Комментарии

Откровения Иоанна Богослова

 

 

 

                                                                                                                                                                      

  Глава 3на комментарий
     
И Ангелу Сардийской церкви напиши: так говорит Имеющий семь духов Божиих и семь звезд: знаю твои дела; ты носишь имя, будто жив, но ты мертв.  Бодрствуй и утверждай прочее близкое к смерти; ибо Я не нахожу, чтобы дела твои были совершенны пред Богом Моим.  Вспомни, что ты принял и слышал, и храни и покайся. Если же не будешь бодрствовать, то Я найду на тебя, как тать, и ты не узнаешь, в который час найду на тебя.  Впрочем у тебя в Сардисе есть несколько человек, которые не осквернили одежд своих, и будут ходить со Мною в белых одеждах, ибо они достойны.  Побеждающий облечется в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцем Моим и пред Ангелами Его.  Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам.на комментарий
     
И Ангелу Филадельфийской церкви напиши: так говорит Святый, Истинный, имеющий ключ Давидов, Который отворяет - и никто не затворит, затворяет - и никто не отворит:  знаю твои дела; вот, Я отворил перед тобою дверь, и никто не может затворить ее; ты не много имеешь силы, и сохранил слово Мое, и не отрекся имени Моего.  Вот, Я сделаю, что из сатанинского сборища, из тех, которые говорят о себе, что они Иудеи, но не суть таковы, а лгут, - вот, Я сделаю то, что они придут и поклонятся пред ногами твоими, и познают, что Я возлюбил тебя.  10 И как ты сохранил слово терпения Моего, то и Я сохраню тебя от годины искушения, которая придет на всю вселенную, чтобы испытать живущих на земле.  11 Се, гряду скоро; держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего.  12 Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон; и напишу на нем имя Бога Моего и имя града Бога Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Мое новое.  13 Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам.
     
14 И Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия:  15 знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч!  16 Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих.  17 Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды"; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.  18 Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть.  19 Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Итак будь ревностен и покайся.  20 Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною.  21 Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его.  22 Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам.

 

Комментарийвозврат в текст

     Далее идет Ангел Сарда - Откр. 3, 1-6. Еще раз упоминается, что Господь имеет в Своей деснице семь духов Божиих, семь звезд, то есть непоколебимую полноту церкви, которую ничто не может сдвинуть с места. Страшные слова обращает Он к этой общине: "Ты носишь имя, будто жив, но ты мертв", - слова, изобличающие упадок этой церковной общины.

     Мы часто представляем себе первохристианские общины как какой-то заповедник святых. На самом деле и тогда были страсти, и тогда были немощи, и тогда был упадок, и тогда были все те кризисы, которые потрясают нашу церковь теперь. И она побеждала, несмотря ни на что. Почитайте апостольские деяния и послания и увидите, какие смуты раздирали первохристианекую церковь. Поэтому мы не должны унывать, следует смотреть вперед с надеждой.

     Вот грозное предостережение сардийцам: "... ты носишь имя, будто жив, но ты мертв. Бодрствуй и утверждай... вспомни, что ты принял... храни и покайся..." Очевидно, в этой церкви все-таки не все пришли в состояние смятения; несколько человек "не осквернили одежд своих". Что такое белые одежды, в которые облекают побеждающих? Белый цвет был цветом радости, торжества и победы. Кроме того, он был знаком чистоты. Были люди, которые остались чистыми среди всеобщей сумятицы и греха, они и получили радость мессианского царства.

     Откуда символ "книги жизни'"! Когда после разрушения городов их снова заселяли, то основных жителей, особенно знатных людей, записывали в особые списки, которые называли книгами жителей этого города. Такие книги существовали, например, когда заселялся после разорения Иерусалим, и пророки образно писали, что у Бога есть Своя книга, в которую Он записывает всех, кто в Его царство входит, у Него есть книга жизни. И те, кого Он вычеркнул, не войдут в Его Царство, в град Божий... Далее идет город Филадельфия, что значит "братолюбие". Он был построен эллинистическими монархами, и в знак одного из политических союзов был назван "братолюбивым городом" - Филадельфией.

     Откр.3, 7-13. Прежде чем обращаться к филадельфийской церкви, Христос даст Себе еще одно наименование - Тот, Который "Святый Истинный, имеющий ключ Давидов". О ключе Давидовом говорится неоднократно в пророчестве Исайи, ключ Давидов - это ключ в Царство Божие. Это - таинственный ключ, и если Давид им запер, то уже никто не может отпереть, а если он отпер, никто не может запереть. Вот, скажем, одно из таких мест: пророк обращается к одному из благочестивых наместников города - "... и будет он отцом для жителей Иерусалима и для Дома Иудина, и ключ дома Давидова возложу на рамена его - отворит он, и никто не запрет, запрет он, и никто не отворит". То есть никто не может противиться его свершениям: если он отпер, значит так и будет.

     Еще раз подчеркнем, что, если бы вы читали все параллельные места из Ветхого Завета, то увидели бы, что евангелист все время говорит словами Священного Писания.

     Далее дается трогательная характеристика Филадельфийской церкви - "Ты не много имеешь силы". Очевидно, это была маленькая церковь, но она сохранила слово Божие, не отреклась. Это снова обращено ко все нам: мы малое стадо, но надо держаться твердо, и тогда даже внутренние распри нас не поколеблют. Иоанн говорит о "сборище сатанинском", о людях, которые утверждают , что они иудеи, но не таковы, то есть они лжеучители, раскольники, еретики. И перед их лицом малая община сумела сохранить твердость.

     "И как ты сохранил слово терпения Моего, то и Я сохраню тебя от годины искушения... Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон..." Это значит что человек (или церковь, как в данном случае) , будет в Царстве Божием такой же необходимой частью, как колонна, поддерживающая здание: ее нельзя вынуть, иначе здание обрушится.

     "...напишу на нем имя Бога Моего" - в иерусалимском храме священные имена начертывались на двух медных колоннах, стоящих перед входом. И вот, на верных людях и церквах будет написано имя Божие, то есть они станут священными, как часть храма Царствия Божиего, Нового Иерусалима, нисходящего с неба. Иоанн говорит о Новом Иерусалиме, о котором пророчествовали пророки. Пророк Исайя Второй, называемый Второисайей, тексты которого начинаются с 40-й главы книги Исайи, говорит о Новом Иерусалиме, необычайном, отличном от древнего. Этому Иерусалиму и посвящены заключительные главы Апокалипсиса, он есть символ Царства Божиего, грядущего мира. Он утверждается на земле, но одновременно нисходит с неба, от Бога. Здесь Христос говорит о Себе, как о Человеке - "от Бога Моего". Заметьте это - ведь часто в антирелигиозной литературе говорят, что в Апокалипсисе Христос никак не человек, но чисто божественное существо. Но божественное существо не может так сказать: "от Бога Моего и имя Мое новое" и т.д., то есть Христос здесь явно выступает в человеческом облике.

      Наконец, последняя церковь - Лаодикийская: Лаодикия находилась в нескольких десятках километров от Филадельфии.

     Откр. 3, 14-22. Заключительное обращение к Лаодикийской церкви - самое величественное. Здесь Христос прямо называет Себя Божественной Премудростью, или Логосом. "Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия"... Слово "аминь" происходит от слова "эмуна" - вера, верность, твердость. Сказано: "в начале сотворил Бог небо и землю", а Премудрость говорит: "В Премудрости Бог сотворил небо и землю", то есть Премудрость и есть Логос, Слово Божие, творческий лик Бога. Здесь Христос выступает уже как Логос.

     Дальше идет обличение этой церкви, которая решила, что у нее все благополучно. Очевидно, в Лаодикии не было ни гонений, ни каких-либо особенных притеснений, не было ни расколов, ни лжеучителей, - все у них было благополучно. И вот, почувствовав благополучие, церковь начала деградировать. Ни с кем не воюя, ни от кого не обороняясь, она стала впадать в самодовольство, которое Господь обличает здесь самыми жестокими словами: "Ты... не горяч и не холоден... извергну тебя из уст Моих". Эти прекрасные слова обращены не только к церквам, но и к отдельным людям. "Ты говоришь, "я богат... и ни в чем не имею нужды"..., а на самом деле так говорящий "жалок и нищ". Эти слова нам всем надо читать постоянно. Редко найдутся в пророческой книге столь лично направленные слова.

     Иронично обращение Господа к этой церкви, поскольку она считает себя богатой: "советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное..." (то есть веру, которая прошла через горнило); ты, нищий, считающий себя богатым, - поди купи веру, и белую одежду, то есть чистоту, и "глазную мазь", то есть исцеление от греха, и попробуй не бояться искушений.

     Тут же поясняется: "кого Я люблю, тех обличаю и наказываю". Это слова из книги Притчей Соломоновых, они о том, что в трудностях .куется дух человеческий. Заключительные слова главы - одни из самых прекрасных в Новом Завете: "Се стою у двери и стучу"... Господь входит к каждому, кто откроет Ему дверь.

     Идея и чувство обитания Божия с людьми - это старая ветхозаветная идея. Бог пребывает с народом, Он, превышающий все земное, становится как бы земным. Он превращается в огненный столп, славу Свою, идет и белыми клубами опускается в скинию, Он осеняет храм. Храм означает, что люди собираются вокруг ковчега, где пребывает Бог. Но Бог не только здесь находится, Он находится повсюду, слава Его наполняет небо и землю, но здесь Его особое местопребывание, здесь Его скиния. "И слово стало плотью и обитало с нами, полное благодати и истины", - говорит апостол Иоанн. "Обитало" - в буквальном переводе - "построило скинию, построило шатер среди нас". Это общецерковный, общезаветный символ распространяется также и на духовную жизнь. "Приди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны".

     На сем кончаются послания, обращенные к семи церквам, ко всей Церкви и к каждому христианину отдельно.

     Возникает вопрос: что значит "не горяч и не холоден"? Здесь даются два полюса в человеке. Один полюс - с Богом, другой против Бога. Если человек с Богом, это значит, что он стоит на пути к благословлению. Если человек горяч против Бога, он может, как Савл, обратиться, значит, у него душа кипит... Самое страшное - это равнодушие, полное, как в народе говорят: "Ни Богу свечка, ни..." Равнодушие, индифферентность - это болото, в котором погрязает душа. Это смерть души. Я знал многих людей, которые стали истинными христианами, а прежде у них христианство вызывало какое-то отталкивание. А те, которые "в общем" очень благожелательно относились к вере, так всю жизнь и не обратились. Много было таких примеров, таких "гуманных" людей. Для них все это было "заодно", как сказал один из них: "я езжу повсюду - ну, посмотреть что-нибудь интересненькое..." Он не против, но не больше, он и от Бога не отпал и к Богу не пришел, и неизвестно, что он такое.

     У Данте есть такое место, где находятся души подобного рода - после Лимба, перед рекой, через которую Харон переправляет души, носится толпа жалких существ, которых и ад не принимает, и небо не берет; никто их не берет, и они находятся в каком-то междуцарствии, и во главе их - какой-то "великий", совершивший отречение. Толкователи разделяются, и одни считают, что это отрекшийся папа Целестин (хотя многие предполагают, что он был даже святым), а другие считают, что это богатый юноша, который упоминается в Евангелии. И нам всем, и после обращения, и всегда может угрожать такая опасность. Процесса непрерывного возрастания нет, быть не может, и нам не дано. У нас есть процесс постоянного возвращения к юности, возвращения к первой любви.постоянного обновления. Такова история всей Церкви - это всегда возврат к Евангелию, возврат к истокам; иногда христиане круто разделываются с тем, что они накопили, и снова возвращаются вглубь. Даже тяжелый кризис церковного человека, хотя и опасен, но не так опасен, как состояние прелести, когда человек живет и не понимает, что он гибнет, а воображает, что все в порядке. Идут годы, месяцы, а потом - "со святыми упокой", и все оказалось впустую.

     Когда спрашивают, можно ли получить спасение вне церкви, вопрос этот всегда задается без учета самого смысла понятия "спасение". Когда мы говорим о спасении, как о приобщении человека к божественной жизни, мы сразу же можем отдать себе отчет в том, что это приобщение однородным быть не может. Каждый человек приобщается к Богу в свою меру и в свою возможность, как и каждый народ и каждая цивилизация имеет какую-то свою меру к спасению.

     Подлинное и полное приобщение к Богу может быть только через Его непосредственное явление. Конечно, древние мистики и пророки, суфии, дервиши, индийские брахманы - все они через свой мистический опыт в какой-то мере приближаются к Богу. Но все это идет через человеческие усилия, через человеческую устремленность вверх. И только в одном случае, в случае Христа, Бог является непосредственно. Это единственное и самое прямое откровение, поэтому спасение во Христе есть уникальное, единственное в своем роде, то есть самое глубочайшее приближение к Богу, а все остальное - где-то рядом, может быть, гдето очень близко. И когда мусульманин совершает свой намаз, обращаясь в сторону Мекки, то, конечно, он взывает к тому же Богу, что и мы. И этот Бог отвечает ему в солнце пустыни и в тишине ночью отвечает ему. Но никакая пустыня, никакое солнце, никакое мистическое переживание человека не может быть сравнено с тем, что было открыто Самим Богом через воплотившегося Христа. Именно в этом смысле мы говорим, что вне Христа нет того спасения, что во Христе. Какое-то спасение, какая-то приобщенность может быть даже и у атеиста, у человека, мысль которого повернута в ложную сторону, но сердце которого в некоторой степени какую-то крупицу Божьей благодати все-таки получает. А в отношении того, что будет дальше, можно сказать, что дальнейший путь души есть продолжение того, что началось уже здесь. Спасение начинается тут, по эту сторону жизни. Это причастие подается нам тут, в этой жизни, а там оно будет развиваться далее. Пройдут ли те, кто не верил, когда умер, через познание Христа? - Это для нас тайна, которую разберет Господь Бог.

Глава 4на комментарий
     
После сего я взглянул, и вот, дверь отверста на небе, и прежний голос, который я слышал как бы звук трубы, говоривший со мною, сказал: взойди сюда, и покажу тебе, чему надлежит быть после сего.на комментарий   И тотчас я был в духе; и вот, престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий;на комментарий  и Сей Сидящий видом был подобен камню яспису и сардису; и радуга вокруг престола, видом подобная смарагду.  И вокруг престола двадцать четыре престола; а на престолах видел я сидевших двадцать четыре старца, которые облечены были в белые одежды и имели на головах своих золотые венцы.  И от престола исходили молнии и громы и гласы, и семь светильников огненных горели перед престолом, которые суть семь духов Божиих;  и перед престолом море стеклянное, подобное кристаллу; и посреди престола и вокруг престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади.  И первое животное было подобно льву, и второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице, как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему.  И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей; и ни днем, ни ночью не имеют покоя, взывая: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет.  И когда животные воздают славу и честь и благодарение Сидящему на престоле, Живущему во веки веков,  10 тогда двадцать четыре старца падают пред Сидящим на престоле, и поклоняются Живущему во веки веков, и полагают венцы свои перед престолом, говоря:  11 достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу: ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено.

 

Комментарийвозврат в текст

     Откр. 4, 1-2. Картина, которую рисует здесь евангелист, есть как бы иконописное изображение небесного богослужения, где небо - нечто подобное храму, и невидимое присутствие Божие явлено в виде пучка света. Сидящий подобен драгоценному камню, это центр, из которого исходят лучи света, а над ним - радуга, то есть здесь нет никакого антропоморфного, человекоподобного образа. Преклоняющиеся старцы, чудовища с головами живых существ, с телами, "исполненными очей", - все это сверхмировое.неземное богослужение. Сначала рассмотрим его детали, а потом обратимся к общему смыслу.

     Слова "После сего я взглянул..." - это обычное в апокалиптической литературе выражение, обозначающее переход к следующей теме. "После сего взглянул"... - поднял глаза - и нечто происходит. "И вот дверь отверста на небе..." - это означает, что апостол Иоанн созерцает э т о издалека, он сам туда не входит, он остается у врат, а перед ним открывается как бы картина, как бы сцена, которую он видит, но сам в ней не участвует. Когда апостол Павел упоминает о своем состоянии духовного вознесения, он говорит, что "был вознесен до седьмого неба". Здесь же это небо открывается, но апостол Иоанн его только созерцает.

     И вот он слышит голос: - Тебе сейчас будет все это показано. Все, что здесь написано, напоминает какой-то сон, происходит как бы во сне. С другой стороны, каждое слово здесь продиктовано Библией, Ветхим Заветом, и все образы привычны. В самом деле, сон и видение близко родственны между собой, потому что во сне мы вступаем в контакт с некоторыми духовными реальностями, и они воплощаются в те формы, которые свойственны нашему мышлению вообще, нашему опыту в частности, и конкретным событиям нашей жизни в эти годы, месяцы и дни.

     "И тотчас я был в духе..." (Откр. 4, 2) - Отверзшиеся врата - это, конечно, условное выражение, но ведет оно свое происхождение от "врат храма" и "врат скинии". Это врата, которые бывали распахнуты, когда выносили ковчег завета в знак пребывания Бога в народе. Но вот здесь уже нет ковчега и нет храма. Был ли храм в это время уже разрушен, или же он находился в роковой опасности, или это было до разрушения храма - вопрос спорный. Мы говорили вначале, что Апокалипсис датируется промежутком между шестьдесят четвертым и девяносто пятым годом. Но главное - то, что евангелист показывает: земное богослужение -это отблеск некоего богослужения в ином мире, и поэтому для того, чтобы видеть это богослужение, надо иметь особую харизму. "И тотчас я был в духе"... - это вдохновение снизошло на него немедленно.

     "И вот, престол стоял на небе"... - значит, он видит трон. Престол - это трон в данном контексте (образ, взятый из шестой главы пророка Исайи, где Господь восседает на троне; этот же образ содержится в книге Царств, где пророк увидел Господа, восседавшего на троне). Трон - символ царственности, но на нем нет царя, а есть сгусток огня и света, который писатель смог только сравнить с драгоценными камнями, и радуга, которая осеняет этот трон.

     "Двадцать четыре престола" - это человечество, животные, эти чудовища с головами тельца, льва, орла и человека - это керубы, херувимы, олицетворяющие собой тварный мир. Издревле, с первых же книг Библии они олицетворяли вселенную. Особенно ясно это сказано у пророка Иезекииля, где четыре херувима, огромных огненных керуба, похожие на тех, которых изображали ассирийцы и вавилоняне, несут на своих плечах божественную колесницу. И вот, здесь эти же подобия керубов окружают небесный ковчег, и двадцать четыре старца с обеих сторон по двенадцать, - это знак избранников человечества. Одни считали, что это церковь Ветхого Завета и Нового, патриархи и апостолы (что не исключено, если это написано в 90-х годах). Но если в шестьдесят четвертом году, когда, возможно, некоторые апостолы были еще живы, то это уже сомнительно. Христос говорит: "Сядьте на престолах судить двенадцать колен Израилевых", то есть когда Господь приближает к Себе, следовательно, сажает одесную, по правую руку от своего престола, - это означает особое доверие Божие. Есть еще одно толкование, сводимое к следующему: в Иерусалимском храме было двадцать четыре череды священников, которые должны были совершать богослужение в течение суток. И здесь, поскольку совершается некое небесное богослужение, мы находимся в небесном алтаре, здесь эти двадцать четыре старца - это небесные священники, предстатели, представители рода человеческого, небесные двадцать четыре череды.

     "От престола исходили молнии и громы и гласы" - это образ Синая. "И семь светильников огненных горели пред престолом, которые суть семь духов Божиих..." Семь - это полнота духовного мира, семь ангелов книги Товита, которые находятся у Бога, и одновременно полнота церкви, ибо семь ангелов - покровители семи церквей.

     "Перед престолом море стеклянное, подобное кристаллу" ... - обычный в Библии образ мирового космического глобуса, это небо, небесный свод, который напоминает одновременно и море, и прозрачное стекло.

     Четыре животных - это космическая вселенная и они - на ее четырех углах. "Они исполнены очей" - очи, у пророка Иезекииля, - это звезды, которые сверкают на небесной колеснице, и таким образом здесь собрано все мироздание: люди, живые твари и небесные тела. И все они взывают непрерывно, ни днем, ни ночью не переставая: "Свят, свят, свят Господь Саваоф". Это слова из шестой главы пророка Исайи, это песнь ангелов, песнь серафимов.

     Но что значит "ни днем, ни ночью не имеют покоя"? Это означает, что космическое богослужение есть особый род богообщения, и что они имеют постоянное общение с Богом. Богослужение имеет своею целью богообщение, это путь к Богу, а не то, что Богу приносят что-то, в чем Он нуждается. Так вот, небесные существа, духовные существа, которые лежат в основе природы, ангелы и люди находятся там в постоянном общении с Богом. Именно это и означает... "ни днем ни ночью не имеют покоя...", то есть для них нет времени. Они над временем, над бытием, там они взывают: "Свят, свят, свят, Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет". Полагают, что эта песнь была очень древняя, ее пели первые христиане в апостольское время (именно поэтому она и вошла в литургию). Не только природа воздает хвалу Богу, но и вся тварь, особенно двадцать четыре старца, которые падают перед живущим, полагают свои венцы перед престолом.

     Почему они полагают свои венцы? Увенчано все человечество; человек поставлен как царь твари, но в то же время он царь только лишь потому, что получил свою власть свыше, от Бога. Когда он хочет отпасть от Бога, он надевает на себя этот венец и считает его собственным. Когда же истинное человечество стоит перед лицом Божиим, оно падает перед Ним и снимает свой венец. "Достоин Ты, Господи, принять славу, и честь, и силу, ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено". Перед нами небесная евхаристия; воздается слава, честь и благодарение Сидящему на престоле, а благодарение и есть евхаристия. Это начало описания тайны судеб мира некоторые толкователи считают прологом обращения к иудейской церкви - отсюда и по одиннадцатую главу, а с двенадцатой главы - обращение к языческой церкви. Но это деление принимается далеко не всеми. Во всяком случае, повествование о сокровенных судьбах мира начинается с картины видения славы Божией, нарисованной красками ветхозаветных авторов.возврат в текст

Глава 5на комментарий
     
И видел я в деснице у Сидящего на престоле книгу, написанную внутри и отвне, запечатанную семью печатями.на комментарий  И видел я Ангела сильного, провозглашающего громким голосом: кто достоин раскрыть сию книгу и снять печати ее?  И никто не мог, ни на небе, ни на земле, ни под землею, раскрыть сию книгу, ни посмотреть в нее.   И я много плакал о том, что никого не нашлось достойного раскрыть и читать сию книгу, и даже посмотреть в нее.на комментарий  И один из старцев сказал мне: не плачь; вот, лев от колена Иудина, корень Давидов, победил, и может раскрыть сию книгу и снять семь печатей ее.   И я взглянул, и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю.на комментарий  И Он пришел и взял книгу из десницы Сидящего на престоле.  И когда он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых.  И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени,   10 и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле.на комментарий  11 И я видел, и слышал голос многих Ангелов вокруг престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч,  12 которые говорили громким голосом: достоин Агнец закланный принять силу и богатство, и премудрость и крепость, и честь и славу и благословение.  13 И всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море, и все, что в них, слышал я, говорило: Сидящему на престоле и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков.  14 И четыре животных говорили: аминь. И двадцать четыре старца пали и поклонились Живущему во веки веков.

 

Комментарийвозврат в текст

     Откр. 5, 1. Первый акт этого видения - картина престола Божия, которой завершается дантовский "Рай". Второй акт - явление книги, и книга эта - история мироздания, та, которая видна Богу из запредельных высей в законченном и совершенном виде. Не совсем то, что предназначено, - мы не будем употреблять такой жесткий термин, - а то, что вершится на самом деле. Нам трудно вместить это в наше сознание, в нашем измерении бытия всегда остаются возможности идти направо и налево, но вот, если мы посмотрим назад, то увидим, что наш выбор уже нельзя изменить, где-то он уже был сделан. И вот где-то пишутся события; кстати, это совсем по ту сторону времени, что означает выход за предел твари, так как тварь может находиться только во времени. И вот апокалиптики, древние авторы апокрифов, уповали на то, что эта сокровенная книга им раскроется, и в этих своих упованиях они часто приходили к далекому от библейского понимания детерминизму: якобы все определено довольно жестко и иного пути нет. Так считали авторы Книги Еноха, Книги Сивиллы, Книги Юбилеев, Завещания двенадцати патриархов и т.д.

     У пророка Даниила, канонического апокалиптика, это выражено не в такой резкой форме. У него как бы сохраняется альтернатива. Здесь же, у автора Апокалипсиса, хотя, казалось бы, он целиком проникнут тем же духом, ясно сказано: это тайна, в которую никто проникнуть не может. Только тот может проникнуть в нее, кто стоит по ту сторону тварного бытия. Эта мысль дана с глубоко драматичной конкретностью: он видит таинственную книгу, он так стремится узнать, что же будет, что даже плачет, - так ему горько, что будущее закрыто

 (Откр. 5, 4) А ведь христианину не подобает жить будущим и смотреть в будущее, оно закрыто, да и кто это может? Никто. Старец ему говорит, что "лев от колена Иудина, корень Давидов, победил".

     И вот тут-то проявляется сверхчеловеческое достоинство Христа (Откр. 5, 6). Он стоит посреди старцев, - заметьте, - не на престоле, - нет, Христос подходит как искатель, как Тот, кого надо вознести, и когда Он идет по земле, Он добровольно лишает Себя почти всех прерогатив божественности. Он не только нуждается в отдыхе, в сне, в пище, но и страдает и умирает. Он не имеет всякой власти на небе и на земле. И только победив смерть, Он, именно человек Христос, получает эту власть. Он, одновременно являясь человеком, находится по ту сторону твари, поэтому Он и может открыть эту книгу, единственный из всех. Хотя апостол Иоанн еще не дает полной формулы богочеловечества, но он сразу хочет подчеркнуть, что это не просто пророк, вознесенный откуда-то в человеческие глубины. Иисус предстает перед старцами в символическом виде. Он победитель; победитель должен прийти с мечом, на коне, в венце, как потом в Апокалипсисе. Он явится победителем империи. А здесь, "лев от колена Иудина" - по библейскому пророчеству это Мессия, Избавитель. "Корень Давидов" - это тоже явное указание на Мессию-Христа. Он победил и может раскрыть эту книгу. Но, несмотря на то, что Он победил, Он не является во всеоружии, а приходит, как Агнец со знаками заклания, как бы закланным.

     Изобразить этот облик Христа, стоящего перед троном, нельзя, нет таких живописных красок, потому что у Него семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, то есть семь сил Святого Духа (рог в Ветхом Завете и в древневосточной символике всегда обозначал силу).

     Семь очей обозначают полноту Его познания и одновременно - Его взирание на церкви. Они - "суть семь духов Божиих, посланных во всю землю", действующих в церквах. "И Он пришел и взял книгу из десницы Сидящего на престоле". И здесь имеется обращение не только к Сидящему, но и к Самому Агнцу. Присутствующий, совершающий литургию Космос в лице чудовищных херувимов, ангелов и старцев, - все они падают ниц перед Ангелом, а музыкальные инструменты, чаши с фимиамом - это все, как поясняет сам апостол, суть молитвы святых. "Поют новую песнь".

     Что значит "новую песнь"? Тут несколько раз упоминается о новой песне, потому что "старая песнь" - это один из важнейших ветхозаветных гимнов. В данном случае старая песнь считается - "Свят, свят, свят Господь Саваоф". А тут новая, "достоин Ты - это уже обращение к Агнцу - взять книгу и снять с нее печати". Агнец победил, но победил не силой, а тем, что был заклан, и " кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка и народа и племени". "И соделал нас царями и священниками Богу нашему". Эти слова подтверждают общую мысль толкователя о том, что двадцать четыре старца обозначают человечество избранных. Неважно, принадлежат ли двенадцать из них к Ветхому Завету и двенадцать - к Новому, но так или иначе здесь совокупность церкви, как человечества, и человечества как церкви, перенесение на церковь общего усыновления, которое было дано сначала Израилю, а потом всей Церкви.

     Откр. 5, 10." И мы будем царствовать на земле", то есть царство Божие - это владычество благословенных принципов, которые Господь хочет положить в основу творения и которых нет, пока существуют противящиеся силы. И весь Апокалипсис посвящен вот этой брани, этой трагедии, что мир восстает против Бога и противится Ему: он - как бы ответ людям в первые дни первых же гонений. Он -ответ недоумевающим, которые ждали немедленного сошествия Христа в силе и славе, ответ тем, которые не могли понять, почему не совершается массового обращения, такого, как они думали. Мир противится Богу, но, когда Бог будет царствовать.этого уже не будет.И тогда избранные.то есть те, которые пошли за Ним, будут царствовать на земле. Но это не маленькая кучка или горсточка, как думали кумранские сектанты или им подобные группы.Здесь сказано: голос многих Ангелов вокруг престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч", -это число не только ангелов, но и людей.их огромное множество,и они поют песнь. Возможно, это одна из песен ранних христиан о достойности Агнца закланного. Который принимает дары Духа Святого, силу, богатство, премудрость, крепость, честь и славу и благословение.и владеет этими сокровищами. И тут все создание - подчеркивается, что вся црирода на небе и на земле, то есть весь космос воспевает уже славу и Богу, и Агнцу, сидящему, на престоле, "и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков". .

     Тот, кто был Человеком, Тот, Кто был заклан, становится теперь одесную Бога. Иисус как Бог всегда находится в Троице, а как Богочеловек Он поднимается с земли - в этом тайна Вознесения - и входит в божественный мир. После этого идет раскрытие печатей, раскрытие тайны катастроф, которые предшествуют явлению Христа в силе и славе.

     Число четыре - в том случае, когда говорится о четырех животных, - всегда в древности обозначало мировой круг, четыре страны света, полноту такого рода. И когда спрашивали - почему Евангелий четыре, то ранние христианские писатели отвечали: потому что четыре страны света. Многим этот ответ казался странным, но на самом деле это означало символическую полноту, как и квадратный Иерусалим в видении Иезекииля, как четверо ворот; это был такой вселенский, всемирный знак, произошло параллельное развитие, и вот было выбрано четыре Евангелия и четыре животных. Их изображали когда-то отдельно; четыре животных, четыре херувима, изображались в ранних христианских храмах, а уже потом - евангелисты, а потом они как-то слились. По поводу этого уже есть последующие толкования, но чисто произвольные, которые каждый может придумать.

     Обычные традиционные толкования сводятся к тому, что евангелист Матфей символизируется человеком, потому что он начинает с человеческой родословной Христа. Евангелист Марк изображается со львом, потому что он начинает с описания пустыни и Крестителя. Евангелист Лука - с тельцом, потому что он начинает с описания жертвоприношения в храме, совершаемого Захарией. А апостол Иоанн, как орел, возносится в горние сферы. Это было принято в средние века, но на самом деле не имеет значения.

     Как же быть с теми тварями, которые обладают вечной жизнью - с ангелами, с небесными силами, херувимами и т.д. и с душами в том числе? В какой мере они причастны к вечности или, приобщившись вечности, они должны потерять что-то от своей тварности, но во всех случаях они остаются тварями? Помните слова Спасителя: "Ангелы небесные не знают, когда будет день и час. - И Сын Человеческий не знает..."

     Он не получил силу и славу, пока Он не поднялся туда, Он Себя умалил, и поэтому Он не мог стоять вне времени. Значит, и ангелы тоже как-то по-своему зависят от времени, они, может быть, более свободны от него, чем мы, но по-настоящему, полностью выйти из него, очевидно, они не могут.А в будущем, как и сказано, времени уже не будет, но до этого мы еще не дошли. А пока все пребывают во времени, и души тоже, недаром у нас отмечается сорок дней после кончины.

 

Глава 6на комментарий
     
И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри.на комментарий  Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить.
     
И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри.  И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч.
     
И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей.  И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай.
     
И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри.  И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя "смерть"; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли - умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.на комментарий
     
И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели.  10 И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?  11 И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.на комментарий
     
12 И когда Он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь.  13 И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои.  14 И небо скрылось, свившись как свиток; и всякая гора и остров двинулись с мест своих.  15 И цари земные, и вельможи, и богатые, и тысяченачальники, и сильные, и всякий раб, и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелья гор,  16 и говорят горам и камням: падите на нас и сокройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца;  17 ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять? на комментарий

 

Комментарийвозврат в текст

     Откр. 6. Агнец Божий, Который является перед престолом небесным, снимает печати с книги таинств, с книги, в которой записаны будущие судьбы Церкви мира, полные борьбы, катастроф, испытаний и страданий, изображаемых в видении снятия семи печатей. Надо сказать, что апостол Иоанн употребляет число семь в тексте всего Апокалипсиса. Мы уже встречали послания к семи церквам, далее пойдут семь печатей, семь трубных звуков, семь гласов с неба, семь видений. Апокалипсис можно разделить условно на семь больших семерок, потому что он говорит об исполнении времен, о полноте, о том, что будет, когда завершится история мира.возврат в текст

     Откр. 6, 1-8. Первые четыре печати, четыре всадника. Уже в книге пророка Исайи мы видим образы всадников-носителей бича Божия, грозы Божией. Всадники-посланники судеб Божиих изображались также в книге пророка Захарии. Кто же эти четыре всадника в Апокалипсисе? Это изображение тех катастроф, которые постигнут мир, самых трудных, переходных, критических эпох.

     Первый конь - это Империя. В данном случае - это Римская империя, потому что это конь белый, торжествующий, всадник победоносный, с луком; он впереди. Во времена апостола Иоанна Римская империя объединяла мир. И каждый раз, когда появлялись империи, для церкви наступало тяжелое и трудное время. Второй всадник - рыжий конь - это война. Попытка насильственно объединить людей вместе приводит к нескончаемым войнам и взаимным убийствам.

     Третья печать, третий всадник - это голод. Конь вороной, всадник, имеющий меру, то есть весы. "И слышал я голос... - хиникс пшеницы за динарий". В те времена, когда жил апостол Иоанн, повсюду начался массовый голод, больше того - за динарий можно было купить лишь горсточку пшеницы или ячменя. Между тем виноградинки давали огромный урожай, кладовые были полны сосудов с вином, повальное пьянство буйствовало в странах, где голод терзал людей. А в девяностые годы, в то время, когда, как полагают, писался Апокалипсис, император даже издал указ вырубать виноградники, потому что люди, вместо того, чтоб сеять пшеницу, сажали виноград. Вина и елея, то есть того, что не необходимо, без чего люди могут обойтись, - этого было достаточно, как иногда у нас бывает - стоит на прилавках вино, а необходимого нет. И вот здесь именно то самое - нет самого важного - хлеба, ячменя и пшеницы, а вино и елей есть.

     Наконец, последние, завершающие в этом страшном шествии - два демона. В ханаанском пантеоне было два страшных божества, имена которых по-русски значат - Преисподняя и Смерть. Впоследствии в ветхозаветной терминологии так называли демонов смерти, и здесь апостол снова возвращает нас к этим образам: всадник на бледном коне, бледном, подобно умершему человеку. Его имя Мот, по-гречески смерть, и ад следовал за ним; за ним следовал Шивон, и они пришли получить власть над четвертой частью земли. Во все подобные периоды мы видим, какие катастрофические последствия влекут за собой насилие, война и отвращение человека от Бога.

     Но в чем же дело? Что произошло в то время, когда писал апостол? Об этом нам говорит снятие пятой печати. "И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие"...возврат в текст

 (Откр. 6, 9-II). Вопль крови - это древний образ. Уже в книге Бытия, когда Авель был убит Каином, Господь говорит: "Кровь вопиет к небу". Значит, есть какой-то таинственный закон в мире, который греки называют законом Дикэ, который индийцы называют законом кармы, который мы называем законом воздаяния. Зло не может остаться неотомщенным, оно обязательно где-то - в том или этом мире - каким-то образом должно уравновеситься, о чем и говорят библейские слова "голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли". Она требует возмездия, а здесь не просто кровь - здесь души убиенных за слово Божие.

     Массовая резня, которая началась в 64 году в Риме, перекинулась на другие области. Впервые мы об этом узнаем не только по намекам Нового Завета, но и из сообщения римского историка Тацита, который в 15-й книге своих "Анналов" пишет, что Рим постиг в 64-м году огромный пожар, почти весь город сгорел, осталось всего четыре квартала. И когда народное недовольство обрушилось на правительство, император, чтобы отвести от себя гнев народа, начал аресты христиан, обвиняя их в поджоге города. Было схвачено очень много людей, как пишет Тацит - "огромное множество". Часть из них была зашита в звериные шкуры и брошена на арену, чтобы их растерзали дикие звери. Часть была привязана к деревьям в парке, они были облиты смолой и подожжены: горящие христиане освещали ночной парк. И сам император на колеснице разъезжал по аллеям парка, наблюдая за этим зрелищем. И, пишет Тацит, - который ненавидел христиан, - народное сочувствие обратилось к ним, потому что люди стали понимать, что все эти мученики погибают не за свою настоящую вину, а по прихоти одного человека. Полагают, что именно в это время погиб и апостол Петр. Он был распят на ватиканском холме, там, где теперь обнаружена его могила и прямо над ней находится престол собора св. Петра. Во время последней войны археологи стали копать под престолом, нашли античное кладбище и там могилу апостола Петра и даже кости, которые, как полагают, принадлежат самому апостолу. Те из нас, которые хотели бы хорошо предствить себе эту эпоху, могут прочесть о ней в книге "Камо грядеши" Сенкевича, где довольно верно, близко к истории, изображены гонения на христиан. И вот здесь перед нами эти мученики, которых св. Климент Римский называет "данаидами и дирками", потому что они должны были изображать на сцене страдания героинь античной мифологии, и с ними проделали все те ужасы, которые происходили с этими героинями.

     Конечно, у некоторых возникает вопрос - почему здесь показаны эти мученики, если сказано "не судить и не мстить". Хорошо говорить об этом дома, в спокойной обстановке. А когда люди сидели в лагерях, когда видели уничтожение массы людей, то все чувствовали необходимость суда. Один из узников совести нашего времени в лагере писал в своих записках, что Страшный суд нужен, как Нюрнбергский процесс, он нужен человеку, иначе не будет никакой праведности Божией, никакой справедливости, иначе невозможно; человек требует этого в глубине своей души. Что-то попрано, что не может быть просто снято, а должно быть изжито.возврат в текст

     И наконец, шестая печать (Откр. 6, 12-17). Некоторые толкователи считали, что ужасные катастрофы, которые потрясли мир в то время, когда писался Апокалипсис, как бы пробудили душу Иоанна к этим образам. Напомню вам, что извержение Везувия, при котором погибли Помпея и Геркуланум, произошло как раз в эти годы, а в архипелаге, где находился Патмос, был целый ряд извержений. Но полагают, что подобного рода объяснения недостаточно. Все, что мы сейчас с вами читаем, взято из Ветхого Завета. Вот эти образы: померкшее солнце, небо, свившееся как свиток, луна и звезды, падающие как смоквы, - все это образы грядущего Богоявления: когда Творец вступает, вторгается в мир природы, весь мир тает - горы тают, как воск, холмы пляшут, содрогается земля. Читайте третью главу книги пророка Аввакума, и вы увидите, что значит приближение Господне. Снятие шестой печати - это символ приближения Господня.

     Многие пытаются найти какую-то аналогию и в современных землетрясениях. На это я могу только сказать, что есть тут некая тайна: возможно (подчеркиваю, только возможно), что при глубоких нравственных и политических кризисах природа реагирует так, что усиливаются какие-то катастрофические процессы. Я на этом не настаиваю, но полагаю, что это возможно.Я думаю, что природа - "не слепок, не бездушный лик", как писал об этом Тютчев, что она может содрогаться в те дни, когда люди переходят меру в беззакониях, и тогда возникает голод, засуха, затворяется небо, происходит землетрясение.

     Как это могло происходить в древности, мы знаем теперь по раскопкам Помпеи. Мы видим этих людей, слепки которых сейчас лежат в музеях, улицы, застигнутые врасплох, даже собаку с ошейником, на котором написано, что она трижды спасала своего хозяина, она и в последний раз пыталась его спасти и погибла вместе с ним. Нашли там и комнатку, где были алтарь и крест, там жили христиане. Землетрясение и такие катастрофы- это самый страшный, но и самый, может быть, впечатляющий образ суда Божия. Но природа, конечно, действует "крупномасштабно" и сильно; когда она начинает содрогаться, она действует не как суд Божий, а губит и правых, и виноватых. Она подобна разъяренному боевому слону древности, который, если его ранили, поворачивался и начинал топтать своих. Духовный, внутренний смысл снятия шестой печати заключается в близости Богоявления. Это вовсе не значит, что земля кончилась, хотя тут, кажется, и звезды упали с неба, и солнце... Дальше будут описываться события на земле. А это - близость Богоявления.

     Седьмая печать возвещает начало уже нового цикла бедствий. Есть такое толкование, что вот эти печати, и семь чаш гнева, и семь труб - это как бы параллельный рассказ об одном и том же, то есть апостол старается по-разному, на разных языках изложить одну и ту же тему. Такое толкование принято многими, но я не думаю, чтобы возможна была такая последовательность, что тогда-то наступит землетрясение, тогда-то наступит то-то... землетрясения были и тогда и сейчас. Сейчас мир находится в кризисе - и чудовищные землетрясения его потрясают и может быть, что и еще через тысячу лет будет также.возврат в текст

 

 

 

 

 

мойка высокого давления karcher купить, адреса сервисных центров керхер
Hosted by uCoz