Выгодное предложение в Бизнес Центре у м Международная

Джеймс И.Пакер

Слова Бога

                                                                                                                                                                      

Содержание

О библейских словах и понятиях (вместо предисловия)

1. Откровение

2. Писание

3. Господь

4. Мир

5. Грех

6. Дьявол

7. Благодать

8. Посредник

9. Примирение

10. Вера

11. Оправдание

12. Возрождение

13. Избрание

14. Святость и освящение

15. Умерщвлять

16. Общение

17. Смерть

 

 

 

О библейских словах и понятиях

(вместо предисловия)

 

Ключи открывают двери; ключевые слова «открывают» смысл, помогая разуму понять его, а сердцу принять. В этой книге рассматриваются ключевые слова Библии, слова, которые использовал сам Бог, а также главные идеи, связанные с ними. Делается это с практической целью — углубить понимание читателя, укрепить его веру и научить мудрости. Поскольку отправная точка наших рассуждений — слова, уделим вначале немного внимания тому, как они изучаются.

 

«Что вы читаете, принц?» — спросил шекспировский Полоний — классический тип, в котором старческая нравоучительность сочетается с раболепием и глупостью. «Слова, слова, слова», — сказал пренебрежительно Гамлет, желая уйти от ответа и отмахнуться от старого скучного дурака. Ну, конечно же, мы читаем слова! Но делаем это не ради самих слов, а ради того, чтобы уловить смысл, стоящий за ними, и иногда мы даже не замечаем, как этот смысл доходит до нас через слова. Однако читать слова ради самих слов, пытаясь определить, почему автор выбрал именно это слово и почему предпочел его другому слову, на самом деле увлекательно и полезно. На поездах можно ездить по-разному: одни пассажиры, например, едут и думают только о том, как бы быстрее добраться до пункта назначения, а другие получают удовольствие от самой поездки, интересуясь всем на своем пути. Точно так же одни читают книгу только для того, чтобы уловить главную мысль или проследить за сюжетной линией, а другие «смакуют» стиль и словарный запас автора. С уверенностью можно сказать, что последние глубже понимают произведение. Все сказанное, конечно же, верно и в отношении Священного Писания.

 

 

Ловушки в мире слов

 

Поверьте, слова могут завлечь в западню. Чтобы этого не случилось, нельзя позволять им оказывать на нас магнетическое воздействие, даже если это слова из Библии. «Слова, — сказал Гоббс, — это золотые монеты мудрых, которые в устах глупцов становятся фальшивыми». Люди часто заблуждаются, предполагая, что мысль можно выразить только так, как они впервые прочитали ее (например, в Библии) или услышали. В словах нет ничего магического, они лишь строительный материал нашего языка, данное Богом средство обобщения и общения. Они передают смысл, воздействуя на разум и настроение, рождают поток мыслей. Важность слов зависит от их смысловой нагрузки и поставленной перед ними задачи. Восприятие на слух, чтение и произношение знакомых слов успокаивает и укрепляет, как и все знакомое, ведь возвращение к знакомому — все равно что возвращение в материнское лоно. Но чрезмерная привязанность к определенным словам, представление, что они незаменимы для передачи правильного смысла, сродни суеверию. Не следует уделять самим словам больше внимания, чем то необходимо.

Мы должны отдавать себе отчет в том, каким образом мы понимаем значение слов. Значение слова определяется в тех языковых кругах (каковыми могут быть народ, племя, семья, клуб, шайка), где оно используется. Так оно приобретает общепризнанное значение, которое затем фиксируется в словаре. Нельзя без оговорки использовать слова в ином значении, иначе общение будет невозможно. Шалтай-Болтай Льюиса Кэрролла ответил язвительным смешком на негодование Алисы, вызванное тем, что под словом «слава» он подразумевал «сногсшибательное доказательство». «Когда я беру слово, — заявил он презрительно, — оно значит то, что я захочу, не больше и не меньше». Возмутительность этого ответа вызывает у нас смех, но мы бы не смеялись, если бы так стали поступать наши друзья, и им не было бы смешно, если бы так стали поступать мы сами. Хорошие манеры в общении требуют от говорящего использовать слова в понятном для всех смысле, а от слушающего — ожидать, что именно так они и используются.

Развивая эту мысль, следует заметить, что нельзя толковать чужие слова на основании их происхождения, нужно исследовать их употребление. Знание того, что происхождение названия растения «мать-и-мачеха» связано с двумя словами «мать» и «мачеха», не дает нам ни малейшего представления о том, как выглядит само растение; так же знание того, что слово «экклесия», обозначающее «церковь» в Новом Завете, произошло от глагола «призывать откуда-либо» («эк-клесис», от «эк-калео»), не поможет понять его значение в библейском тексте, где оно означает «собрание». В Библии, как и в обыденной жизни, слова значат то, что они значат — не больше и не меньше. Вкладывать в значение слова больше, чем вкладывал сам автор, расширять смысл за счет этимологических изысканий — значит заблуждаться, извлекать из слов автора то, чего в них нет. Для многих языковедов, и светских и религиозных, стало камнем преткновения предположение о том, что история происхождения слова должна каким-то образом отражаться в его конкретном значении. Но спросите себя, как вы сами используете такие слова, как «мать-и-мачеха», «церковь», и увидите, что, употребляя их, вы не думаете об истории их возникновения.

Мы также должны помнить, что бытовые слова (в отличие от терминов) обычно многозначны, и в каждом конкретном случае их смысл можно понять только благодаря большим носителям смысла: предложениям, абзацам, цепочке рассуждений, главам, всей книге. Большинство слов обладают целым рядом значений (см. словари), поэтому, чтобы определить конкретное значение отдельного слова, нужно обязательно рассматривать контекст, в котором оно употребляется. Нельзя относиться к словам обыденной лексики, которые зачастую имеют совершенно различные значения (например, слово «мир» обозначает и земной шар с населяющими его людьми, и согласие, отсутствие войны; «пост» — и воздержание от пищи, и ответственную должность; «плата» — и денежное вознаграждение, и диэлектрическую пластину для установки радиодеталей), как к специальным терминам, которые имеют одно значение. Специальные термины (такие, как «компьютер», «условное наклонение», «диминуэндо», «квота», «электрон», «анестезия») имеют свои сферы употребления. Однако термины, находясь в тексте, определяют значения рядом стоящих слов. Точный смысл этих слов — чаще всего общеупотребительных — определяется в потоке речи. Мы знаем диапазон их возможных значений, но определяем их конкретный смысл, анализируя предложение или цепочку рассуждений, где они были использованы. (В качестве примера, обратите внимание на многозначные слова «предложение», «цепочка» в последней фразе.)

И светские, и религиозные авторы, исследуя слова, допускают грубую ошибку, не замечая, что некоторые новозаветные слова использовались в качестве терминов, а другие — относились к разряду многозначной лексики (например, слова Павла «оправдать» и «святой» следует относить к терминам, а слова «весть» и «благой» — к многозначной лексике).

Но мы не будем подробно рассматривать ошибки исследователей Библии, не принимающих во внимание тот факт, что слова в Писании используются так же, как и в повседневной жизни. Достаточно заметить, что подражание языку Библии не является признаком духовного и глубокого мышления, и попытки объяснить значение слова на основании его этимологии, а также утверждения, начинающиеся словами: «В Писании это слово всегда означает...» — скорее всего, ошибочны. Я вас предупредил!

 

 

Свет слов

 

Но все же мы смело можем назвать исследование слов — изучение их употребления и значения — дорогой к пониманию других людей. Изучая слова, которые употребляли сорок авторов Библии, мы идем по дороге, ведущей к пониманию самого Бога, говорившего им и через них. Некоторые ключевые слова Библии (например, культовые понятия) возникли как специальные термины (это такие слова, как «завет», «святой», «жертва», «поклонение», «молитва», «грех», «мудрость», «искупление»). Интересно проследить, как их значение расширялось и углублялось по мере того, как со временем Бог через Свои слова и дела все больше и больше открывал Себя. Другие ключевые слова изначально обозначали предметы и понятия, относящиеся к земной жизни, но приобрели богословский смысл после того, как различные авторы использовали их в качестве иллюстраций Божьих дел и их плодов (например, «свет», «жизнь», «слово», «власть», «смерть», «вера», «надежда», «кровь», «мир», «царство», «отец», «дух», «народ», «судья»). В этом случае любопытно поразмышлять, почему то или иное слово приобрело такое большое богословское и духовное значение для того или иного автора. Хотя такое исследование должно быть всего лишь служанкой экзегетики, оно интересно само по себе и иногда, как извилистая тропинка рядом с шоссе, может открыть красивейший вид, который невозможно увидеть с магистрали экзегетики.

Ученые-христиане, прекрасно понимая это, проделали огромную работу в области изучения слов. Теперь у нас есть и огромный опус Киттеля под названием «Богословский словарь Нового Завета» (9 томов, более 8000 страниц), и труд Колина Брауна «Новый международный словарь новозаветного богословия» (3 тома, свыше 3000 страниц), и книжица Джулиана Чарли «Пятьдесят ключевых слов Библии» (69 страниц). Моя же книга, строго говоря, стоит особняком. Хотя в ней и рассматриваются слова, она не словарь. В ней уделяется основное внимание не словам как таковым, а понятиям, которые стоят за этими словами. Несмотря на то, что каждая глава названа ключевым библейским словом, в ней рассматривается не само слово, а богословское учение, связанное с ним. Темы подобраны таким образом, чтобы как можно полнее раскрыть суть Евангелия — главной идеи Библии. Поэтому я объясняю слово и указываю на его практическое значение, а не провожу историко-критический анализ. И в то же время я не смог бы написать эту книгу без помощи специальных научных исследований.

 

 

Библейские и богословские термины

 

Здесь стоит остановиться и заметить, что наш современный христианский лексикон содержит два типа слов: слова, которые можно найти в Писании, и слова, которые были придуманы или заимствованы после написания Нового Завета. Слова второго типа (например, «Троица», «воплощение», «личность», «природа», «удовлетворение закона», «самосущий», «иерархия», «трансцендентность», «всезнание») нужно рассматривать как термины, которые введены для краткости и которые отображают ту или иную библейскую идею. По этой причине у них есть точное определение. Некоторые из них, правда, в наш век изменчивого богословия утратили точность своего значения. Неплохо было бы взять за правило использовать их только в традиционном значении, выражающем определенную библейскую идею. Сегодня часто в богословские понятия вкладывают иное, ранее не присущее им значение, используя их, как вздумается.

Может быть, если отказаться от специально разработанной терминологии и употреблять только библейские понятия, наши представления в большей мере будут соответствовать Писанию? Увы, этот путь обманчив, и это можно легко доказать.

Во-первых, отказ от терминологии «изуродует» все богословие, приведет к потере ясности. Ни одна наука, то есть ни одна область проверенного и систематизированного знания, не может обойтись без специальных терминов, которые необходимы для четкости мысли и речи. Без соответствующих специальных терминов обмен информацией стал бы практически невозможен, как, впрочем, и процесс словесного определения истины. Это так же верно для богословия, как, скажем, для астрофизики или офтальмологии.

Во-вторых, отказ от терминологии «обеднит» богословие, приведет к потере истины. Термины, имеющие четкое определение, несут в себе и передают в сжатом виде большой объем точного знания и большое количество верных решений по ранее обсуждавшимся вопросам. Тем самым они действуют как оборонительный вал против заблуждения. Сцена церковной истории усеяна останками тех, кто, отвергнув такие термины, как «Троица» и «воплощение», сразу же впал в заблуждение, от которого эти термины призваны были оберегать.

В любом случае сегодня мы не можем использовать библейские слова точно в таком же смысле, в каком их использовали авторы Библии. Почему нет? Потому что века истории христианства дополнили их новыми смысловыми оттенками, как бы покрыли их многочисленными слоями несмываемой краски. Поэтому когда мы используем такие библейские слова, как «предопределение», «избрание», «оправдание», «совершенство», «грех», «мир», «вера», «благодать», «власть», «дьявол», «церковь», в нашей голове возникают их значения, сформированные в мире постбиблейской полемики, в мире, где Августин спорил с Пелагием, реформаторы спорили с римскими католиками, кальвинисты — с арминианами, либералы — с ортодоксами, и при этом каждый из них отстаивал, по его мнению, библейскую точку зрения.

Таким образом, раскрыть тему, которую намечает заглавное слово, причем раскрыть так, чтобы затронуть наши насущные проблемы и интересы, можно только, рассмотрев следующее: чему учит Библия по этому поводу и как ее учение соотносится с жизнью людей двадцатого столетия. Все остальное можно назвать коллекционированием библейских древностей — серьезной, но, в конечном счете, пустой игрой. Нам предстоит научиться думать по-библейски не только о проблемах, которые волновали авторов Библии, но и о наших с вами проблемах.

В этой книге я библейским словом определял тему главы, а затем эту тему рассматривал на библейском материале. В то же время я не ограничивал себя в употреблении специальных терминов и использовал современные подходы. Я хотел поразмышлять над Библией в свете проблем современности и показать, что библейские авторы давали ответ не только на вопросы своих современников, но и на наши вопросы. Пусть каждый сам оценит, насколько мне это удалось.

 

 

Дух и Писание

 

Я надеюсь, что эта книга поможет также решению той двоякой задачи, которую выполняет Святой Дух, воздействуя на верующего, когда тот читает Библию. Всем известно, что по своей форме Писание — это историческое свидетельство о Божьем искуплении, которое достигло своего апогея в воплощении, смерти, воскресении и вознесении Божьего Сына, Иисуса Христа и которое закончится, когда Иисус в ослепительной славе вернется на землю, чтобы все сделать новым. Многие не разделяют этот единственно верный подход к Библии, утверждая, что в этом случае ее содержание не соответствует современным представлениям о жизни. Но по своей сути Писание — это слово Бога, хотя, к сожалению, не всем это нравится. Через Писание Бог общается, говорит, учит, проповедует. Он говорит вам — да, именно вам, и мне вместе с вами, и каждому, кто держал в руках Библию, — о Себе, и на это мы прямо и незамедлительно должны откликнуться верой, поклонением и послушанием, молитвой, хвалой и благочестием, отречением от себя и совершенствованием себя для служения Ему, то есть полностью отвернуться от прежней жизни и посвятить себя Богу.

С этой позиции Библия мне кажется самой современной и актуальной книгой, которую я когда-либо держал в руках. Три часа назад, к примеру, я читал Послание к Евреям, и через него Бог еще раз напомнил мне, что знания об Иисусе Христе совершенно достаточно, чтобы радоваться Богу, людям, обстоятельствам и самому себе. А когда бы я ни читал Екклесиаста (я очень люблю эту книгу), Бог снова и снова учит меня принимать с доверием все, что выпадает на жизненном пути и, несмотря ни на что, исполнять свой долг. Доверять и быть довольным — вот два ключа к счастливой жизни и на земле, и после смерти. Не знаю, как для вас, но для меня эти истины всегда актуальны. И таких примеров множество. Для каждого человека Библия является самой полезной книгой на земле. Дух Святой, вдохновивший написание Библии, открывает нам ее смысл и наставляет двумя способами.

С одной стороны, Бог устроил так, что Писание (66 книг — 39 книг Ветхого Завета и 27 Нового) имеет центр, фокус, точку отсчета, неизменный ориентир. Это сам Господь Иисус Христос, о котором пророки возвещали как о Мессии, который еще должен прийти, а апостолы — как об уже приходившем и грядущем вновь. Святой Дух обращает наше внимание на Него, убеждая, что мы нуждаемся в Нем. Мы находим, что Писание действует и как зеркало, в котором мы видим себя виновными, испорченными и безнадежными грешниками, нуждающимися в спасении, и как прожектор, в свете которого мы видим живого Спасителя, Христа. Дух рассеивает наши сомнения в реальности Христа и помогает нам узнать Его и довериться Ему как своему Искупителю. Христос искупил нас от греха, от самих себя и от мрачной и мучительной пустоты этой и будущей жизни, называемой адом, геенной и огненной печью. (Библия называет такое доверительное знание верой). Таким образом, мы убеждаемся в истинности слов Павла, который говорил, что «...священные писания... могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса» (2 Тим. 3:15). Этому Бог учит в первую очередь (ср. Ин. 6:45).

 

Иисус! Дорогое, бесценное имя,

Что грешникам даром дано.

Вина с ним и боязнь в бессилье застыли,

И ад в небеса превращает оно.

 

О, если бы мир мог вкусить и понять

Богатство Его благодати,

То руки любви, что объемлют меня,

Простерлись бы к людям всех наций.

 

Его только праведность я возвещаю,

Его благодать без конца возношу.

И всей своей жизнью провозглашаю

Слова: «Сей есть Агнец, сей есть Иисус!»

 

Блажен буду я, если вздохом последним

Смогу прошептать я лишь имя Его,

Его проповедуя в час мой предсмертный,

Сказать: «Сей есть Агнец, Мессия, Христос!»

 

С другой стороны, Дух Святой учит еще и тому, что Библия, центр которой — Христос, охватывает всю жизнь человека, касается всех ее частей. И как луч фонарика освещает темный чулан, так Библия своими повествованиями и учениями анализирует, взвешивает и оценивает всю человеческую жизнь. Дух Божий дает нам возможность посмотреть на свою жизнь так же, как на нее смотрит Бог. Он помогает, используя Писание, оценить себя как родителя или ребенка, политика или гражданина, неженатого мужчину или незамужнюю женщину, вдову или вдовца, домохозяйку или директора, рабочего или нанимателя, учителя или студента, здорового человека или инвалида, богатого или бедного. Вдобавок к этому Дух Божий показывает на примерах жизни различных людей (Христа, Авраама, Павла, Илии, всех героев веры), что такое настоящее благочестие. Обычно, «взвесив» себя таким образом, мы понимаем, что многого нам не достает, и тогда Дух начинает исправлять наши пути в соответствии с нашей самооценкой. (Библия называет такую очевидную перемену в самосознании покаянием.) Все это опять-таки доказывает, что прав был Павел, когда говорил, что Писание, будучи богодухновенным, «полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен» (2 Тим. 3:16-17). И этому Бог тоже нас учит.

Я надеюсь, что мои наброски на библейские темы (и не больше, чем наброски) помогут исполнить Святому Духу двойную задачу, которая состоит в том, чтобы вести нас в любви ко Христу, которого описывает Писание, поклоняясь Ему так, как говорит Писание, и исправлять нашу жизнь в соответствии с Писанием. Я старался объяснить весь материал так, чтобы достичь именно этой цели.

 

 

1. Откровение

 

Слово «открывать» буквально означает «снимать покрывало», и это его значение точно соответствует значению греческого и еврейского слов, которые использует Библия. Слово «открывать» — это слово-образ (как, впрочем, большинство богословских понятий). Оно изображает Бога снимающим покрывало. Бог показывает нам то, что ранее от нас было скрыто, Бог дает нам увидеть то, что прежде было недоступно нашему зрению. Бог доверяет нам Свои тайны, открывает Свои секреты. Бог видит, что мы невежественны, и дает нам знание. Вот что означает слово «откровение».

Уже сам этот образ проливает свет на многое. Во-первых, он показывает, зачем нам нужно откровение. Оно необходимо, чтобы открыть нам некоторые духовные истины, скрытые Богом до определенного времени. Во-вторых, он разъясняет, с какой целью нам дается откровение. Оно дается для того, чтобы мы узнали об этих духовных истинах. Бог хочет поведать нам о них. В-третьих, он говорит нам, как мы должны относиться к откровению. Мы должны относиться к нему с благоговением, благодарно принимая все то, что Бог дает нам. Когда Он говорит, человек должен с готовностью слушать, учиться и откликаться.

 

 

Откровение личностное и содержательное

 

Что нам открывает Бог? Первые богословы-протестанты так отвечали на этот вопрос: Бог открывает истины о Себе, и никак иначе мы не можем о них узнать. Современные богословы, как правило, говорят просто: Бог открывает Себя. Эти два ответа дополняют друг друга и отнюдь не противоречат один другому. Да, Бог открывает Себя, чтобы люди могли познать Его в личном общении. Но как Бог дает нам возможность узнать о Нем? Так же, как я узнаю о вас, а вы обо мне — в разговоре. Говорящий всегда открывает себя в разговоре. Бог открывает Себя, рассказывая нам о Себе, о том, какими Он видит нас. Бог говорит нам о том, что Он уже сделал: Он создал, осудил, искупил и воссоздал людей для того, чтобы они служили Ему, Он создал Свой народ для самого Себя. Господь говорит нам о том, что Он делает сейчас: Он управляет всем, желая исполнения Своих планов. Он говорит нам о будущем, рисуя таинственным, но ослепляющим глаз цветом кульминацию истории человечества и судьбу Своего народа. Бог говорит нам, что Он думает о жизни людей, о том, как по-разному человек может пройти эту жизнь. Господь также направляет нас, советует, обещает, предупреждает об опасности и учит нас все мерить Его божественными мерками, открывая, что Он любит, а что ненавидит. Разговаривая с нами, Он открывает Себя. Он являет Себя, рассказывая нам о Себе. Его откровение личностное, потому что оно содержательное, ведь Бог делает Себя известным через утверждения о Себе. Если бы Он этого не делал, мы ничего не узнали бы о Нем. Некоторые полагают, что человек может узнать о Боге, даже если Бог не скажет ничего о Себе. Утверждая это, они отрицают, что Бог есть личность, ибо личность нельзя познать, пока она не расскажет нам о себе словами.

 

 

Откровение Ветхого и Нового Заветов

 

Главным в Библии является повествование о том, как Бог разговаривал с людьми. Ветхий Завет рассказывает нам, как Господь Бог прямо разговаривал с Адамом и Евой в райском саду, с Каином, Ноем, Авраамом, Исааком, Иаковом. Таким же образом Он разговаривал с Моисеем и с пророками. Через Своего глашатая, Моисея, Он разговаривал с израильским народом в пустыне, давал израильтянам обещания и законы Своего завета. Через пророков, живших после Моисея-пророка (а Моисей, как прорицатель Божьей воли, был пророком; Втор. 18:15; 34:10), Он продолжал говорить со Своим народом, принуждая его исполнять закон, объясняя, зачем Он судит и милует, призывая к покаянию и побуждая жить верой.

Всегда во времена Ветхого Завета Бог давал откровение о Своей воле и Своих планах через пророков. Псалмопевцы и авторы книг мудрости размышляли о жизни и о вере, зная об откровении Бога, которое давалось Господом только пророкам. Понятие «пророк» в древнееврейском языке описывается двумя словами — «провидец» и «прорицатель». Оба они указывают на природу служения пророка. Во-первых, он, как провидец, получал откровение. Бог доверял ему Свои тайны, открывал Свои планы. «Ибо, — возвещает Амос, — Господь Бог ничего не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам» (Ам. 3:7). Пророки стояли «в совете Господа», видели и слышали слово Его (Иер. 23:18). Во-вторых, как на прорицателях, на них лежала обязанность провозглашать слово откровения, которое они получили. «Вот, Я вложил слова Мои в уста твои, — говорит Бог Иеремии. — Все, что повелю тебе, скажешь» (Иер. 1:9, 7). «Ты скажешь им: “так говорит Господь Бог!”», «говори им слова Мои» — с таким поручением Бог посылает Иезекииля (Иез. 2:4, 7; ср. 3 Цар. 22:14; Числ. 22:18, 20, 35. 38). Формулировка «так говорит Господь», которая в Ветхом Завете встречается около 300 раз, сопровождает пророческие предсказания, свидетельствуя о том, что откровение — это реальность, что слова пророков — не их выдумка или предположение, а слова самого Бога. И если это слова самого Бога, значит, это настоящая истина. Мы даже представить себе не можем, какой ужас испытывал Иеремия, когда, с одной стороны, лжепророки, прикрываясь именем Бога, провозглашали свои измышления как истину (Иер. 14:14, 23:9-40), а с другой стороны, люди не обращали внимания на пророчества истинных пророков, таких, как он сам
(Иер. 20:7; 25:3).

Новозаветное учение об откровении содержится в первых стихах Послания к Евреям. «Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне» (Евр. 1:1-2). Господь Иисус Христос выполнял служение пророка, то есть Он произносил те слова, и только те, которые поручил Ему сказать Отец (Ин. 7:16; 8:28; 12:49; ср. Евр. 2:3). Но Он сделал больше того. Он являл Отца не только тем, что говорил, но еще и тем, кем Он был и что Он делал. Ибо Он, Сын, есть образ Отца, и вся многогранная полнота характера невидимого Бога стала видна в Его жизни в теле (Кол. 1:15, 19; 2:9; Евр. 1:3). Поэтому Он мог сказать: «Видевший Меня видел Отца» (Ин. 14:9). А Иоанн мог написать: «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:18). (Слово «явил» в этом стихе означает «объяснил», «пролил свет».)

Но это еще не все. Христос обещал Своим ученикам Духа Святого, который откроет им всю истину о Нем и даст способность свидетельствовать об этом (Ин. 14:26; 15:26; 16:13). Таким образом, Он дал им поручение нести пророческое служение, что они и начали делать после Пятидесятницы. С одной стороны, они получили откровение от Святого Духа. Павел много говорит о «тайне» Божьего плана спасения во Христе, долгое время сокрытой, которая сейчас «открыта святым Апостолам Его и пророкам Духом Святым» (Еф. 3:5; ср. ст. 3-11; 1:9; 1 Кор. 2:7; Рим. 16:25). С другой стороны, ученики заявляют, что открытое им Духом есть слово Божье
(1 Кор. 2:1, 13; 1 Фес. 2:13). Они служат и учат как представители Христа, который дал им власть и направил их. Таким образом, получается, что свидетельство апостолов — это составная часть одного большого сложного изречения Бога, которое описано фразой: «Бог... говорил нам в Сыне». Учение Христа и апостолов — едино. Заключенное в Новый Завет, оно является последним словом Бога человеку.

 

 

Так что же Бог открывал за весь период написания Библии?

 

Во-первых, Бог открывал Себя. Он являл Свою вечную силу и Свое Божество (Рим. 1:20) как создатель и господин, открывая в этом Свой характер и отношение к людям (см. Исх. 34:6; Втор. 5:9; Иер. 9:24; 1 Ин. 1:5; 4:7-10), чтобы те преклонились перед Ним и почтили Его за то, кем Он является, что делает и что дает. И если исходить из этой точки зрения, то откровение достигло своего кульминационного момента в воплощении Сына Божьего.

Во-вторых, Бог открывал Свое царство. Он показал реальность Своего господства над вселенной (обратите внимание, что пророки в своих видениях постоянно видели престол Божий, 3 Цар. 22:19; Ис. 6:1; Иез. 1:26; Дан. 7:9; Откр. 4:2, а псалмопевцы постоянно радовались царствованию Бога, Пс. 92:1; 95:10; 96:1; 98:1; ср. 1 Пар. 16:31; Ис. 52:7; Откр. 19:6). Бог также открыл, что история человечества должна завершиться, и после того, как это произойдет, Его господство примет форму царствования Иисуса Мессии, который уже сейчас является настоящим Господином мира (ср. Мтф. 28:18; Евр. 1:3, 8, 13) и который однажды придет во славе, чтобы прекратить существование всех людей и всех сил, отвергавших Его господство (1 Кор. 15:24; Фил. 2:9-11).

В-третьих, Бог открывал Свой завет. Завет — это отношения, суть которых в том, что Бог обещает людям благословлять их, а люди обещают служить Богу. «Я буду вашим Богом, и вы будете Моим народом» — это обещание Бог дает каждый раз, когда приходит время давать новые благословения завета (Быт. 17:7-14; Исх. 19:4-6; Лев. 26:12; Втор. 7:6; 14:2; Иер. 11:3; 30:22; 31:33; Иез. 11:20; 36:28; Зах. 8:8; 2 Кор. 6:16; Откр. 21:3 и т.д.). Эти слова проходят через всю Библию. Новый завет, о котором люди узнали через Иисуса Христа, посредника этого завета, был во многом лучше предыдущего (см. Евр. 8-10). Но Божье обещание благословить в этой и следующей жизни (т.е. отношения завета) остается неизменно. Суть завета, в какой бы форме он ни выполнялся, состоит в том, что Бог говорит «мой народ», а те, о ком Он это говорит, в ответ называют Его «наш Бог», «мой Бог». Лютер был прав, когда писал, что христианство основывается на личных местоимениях. Люди завета Божьего — верные израильтяне во времена Ветхого Завета, ученики Христа по всей земле во времена Нового — это такие люди, о которых можно сказать, что они познали Бога, или, лучше, получили познание от Бога (Гал. 4:9). Для них исполнились «великие и драгоценные обетования» (2 Пет. 1:4). Вот что значит отношения завета.

В-четвертых, Бог открывал Свой закон. В нем был дан образец поведения, которое Бог желает видеть у каждого человека, но содержится этот закон в Торе (отеческом наставлении), данной Израилю, Его народу. «Он возвестил слово Свое Иакову, уставы Свои и суды Свои Израилю. Не сделал Он того никакому другому народу, и судов Его они не знают» (Пс. 147:8-9). В Ветхом Завете Бог представил Себя как Отца Своего народа, одного Отца для всех Своих людей (Исх. 4:22; Мал. 1:6). В Новом Завете все, кто принял единородного Сына Божьего, становятся братьями Иисуса через усыновление и новое рождение (Ин. 1:12; 20:17; Гал. 4:4-7). Божья тора, отеческое наставление в виде заповедей и мудрых советов, была дана в обоих заветах: Моисеем и пророками — в Ветхом, Христом и апостолами — в Новом, поэтому все дети Божьи могут учиться чтить своего Отца, соблюдая нормы семейных отношений и таким образом показывая, что все они — семья.

В-пятых, Бог открывал Свое спасение, то есть то, как Он избавлял народ от египетского рабства (Исх. 14:13; 15:2), от вавилонского плена (Ис. 51:5-6, 8), от всенародных бедствий и личных проблем (см. псалмы), от греха и сатаны (см. Новый Завет). С этой точки зрения, откровение достигло кульминационного момента тогда, когда Бог явил Евангелие (ср. Гал. 1:11), рассказав о совершенном деле Христа и совершаемом деле Христова Духа (ср. Рим. 1:16; Еф. 1:13).

Если вы сопоставите все вышесказанное, то будете знать главное содержание откровения.

 

 

Прошлое и настоящее откровение

 

Если посмотреть на содержание Библии, то можно прийти к следующему выводу: Бог начал говорить, как мы уже отметили, в Эдемском саду и кончил во время жизни апостолов. Получается, что для нас все это уже история. Значит ли это, что на протяжении девятнадцати столетий Бог вообще не говорил с человеком? Конечно, нет. Правда, после апостольской эры Бог не сказал ничего нового, потому что Ему больше нечего было сказать нам. Но Он не прекращает повторять людям то, что уже сказал. Вильям Гладстон сейчас уже не говорит народу то, что он сказал сто лет назад, потому что он давно умер. Но живой Бог продолжает говорить человечеству то, что Он сказал девятнадцать веков назад через Своего Сына. Это значит, что, когда мы читаем или изучаем библейский отрывок, в котором записано то, что Бог говорил во времена Ветхого или Нового Заветов, мы получаем точно такое же откровение от Бога, на которое нам нужно откликнуться, как и иудеи, слышавшие Иеремию или Иезекииля, Христа или Петра, как язычники, слышавшие проповеди апостола Павла.

 

 

Общее и особое откровение

 

Библия — это законченное откровение Бога о совершенном Им искуплении. Но само Писание свидетельствует, что Бог открывает Себя не только на страницах Библии (хотя и не для того, чтобы явить путь спасения). Записанное откровение было дано конкретным образом конкретному человеку. Другое же откровение дается каждому человеку, пока он живет в мире Бога. Оно дается через все, что сотворено Богом. Псалом 18:2-4 подтверждает, что небеса, просто потому что они небеса, возвещают славу Создателя, «речь» их безошибочна и слышна во всех концах земли. Павел же объясняет это в общих чертах так: сотворенное Богом дает знание о Его вечной силе и божестве, то есть открывает, что Он — всемогущий Бог, которому нужно поклоняться, и поэтому людям нет оправдания, когда они не признают Его божественность (Рим. 1:20). Именно поэтому Павел предъявляет обвинение языческому миру в Послании к Римлянам 1:18-2:16.

Опять-таки, это откровение Бог дает в Своем провидении. Тем самым Он предоставляет нам множество доказательств Своей благости. В Деяниях 14:16-17 Павел заявляет, что, хотя Бог и позволил отступившим языческим народам «ходить своими путями», Он «не переставал свидетельствовать о Себе благодеяниями, подавая нам с неба дожди и времена плодоносные и исполняя пищею и веселием сердца наши» (ср. Мтф. 5:45; Пс. 144:9). Так Бог являет людям Свою милость, показывая, как они должны быть благодарны Ему.

Это откровение также передается через совесть, которая, как рупор Божьей воли, ставит в известность каждого человека, как минимум, о требованиях Его закона (Рим. 2:14) и уверяет даже самых жесткосердных в том, что их ожидает суд и осуждение (Рим. 1:32).

Это откровение дается через обычную жизнь сотворенного мира и поэтому называется «естественным». Оно противопоставляется «сверхъестественному» откровению, которое Бог дал посредством особых изречений об искуплении. Первый вид откровения дается всем людям, и поэтому называется «общим», особое же откровение записано в Библии, и его могут получить только те, кто слышит или читает Слово Божье. Понятно, что множество людей особого откровения не имеет.

Чем же отличаются общее откровение от особого? Главным образом, вот чем: общее откровение не несет вести об искуплении. Его было бы достаточно только для несогрешившего. Грешники через него знают не больше, чем знал Адам до падения. Оно ни слова не говорит о том, что Бог, беспощадный ко греху, может быть милостивым к тем, кто нарушает Его закон. Общее откровение убеждает, что за преступлением последует осуждение, но оно не дает никакой надежды на прощение. Оно проповедует закон, а не Евангелие. Только особое откровение, данное после грехопадения, говорит об искуплении через Христа и поэтому может удовлетворить нужду грешников. Общее откровение осуждает, если его отвергнуть или пренебречь им, но оно не показывает, как осужденные могут избавиться от осуждения. Если падший человек примет свидетельство общего откровения и серьезно воспримет его, оно повергнет его в отчаяние. Однако такого не случается. Люди «подавляют истину» (Рим. 1:18), они отвергают или извращают общее откровение так, что его свет превращается лишь в отдельные проблески. Их знание о Творце приобретает вид осознанного пренебрежения Им. Это хорошо объясняет Павел в своем послании (Рим. 1:19-32; ср. Деян. 17:22-28).

Все это подводит нас к следующей мысли.

 

 

Объективное и субъективное откровение

 

«Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно» (1 Кор. 2:14). «Бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого...» (2 Кор. 4:4). Бог открывает Свои тайны и секреты перед глазами падшего человека, но этого оказывается недостаточно, потому что человек слеп. Иудеи, говорит Павел, не могут понять Ветхий Завет (объективное откровение Божье), так как «покрывало лежит на сердце их» (2 Кор. 3:15). То же самое происходит тогда, когда с Божьими истинами встречается любой потомок Адама. Человек в грехе не способен правильно воспринять ни общее, ни особое откровение, потому что почти полностью утратил способность ориентироваться в духовном мире. Бог должен снять покрывало с наших сердец, вернуть нам духовное зрение, чтобы мы могли принять и откликнуться на откровение, объективно данное. Об этом Павел говорит во Втором Послании к Коринфянам: «Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа» (2 Кор. 4:6). Тогда объективное откровение превращается в субъективное. Павел описывает, как это происходит, на своем примере: «Благоволил открыть во мне Сына Своего» (Гал. 1:15-16). Сочетание «во мне» означает, что Бог осветил сердце Павла изнутри. Это же подтверждает и Христос, когда говорит Петру, что это Отец открыл ему, что Иисус есть Христос, Сын Божий (Мтф. 16:17). Если человек хочет прийти к познанию Бога, объективное Божье откровение должно быть дополнено просвещением сердца. Необходимо снять два покрывала: сначала то, что скрывает от нас Божий разум, а потом то, что лежит на нашем сердце. Бог по милости Своей убирает их оба. И поэтому наше познание Бога от начала и до конца — дар благодати.

 

 

Настоящее и будущее откровение

 

Мы видели, что, с одной стороны, Бог уже закончил давать откровение. Он уже сказал все то, что хотел сказать этому миру в писаниях Ветхого Завета, дополненных Новым Заветом в I веке н.э. Но, с другой стороны, самое ясное, самое полное откровение ждет нас впереди. Невообразимое, но все же реальное возвращение Христа на глазах у всех, когда все люди, которые жили и будут жить, миллионы миллионов людей предстанут перед Ним на суд, откроет нам о Христе все то, чего мы не знали раньше. Это, по словам Петра, будет настоящее «явление [откровение] Иисуса Христа» (1 Пет. 1:7). Для людей Божьих начнется вечность общения с Тем, «которого не видевши любят» (ст. 8). Тогда «узрят лицо Его» (Откр. 22:4); «мы увидим Его так, как Он есть» (1 Ин. 3:2).

Возможность видеть Бога на небесах, пребывая с Господом Иисусом, видеть Его лицо (ср. 1 Фес. 4:17) всегда рассматривалась церковью как высшее благо для человека — и это правильно. Павел противопоставляет нынешнее и будущее знание Бога, замечая, что сейчас мы видим «как бы сквозь тусклое стекло, тогда же лицом к лицу» (1 Кор. 13:12). Тусклое стекло — это то же, что и зеркало. В древности в качестве зеркала использовали хорошо отполированную металлическую пластину. Конечно, это было не идеальное зеркало. Так же и Павел здесь хочет сказать, что наши нынешние знания, полученные не из первых рук, несовершенны; у нас есть лишь бледное отражение. Сейчас вы не можете видеть меня, автора этой книги. Мои слова — это своеобразное зеркало моих мыслей и чувств, но вы все равно не узнаете меня очень близко, смотря в это зеркало. Бог точно так же невидим нам, Его слово правильно отображает Его разум и сердце, но наше представление о Боге все равно не полностью соответствует реальности. Когда же Христос придет вновь, мы познаем божественный разум и божественное сердце полностью, так, как мы знаем сейчас себя. Когда я нахожусь вдали от дома, моя жена пишет мне письма или звонит по телефону. Тогда мои чувства — это смесь удовольствия от общения с ней и горечи разлуки. В такие минуты я хочу оказаться дома, увидеть ее, быть с ней. Так же и христиане. Они слышат Господа через Библию, которую Он открывает для них, и в то же время жаждут получить более полное откровение, которое будет дано в будущем.

Однажды я стоял на вершине горы Бен Невис, на самом высоком месте в Британии. Вокруг все потонуло в тумане — не было видно ни зги. Но когда я поднял голову, оказалось, что туман надо мной был таким ярким, что глазам было больно смотреть. Между мной и солнцем было всего лишь несколько метров. Я ужасно хотел тогда, чтобы туман рассеялся. (Увы, этого не произошло — мне придется взбираться на Бен Невис опять.) Некоторые прекрасные картины, которые рисует Писание, таким же образом воздействуют на христианина: как нависший туман, они создают ощущение близости солнца, которое нельзя увидеть (в нашем случае, солнце — это Сын Божий), и порождают жгучее желание быть освещенным этим солнцем, быть вдали от тумана (в нашем случае, туман — это картины Библии). «Рабы Его будут служить Ему. И узрят лице Его, и имя Его будет на челах их. И ночи не будет там, и не будут иметь нужды ни в светильнике, ни в свете солнечном, ибо Господь Бог освещает их» (Откр. 22:3-5). На Бен Невисе я хотел увидеть солнце; на земле христиане с надеждой ждут, когда же придет тот день, когда они увидят своего Господа.

 

Когда взгляну по благодати

На светлый лик Его чела —

То будет честь, честь для меня.

 

Это будет не только честь, но и откровение.

 

 

Откровение, данное и принятое

 

Вы хотите познать Бога? Тогда остановитесь, словно вы переходите проезжую часть, посмотрите по сторонам и прислушайтесь.

Остановитесь в своих попытках познать Бога, основываясь только лишь на своих домыслах, фантазиях и чувствах и не обращая внимания на Его откровение. Знание Господа и Его откровение — неразделимы. Без второго первого не бывает.

Посмотрите на то, что Бог уже открыл. Библия — окно, через которое можно это увидеть. Существует множество христианских книг (например, таких, как эта), которые могут помочь увидеть то, на что вы смотрите, и выбрать самое важное. Как Лондон — центр Англии, откуда туристы начинают свое путешествие, так и Иисус Христос Господь, который умер и ожил навсегда, — центр Писания. На какое место в Библии вы не обратили бы внимание, не упускайте из виду Христа.

Прислушайтесь к тому, что Библия говорит о Нем, о вашей нужде в Нем. Писание, в котором вы видите Его, — это, по сути, разговор Бога с вами о Нем. Берите у Бога уроки о Сыне Божьем, откликайтесь на все то, что Он вам показывает. Делайте так, и однажды вы сможете вместе с Павлом и миллионами других христиан сказать: «Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа» (2 Кор. 4:6). Вы сможете воскликнуть вслед за человеком, которого Иисус избавил от слепоты: «Одно знаю, что я был слеп, а теперь вижу» (Ин. 9:25). Вы постигните откровение изнутри, а, постигнув откровение, вы постигнете Бога.

 

 

 

 

 

Hosted by uCoz