Богом земли, он обозначил (этими словами) все творение. Какая же была клятва? Да не поймеши сыну моему Исааку жены от дщерей Хананейских, с ними же аз живу в них; но токмо на землю мою, идеже родихся, пойдеши, и ко племени моему, и поймеши жену сыну моему Исааку оттуду (ст. 3 и 4). Видишь, какую заповедь праотец дал своему домочадцу? Не оставь же без внимания этих речей, но размысли о намерении праведника; разсуди, как в древния времена не заботились о том, чтобы приобретать много денег, богатства, рабов, или столько-то и столько-то пространства земли, не искали одного внешняго благообразия, а искали красоты душевной и чистоты нравов. Праотец, зная развращение жителей Хананеи, зная и то, какое великое благо - иметь единонравную (с мужем) супругу, с клятвою, заповедует рабу: привести жену Исааку из родственнаго ему племени. Не удерживало его при этом ни разстояние мест, ни другия неудобства; но, зная необходимость этого дела, он прилагает (о нем) все старание, и посылает раба. Праотец так поступает по своей заботливости о добродетели душевной и по отвращению к порокам местных жителей. А ныне едва ли кто захочет и помыслить о чем-нибудь подобном. Напротив, хотя бы жена имела тысячи пороков, ныне ищут только одного, - множества денег, а все прочее считается у них делом второстепенным. Но не знают того, что, как скоро развращено сердце, то, хотя бы притекло неизмеримое богатство, человек весьма легко может придти в крайнее убожество, и что не может быть никакой пользы от богатства, если нет души, способной надлежащим образом употреблять его.

3. Итак, праотец дал рабу точное наставление и связал его клятвою. Посмотрим теперь на благомыслие этого домочадца, как поревновал он боголюбию своего господина. Увидев, что праведник заповедует ему с такою силою, он говорит праотцу: еда убо не восхощет жена ити со мною, хощеши ли сына твоего возвращу в землю, из нея же изшел еси [2] (ст. 5)? Если встретится, говорит он, какое-нибудь препятствие в этом деле, то, чтобы мне не преступить твоего повеления, я спрашиваю тебя, что мне должно наблюдать в таком случае, и угодно ли тебе, чтобы Исаак сам пошел туда, и, взяв там жену, опять возвратился оттуда, если жена не согласится идти со мною, как ты заповедал? Что же праведник? Он не соглашается на это, и говорит: внемли себе, да не возвратиши сына моего онамо (ст. 6). Да тебе и не будет в том нужды, говорит он, потому что Тот, Кто дал мне обетование и обещал до такого множества распространить семя его (Исаака), - Тот и в этом деле благопоспешит тебе. Итак, да не возвратиши сына моего онамо. Господь Бог небесе и Бог земли (ст. 7). Смотри, как и прежде праотец, заклиная раба, поучал его о Творце всяческих, так и теперь, выражая дух молитвенный, повторяет те же слова, - научая таким образом домочадца отправляться в путь с твердым упованием на Бога, и быть уверенным в благополучном окончании дела. Он внушает ему, каким великим благоволением Божиим пользовался он, с самаго начала, и что Тот, Кто воззвал его из отечества и до сих пор так благоустроял его дела, и в самой старости даровал ему сына Исаака, - Тот благопоспешит ему и в предстоящем деле. Господь Бог небесе и земли, говорит он, иже поя мя из дому отца моего, и от земли, в ней же родихся, Тот Самый [3] иже глагола мне [4]: тебе дам землю сию и семени твоему, - Тот, который показал столь великое попечение обо мне. Той послет Ангела своего пред тобою, и поймеши жену сыну моему (Исааку) оттуду (ст. 7, 8). Иди, говорит он, с уверенностью: я твердо верую, что оказавший мне столько благодеяний к прежним милостям присовокупит и эту (новую), и послет Ангела своего пред тобою. Он все предустроит для тебя; Он укажет тебе и жену, и ты, взяв ее, возвратишься. Если же случится (чего да не будет), что жена не согласится идти с тобою, то ты будешь свободен от клятвы. Только да не возвратиши сына моего онамо. Но я не сомневаюсь, что Господь благопоспешит тебе. Показывая таким образом, сколько надеется он на силу Божью, (праотец) запрещает рабу отвести туда (Исаака). После же того, как с такою точностию он дал рабу свое повеление, и освободил его от сомнения (так как раб боялся нарушить клятву, не исполнив повеления), положи, сказано, раб руку свою под стегно Авраама, и кляся ему о словеси сем (ст. 9), т. е. о том, что не отведет туда Исаака. Видишь ли, как с самаго начала раб показал господину свое усердие? Смотри же далее, как от наставлений праотца он сделался еще лучше и стал подражать благочестию праведника. Взявши [5], сказано, десять велблюд [6], и от всех благ господина своего [7], и востав иде в Месопотамию, во град Нахоров. И постави велблюды вне града у кладезя водного под вечер, егда исходят (жены) почерпати воды. И рече: Господи Боже господина моего Авраама (ст. 10-12). Заметь благомыслие раба: Господа вселенной он называет Богом праотца, говоря: Господи Боже господина моего Авраама, - Ты, который оказал ему столько благодеяний. Что же ты удивляешься, если раб называет его Богом Авраама? И сам Бог, показывая, как много ценит он добродетель праведников, говорит: Аз есмь Бог Авраамов, и Бог Исааков, и Бог Иаковль (Исх. III, 6). Итак, раб тот говорит: Господи Боже господина моего Авраама, благоустрой предо мною днесь, и сотвори милость с господином моим Авраамом (ст. 12). Как бы так говорил он: сотвори, да исполнятся его желания, благоустрой все по его намерению; сотвори милость с господином моим Авраамом. Что значит: сотвори милость? Значит - исполни его желание. Потом говорит: се аз стах, у кладезя воднаго, дщери же [8] живущих во граде, исходят почерпати воды. И будет девица, ей же аз реку: преклони водонос твой, да пию, и речет ми: пий [9], и велблюды твоя напою, дондеже все [10] напиются; сию уготовал еси рабу твоему Исааку, и по сему увем, яко сотворил сей милость с господином моим Авраамом (ст. 13, 14). Замечай благоразумие раба: он знал страннолюбие праотца, и то, что девице, которую он должен привести к нему, надобно иметь одинаковый с праведником нрав; потому раб не ищет никакого другого знака, а хочет узнать характер девицы по ея гостеприимству, и говорит: если она наклонит мне водонос, когда я попрошу у ней воды, не только исполнит мою просьбу, но и покажет собственное радушие и скажет: и велблюды твоя напою, - то, таким образом, чрез предложение воды она даст достаточное свидетельство о доброте своего нрава.

4. Разсуди, возлюбленный, как это было важно, что нежная девица, черпавшая воду, не только не отказала (рабу) в просьбе, но и сложила водонос с плеч, и позволила напиться из него просящему, притом чужестранцу и вовсе ей неизвестному, да и не только его, но и всех верблюдов напоила, и таким поступком представила доказательство своего душевнаго благородства. Или вы не знаете, что и мужи многие часто отказывают в таких просьбах? Да что я говорю о подаянии воды? Иногда люди, держащие в руках зажженныя свечи, на просьбы других, подходящих к ним людей - подождать немного и дать им зажечь свою свечу, не хотят и этого сделать, тогда как нисколько не убавится огня, хотя бы и тысячи были желающих зажечь. А здесь - женщина, девица, несущая водонос на плечах, не только не вознегодовала на просьбу, но сделала даже сверх просьбы: и странника напоила, и верблюдов добровольно поспешила напоить. А все это устроил человеколюбец Бог, внявший молитвам праотца и пославший пред ним ангела Своего, чтобы все сделалось так, как просил раб. Таким образом раб на самом деле узнал силу молитв праотца, нашел девицу, какой желал, и видел ея чрезвычайное страннолюбие: и потщася, сказано, и испраздни водонос в поило, и тече [11] на кладязь почерпнути воды, и влия велблюдом всем (ст. 20). Смотри, какая усердная услужливость! В том, что она потщася и испраздни водонос в поило, и тече паки на кладязь - в том именно и является необычайная услужливость девицы. Она не побежала прочь от раба, как незнакомаго, и не отказала в просьбе под видом целомудрия, но с великою кротостию сказала: пий, господине. Подумай только: в таком возрасте какая строгость целомудрия, какая великая кротость, какое усердное страннолюбие! Не ценнее ли это всякаго богатства? Каким сокровищам не предпочтет этого всякий из нас? Вот самое лучшее приданое; вот неисчислимое богатство, вот сокровище, никогда не оскудевающее. Итак, благоразумный раб, видя в этом явный промысел Божий, выразумеваше ю, как сказано, и помолчеваше, да уразумевает, аще благоустрои Бог путь ему, или ни (ст. 21). Что значит: выразумеваше ю? Значит, что он наблюдал и самыя слова девицы, и взор, поступь, одежду и все прочее, и выжидал случая дознать, аще благоустрои Бог путь ему, или ни. Все до сих пор бывшее уже показывало великую и чрезвычайную добродетель девицы. А потому, в вознаграждение за ея послушание и за подаяние воды, раб предложил, как сказано в Писании, усерязи златы и два запястия; и затем тщательно испытывая то, что до нея касалось, спросил ее: чия еси дщерь? Повеждь ми, аще есть у отца твоего место нам витати (ст. 22, 23)? Заметь и теперь ответ девицы. Как прежде, когда он просил у нея воды, она не только исполнила просьбу, но, дав пить ему, напоила потом и верблюдов, - так и теперь на вопрос раба: есть ли место и чья она дочь, - отвечает девица: дщерь Вафуилева есмь, сына Мелхина, егоже роди ему Нахору [12] (ст. 24). Она упоминает об отце и деде, чтобы раб, узнавши их, стал (к ним) благорасположеннее. Заметь же добродушие девицы: на вопрос об отце, она сказывает не только о нем, но и о деде. И когда раб спросил только о том: аще есть место витати? - она отвечает: не только место, но и плевы и сена много у нас (ст. 25). Раб, услышав это и удивившись столь усердному страннолюбию девицы, узнавши также, что он не к незнакомым пришел, а в дом Нахора, который был брат праотцу, - благословив человек, сказано, поклонися Господу (ст. 26). Обрадованный тем, что узнал, и словами девицы, он поклонися Господу, т. е. принес благодарение Владыке, оказавшему такое благоволение праотцу и такое попечение об нем самом, и все так счастливо для него устроившему, и сказал: благословен Господь Бог господина моего Авраама, иже не остави правды своей и истины от господина моего (ст. 27). После того, как раб увидел добродушие девицы и все обстоятельно от нея узнал, он наконец и сам открывает девице, кто он, и своим благодарением Богу объясняет ей, что пришел не из чужого дома, но что пославший его есть брат Нахора. Узнавши это, девица с великою радостию побежала, как говорит Писание. Посмотри, как свое усердие в гостеприимстве она показывает всеми своими поступками - и бегом, и словами, и своим скромным поведением. И текши, сказано, в дом матери своей, поведа по глаголом сим (ст. 28). Все, что услышала от раба, она пересказала родителям. И тече Лаван к человеку вон на кладязь (ст. 29). Вот и этот своим бегом показывает свое усердие. Увидев же человека, стоявшаго у кладязя с верблюдами, сказал ему: гряди, вниди, благословен Господь [13]: почто стоиши вне? Аз же уготовах храмину и место велблюдом (ст. 30). Заметь, как и этот благословляет Господа в присутствии чужестранца, и оказывает ему уже (на словах) большую предупредительность, еще прежде гостеприимства на деле. Гряди, говорит он, вниди, я уже наперед приготовил храмину и место верблюдам. Потом, когда тот вошел, разседла, сказано, велблюды и даде плевы и сено велблюдом, и воду умыти нозе его (ст. 32).

5. Вот как много и заблуждавшиеся еще люди заботились о странноприимстве. И даде воду умыти нози, его, и ноги мужем, иже бяху с ним; и предложи им хлебы ясти (ст. 33). Но примечай здесь благоразумие раба. Что говорит он? Не ям, дондеже возглаголю словеса моя. Вы, говорит он, сделали свое дело; но я не буду думать о своем покое, пока не объясню вам причины, по которой я послан в такой (далекий) путь, и зачем я пришел сюда из Хананеи, и как был введен в ваш дом, - чтобы, узнав все, и вы оказали свое расположение к моему господину. И начал рассказывать так: раб Авраамль есмь аз, Господь же благослови господина моего зело [14] и даде ему овцы и тельцы, сребро и злато, рабы и рабыни, велдлюды и ослы. И роди Сарра, жена господина моего, сына единого господину моему, состаревшемуся ему, и даде ему вся [15], елика имяше. (33 - 36 ст). Смотри, с какою тщательностию обо всем он разсказывает им. Я раб, говорит, Авраама, которого вы знаете. Знайте же и то, что он получил благословение от Господа всяческих, и живет в великом богатстве. Потом, показывая обилие этого богатства, говорит, что он имеет овцы и тельцы, сребро и злато, рабы и рабыни, велблюды и ослы. Слушайте это вы, богатые, покупающие каждый день по нескольку участков земли, строющие бани и увеселительныя места и великолепныя здания, - смотрите, в чем состояло имущество праведника. Нет у него нигде поля, нет нигде зданий, и какой-либо излишней роскоши, а только овцы и тельцы, велблюды и ослы, рабы и рабыни. И чтобы знать, откуда у него было такое множество рабов, (Писание) говорит в другом месте, что все они были домочадцы (Быт. XIV, 14) [16]. Итак, этот господин мой, живущий в таком богатстве и заслуживший великую помощь свыше, уже пришедши в старость, получил от Сарры сына. Имея одного только этого сына, он и поставил его наследником всего: даде ему вся, елика имяше. Сказавши таким образом о славе своего господина и о рождении Исаака, раб далее говорит и о том повелении, которое получил от своего господина, и по которому пришел в Харран. И закля [17] ми, говорит он, господин мой, глаголя: не поймеши жены сыну моему Исааку [18] от дщерей Хананейских, в них же аз обитаю [19], но в дом отца моего пойдеши, и в племя мое, и поймеши жену сыну моему оттуду (ст. 37, 38). Так заповедал он мне. Тогда я, представляя себе неудобства в этом деле, и разсуждая о трудности его, спросил своего господина: что - егда не восхощет жена со мною ити (ст. 39)? Он сказал мне на это: Господь Бог, емуже благоугодих пред ним, он послет Ангела своего с тобою, и благоустроит путь твой; и поймеши жену сыну моему от племене моего и от дому отца моего. Если же не согласится жена идти с тобою сюда, тогда будеши чист от заклинания моего (ст. 40, 41). Итак, господин мой, говорит (раб), дав мне такое повеление и напутствовав этими молитвами, послал меня, и я, ободренный его молитвами, когда пришел к колодцу, то произнес следующия слова: Господи Боже господина моего Авраама, аще ты благоустрояеши путь [20], им же аз иду [21]: се аз стах у кладязя воднаго, и дщери граждан изыдут почерпати [22] воды; и будет девица, ейже аз реку; напой мя от водоноса твоего мало водою, и речет ми: и ты пий, и велблюдом твоим влию, сия будет жена, юже уготова Господь рабу своему Исааку, и по сему уразумею, яко сотворил еси милость господину моему Аврааму (ст. 42 - 44). Так-то, говорит он, молился я внутренне и просил Бога; и еще не кончилась моя молитва, как тотчас же она исполнилась, и слово стало делом. И бысть прежде неже скончати мне глаголющу [23], се [24] Ревекка исхождаше, держащи водонос на раму своем [25], и рекох ей: напой мя, и потщавшися, сня водонос свой [26] и рече: пий ты, и велдлюды твоя напою (ст. 45, 46). Усмотрев в этом явное промышление Божие, я спросил ее: чья она дочь? И узнав из ея слов, что пришел не к чужим, а в дом Нахора, брата господина моего, я осмелился предложить ей усерязи и запястия на руце ея, и благословив, поклонихся Господу, и благослових Бога господина [27] моего Авраама, иже благоустрои мя пояти дщерь брата господина моего (ст. 47). Очевидно, что так устроено Богом, что молитвы господина моего взошли к Нему. Теперь, если вы, с своей стороны, согласны, сотворите вы милость и правду к господину моему: аще же ни, поведите ми (ст. 49). Дайте мне знать об этом, говорит он, чтобы я знал, что должно мне делать. Если вы не согласны будете, я пойду в другое место и обращусь или на десно, или на лево (ст. 49). Но как сам Бог благоустроял все по молитвам праотца, то отец девицы и брат отвечали (рабу): от Господа прииде дело [28] сие, не возможем ти противу рещи зло или благо [29] (ст. 50). Разсказ твой, говорят они, показывает, что все это произошло смотрением Божиим; итак, не думай, чтобы мы стали противиться воле Божией: этого с нашей стороны и быть не может. Вот, девица пред тобою; поем ю, иди, и да будет жена сыну господина твоего, якоже глагола Господь (ст. 51).

6. Видите, как в древния времена заботились о выборе жен для своих сыновей? Как предпочтительно пред богатством искали душевнаго достоинства? Не было у них ни записей, ни договоров, ни прочаго, что бывает ныне; не было разнородных условий, какия вносятся ныне в (брачный) записи, как напр. на тот случай, если муж умрет без детей, если случится то или другое. У древних не было ничего такого, а была запись гораздо важнее и надежнее - нрав невесты. Не было у них - также ни музыки, ни плясок. Ты увидишь это когда узнаешь, как эта девица приведена была к жениху. Раб, услышав слова отца и брата ея, поклонися до земли Богу [30], (ст. 52). Вот, как он при всяком случае возносит благодарение Господу всяческих, потому что сам Господь споспешествовал ему во всем, и, по слову праотца, послал пред ним ангела, все для него устроившаго. Наконец раб, убедившись, что цель его стараний достигнута, изнес сосуды златы и сребряны, и ризы, и даде Ревекке (ст. 53). Теперь смело он услуживает ей, как уже обрученной на словах Исааку, чтит также дарами и брата и мать, и когда увидел повеление своего господина исполненным, тогда наконец позволяет и себе отдохновение. И ядоша, сказано, и пиша, и той и мужи, иже бяху с ним, и почиша. И востав заутра, рече: отпустите мя, да отъиду к господину моему (ст. 54). Как уже все устроилось для меня так успешно, говорит он, и более ничего не остается (мне делать), да и вам это желательно, - отпустите мя, да отъиду к господину моему. Реша же братия ея и мати: да пребудет девица с нами яко десять дней, и посем пойдете [31]. Он же рече к ним: не держите мя; Господь бо благоустрои путь мой во мне; отпустите мя, да иду к господину моему (ст. 55, 56). Для чего, говорит он, отлагать и отсрочивать, когда Бог дал мне во всем такой успех? Отпустите мя, да иду к господину моему. Они же реша: призовем девицу и вопросим ея [32]. И призваша Ревекку, и реша ей: пойдеши ли с человеком сим? Она же рече: пойду. И отпустиша Ревекку, сестру свою, и имения ея, и раба Авраамля, и иже с ним быша, и благословиша Ревекку, и реша ей: сестра наша еси, буди в тысящи тем, и да наследит семя твое грады супостат (ст. 57-59). Посмотри, как эти люди, без собственнаго ведома предсказывают девице будущее, - потому что сам Бог направлял к этому мысли их. Они предвозвещают ей два события: то, что она будет в тысящы тем, и то, что семя ея наследит грады супостат. Видишь ли, как во всех случаях обнаруживается явное промышление Божие, и как Господь Бог всяческих даже чрез неверных предзнаменует будущия события? Возставши же, сказано, Ревекка и рабыни ея, вседоша на велблюды (ст. 61). Вот какую невесту берет праотец! Она ходит за водой, носит водонос на плечах, а теперь всходит на верблюда. Не было там мулов с гривами, разукрашенными серебром, не было толпы слуг, не было той изнеженности, какая видна ныне; у древних женщин была такая крепость, что оне и на верблюдов сами восходили и так совершали свои путешествия. И поидоша, сказано, с человеком. И изыде Исаак поглумитися на поле к вечеру, и воззрев очима своима, виде велблюды идущия (ст. 63). Прогуливаясь, говорит Писание, на поле, Исаак увидел верблюдов. И воззревши Ревекка, виде Исаака, и изскочи с велблюда, и рече рабу: кто есть человек оный, иже идет по полю в сретение нам (ст. 64, 65)? Заметь благородство девицы: увидев Исаака, она спрашивает, кто это. И узнав, что это тот самый, который хочет взять ее за себя, она одевается, как замечено в Писании, в летнюю одежду, а раб, подошедши, все тщательно разсказал Исааку. Посмотри, возлюбленный, как нет здесь ничего излишняго и пустого, нет суетной пышности, нет кимвалов, труб и плясок, нет ни непристойных пиршеств, ни злословий, исполненных всякаго безстыдства, но все честно, все мудро, все скромно. Вниде же, сказано, Исаак в дом матере своея, и поя Ревекку, и бысть ему жена, и возлюби ю; и утешися Исаак по Сарре, матери своей (ст. 67). Вот кому пусть подражают жены. Вот кому пусть поревнуют мужи, - пусть позаботятся таким же образом находить себе невест. Ну, скажи мне, для чего ты с самаго начала (бракосочетания) дозволяешь наполнять слух девицы срамом безстыдных песен и неуместнаго шума? Или не знаешь, как юность легко доступна соблазну. Для чего опозориваешь досточтимое таинство брака? Все это должно изгонять, а с самаго начала приучать девицу к стыдливости. Надо призвать священников, и молитвами и благословениями утвердить в сожительстве единомыслие, чтобы тем и любовь жениха усиливалась, и целомудрие невесты укреплялось, чтобы все способствовало к водворению в их доме добродетели, а диавольския козни уничтожались, и супруги в веселии провели жизнь, соединяемые помощию Божией, которую получить да сподобимся и все мы, благодатию и человеколюбием Господа вашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

© 2003
Библиотека Церкви ЕХБ
г.Дзержинский, М.О.
web-master:
spm111@yandex.ru
Hosted by uCoz