Чарльз Генри Макинтош. Христианин и его дом.

Предисловие

Для души нет ничего более благотворного, чем исследовать себя посредством Слова Бога, чтобы испытать наши неверные сердца Его истинным светом и все наши пути - Его священными заповедями. "Закон Господа совершен". Так обращается Бог со Своим народом, осуществляя в нем цели Своей любви.

Следовательно, если душа находится в здоровом нравственном состоянии, она верно ответит на действия Слова, результатом чего будет счастливое и благословенное единение с Богом. Возрастет ощущение близости к Богу и радость пребывания в Нем через Господа нашего Иисуса Христа. Но если мы не сможем сказать вместе с апостолом: "Похвала наша сия есть свидетельство совести нашей, что мы в простоте и богоугодной искренности, не по плотской мудрости, но по благодати Бога жили в мире, особенно же у вас" (2 Кор. 1,12), мы несомненно почувствуем острые углы Слова, более острые, чем мы можем выдержать, и Его пронзительный свет, слишком яркий для наших темных мирских путей. Оно "судит помышления и намерения сердечные", и что бы мы ни допустили и попустили себе, если это замешано на "плотской мудрости", а не на "простоте и Божественной искренности", - это встретит осуждение в том Слове. Посредством его должны быть исправлены ошибки и заблуждения нашего пути, а души святых поддержаны в счастливом общении с Богом живым. "По слову уст Твоих я охранял себя от путей притеснителя". Конечно, это великая милость со стороны "Отца милосердия" - довести Свое Слово до каждого дома и сознания в свете и силе Духа Святого. Это Слово может разрушить многое из того, в чем мы ищем удовлетворения, если мы не находимся в единстве с Богом, но - "Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа" - это же Слово открывает нам "преизобильное богатство благодати Своей, которое не только созидает, но созидает "в Нем".

Истина может покрыть наши лица стыдом и смятением при глубоком осознании наших недостатков, но благодать восстановит наши пути и наши души для хождения по ним. "Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды". Это единственно верная позиция для сокрушенной совести. Здесь и только здесь мы достигаем победы над всеми нашими печальными недостатками, когда в полном исповедании своих грехов и слабостей мы припадаем к безграничной благодати нашего Бога, обладающего властью истины и подчиняющего нас ей. Всякую душу, воспитанную таким образом, Дух Святой, этот "другой Утешитель", несомненно поведет от Слова Бога, которое "живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого", до "престола благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи".

Там, по вере, мы находим живого Спасителя во всех проявлениях Его священнического служения, отвечающего всем требованиям Божественной святости, а также всем глубочайшим нуждам Его несчастно заблудшего народа и поддерживающего наши души, несмотря на все наши падения, без насмешки или презрения, в священном присутствии нашего Бога. Это, дорогой читатель, истинная благодать Бога, в которой мы пребываем. Давайте ни на минуту не будем терять этого из виду.

Эти несколько предварительных строк возникли по прочтении в рукописи следующей чрезвычайно важной мысли: "Суд над собой - вот желание автора". "Ты и дом твой" звучит очень похоже на "Ты есть человек". Конечно, я - человек, и наши сердца нуждаются в руководстве по этому глубоко практическому вопросу. Я уверен, что предлагаемая брошюра с помощью Бога послужит этой цели.

То, что мы должны воспитывать наших детей для Господа - это явное учение Слова. "Но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем". Чтобы правильно это сделать, мы сами должны повседневно ходить пред нашими детьми в практическом проявлении Его характера, во многом рассчитывая на сострадание и благодать Его сердца, помня, что Он говорит нам: "Без Меня не можете делать ничего". Наш долг - также в должное время научить наших детей полезным занятиям для удовлетворения "необходимых нужд". "Пусть и наши учатся упражняться в добрых делах (или трудиться в достойных профессиях) в удовлетворении необходимым нуждам". Сравните Еф. 6,4; Тит. 3,14. Вот те вопросы, которые сурово испытывают наше практическое христианство. Если не исполнен с верностью первый и важнейший долг, перед тем как возникнет необходимость исполнить следующий, может прийти великое испытание, и кто скажет, как долго мы сможем его вынести, прежде чем Сам Господь не явится нам на помощь. Пусть же "Бог всякой благодати" сподобит нас познать более полно и оценить более высоко наши благословенные привилегии быть более верными нашему великому долгу - в качестве Его слуг - по отношению к нашим семьям в нашем доме.

А. М.

Предисловие к новому изданию

Предлагая новое издание этой книги, автор должен сказать, что сосредоточенное и молитвенное размышление в течение двенадцати месяцев над содержащимся здесь учением лишь укрепило его мысли о его истинности и важности. Он убежден, что эта книга в основном соответствует открытому нам замыслу Бога. Автор с готовностью допускает, что в частностях у него могут быть несовершенства, но он настойчиво просит христианского читателя рассматривать книгу как целое и не позволять отдельным местам - выраженным или понятым недостаточно из-за несовершенств автора или читателя - искажать его мнение. Все мы слабые, заблуждающиеся смертные, и, следовательно, мы нуждаемся в постоянном укреплении терпения и снисходительности, и, хотя мы не можем в душе согласиться со всеми положениями, содержащимися в книге или брошюре, тем не менее, мы должны быть готовыми воспринять любую представленную перед нами истину и воспользоваться ею. Отвергать все сочинение или относиться к нему с безразличием из-за того, что мы не можем понять или принять некоторые содержащиеся в нем положения, - это свидетельствует об узости мышления или предвзятости суждения; ни то, ни другое совершенно не достойно того, кого Божественная благодать наградила "духом не боязни, но силы и любви и целомудрия" (2 Тим. 1, 7). Мы призваны "все испытывать" и "хорошего держаться".

Но в то время, когда читателю потребуется проявить свое беспристрастное суждение, автор чувствует себя обязанным, насколько это в его силах, устранить с его пути все камни преткновения. При подготовке этого издания он со всей тщательностью постарался убрать или изменить выражения, которые, как ему казалось, могли быть неправильно поняты и которые на самом деле толковались в том смысле, какого он никогда не предполагал. Кроме того, в нескольких примечаниях он попытался предложить ряд дополнительных суждений тем, кто призван Богом к высокому и важному служению при воспитании молодого поколения, искренне желая по мере возможности быть им в этом помощником.

Пусть Господь изольет Свои обильные благословения на всех христианских родителей, учителей и опекунов, чтобы они могли осуществить свои замечательные обязанности в Его присутствии, посредством Его благодати и во славу Его и чтобы их сердца ободрялись при виде изобильных плодов среди тех, над которыми они поставлены. Да благословится Имя Его. В течение последних двух лет Он побудил многих родителей-христиан сказать по отношению к своему дому: "Господь помнит нас, благословляет нас". Пусть наши сердца исполнятся хвалой за прошлое и уверенностью в будущем.

Г. Х. М.

Христианин и его дом

Есть два дома, которые занимают очень важное место на страницах Писания, это - дом Бога и дом слуги Бога. Бог придает Своему дому огромное значение, и это справедливо, ведь это Его дом, Его правда, Его честь, Его сущность, Его слава, - все это входит в понятие Его дома, и, следовательно, Он желает, чтобы печать того, что Он есть, ясно была обозначена на всем, что Ему принадлежит. Если у Бога есть дом, само собой разумеется, это должен быть Божественный дом, священный, духовный, возвышенный, чистый и небесный дом. Он должен быть таким не просто в своей абстрактной сущности, в принципе, но практически, на деле. Его сущность заключается в том, на чем и где Бог поставил его, но его практическое положение определяется действительным поведением тех, кто является его составными частями на земле.

В то время как многие готовы к тому, чтобы воспринять истинность и важность всех установлений, связанных с домом Бога, сравнительно немногие расположены обратить должное внимание на то, что связано с домом слуги Бога; хотя, если кого-либо спросить: "Какой дом следует за домом Бога?" - то несомненно последует ответ: "Дом слуги Его". Однако, так как нет ничего лучшего, чем довести до сознания священную силу Слова Бога, я процитирую несколько отрывков из Писания, которые должны показать ясным и ярким образом, каковы мысли Бога относительно тех, кто находится с Ним в единении.

Когда беззакония допотопного мира достигли предела и конец всякой плоти пришел пред праведным Богом, Который уже собирался обрушить на развращенную землю тяжелую волну Своего суда, в ушах Ноя прозвучали прекрасные слова: "Войди ты и все семейство твое в ковчег, ибо тебя увидел Я праведным предо Мною в роде сем" (Быт. 7,1). Итак, Ной был прообразом Христа - праведный глава спасенной семьи, спасенной, благодаря связи с Ним. Все это как дар, но характер Ноя ни в коей мере не противоречит тому принципу, который я пытаюсь вывести из этого и родственного ему отрывков - принципу, который я выражу в самом начале: семья каждого слуги Бога, благодаря ее связи с Ним, обладает Его привилегиями и вытекающей отсюда ответственностью.

Примечание

Полагаю, читатель не подумает, будто здесь отрицается или умаляется необходимость действия Духа Святого в духовном воскрешении детей христиан. Напротив. "Если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия". Это также верно в отношении христианского ребенка, как и в отношении любого другого. Благодать не наследуется. Суть того, что я хочу внушить родителям-христианам в том, что Писание неразрывно связывает человека с его семейством и что родитель-христианин обладает правом опираться на Бога в отношении своих детей и обязанностью воспитать их для Бога. Кто отрицает это, пусть истолкует Еф. 6,4.

То, что этот принцип имеет громадные практические последствия, мы - с благословения Бога и по благодати Его - увидим прежде, чем закроем эту книгу, но прежде всего мы должны попытаться установить его истинность из Слова Бога. Если бы мы судили лишь по аналогии, наше утверждение легко было бы доказать, так как ни один человек, знакомый с сущностью и действиями Бога, не предположит, что Он, уделяя такое невыразимо большое внимание Своему собственному дому, не уделит никакого внимания дому Своего слуги. Это было бы невозможно. Это было бы совершенно не похоже на Бога, а Бог всегда действует исходя из Самого Себя. Но мы не полагаемся на аналогии в этом чрезвычайно важном и глубоко практическом вопросе, и только что процитированный отрывок является началом в ряду непосредственных и позитивных доказательств. В нем мы находим слова громадной важности "ты и дом твой", неразрывно связанные между собой. Бог не открыл спасения Ною, которое не было бы спасением и для его семьи. Подобное никогда не входило в Его планы. Тот же самый ковчег, открытый перед ним, был открыт и для его семьи. Почему? Потому, что они имели веру? Нет, но потому, что он имел веру, а они были связаны с ним. Бог дал ему свободу действий для него и его семьи, и это выразилось в том, что он взял свою семью с собой. Я повторяю, что это ни в малейшей степени не противоречит характеру Ноя. Я рассматриваю его как типически, так и в личностном плане. Ни при каких обстоятельствах не могу я отделить человека от его дома. Дом Бога находится в благословении, и на него возложена ответственность из-за его связи с Ним, также и дом слуги Бога находится в благословении, и на него возложена ответственность из-за его связи с Ним. Таково наше утверждение.

Следующий отрывок, на который я сошлюсь, касается жизни Авраама: "И сказал Господь: утаю ли Я от Авраама, что хочу делать!... ибо Я избрал его для того, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя, ходить путем Господним, творя правду и суд; и исполнит Господь над Авраамом, что сказал о нем" (Быт. 18,17-19). Это вопрос не спасения, но единения с замыслом и целью Бога, и пусть родители-христиане отметят и серьезно обдумают тот факт, что когда Бог искал человека, которому Он мог открыть Свои тайные замыслы, Он избрал того, кто просто был способен "заповедать сынам своим и дому своему после себя". Чуткий разум не может не найти в этом доказательство чрезвычайно важного принципа. Если есть вопросы, в которых христиане чаще всего терпят неудачу, то именно в вопросе, касающемся заповеди "сынам своим и дому своему". Они, несомненно, не прибегали к Богу в этом вопросе, так как если я посмотрю на полное описание действий Бога по отношению к дому Своему, то увижу, что Он неизменно применяет к таким родителям Свою власть, основанную на праведности. Он прочно утвердил и неуклонно осуществляет Свою священную власть. Дело не в том, каким может быть внешний вид или характер Его дома, а в том, что остается неизменным сам принцип Его отношения к нему. "Откровения Твои несомненно верны, дому Твоему, Господи, принадлежит святость на долгие дни". Итак, слуга всегда должен брать за образец господина, и, если Бог управляет Своим домом властью праведности, так же должен поступать и я , и если я в чем-то от него отступлю, то, значит, здесь я ошибаюсь. Это ясно.

Но Бог не только управляет Своим домом таким образом, Он также и любит и ободряет тех, кто поступает подобно Ему, относясь к ним с замечательным и почетным доверием. В выше приведенном отрывке мы видим Его слова: "Утаю ли Я от Авраама, что Я хочу сделать?" Почему Он так сказал? Из-за праведности или веры самого Авраама? Нет, просто потому, что он "заповедал сынам своим и дому своему". Человек, который знает, как заповедать своему дому, заслуживает доверия Бога. Это великая истина, которая пронзит сознание многих родителей-христиан. Многие из нас - увы! - глядя на Быт. 18,19, могут пасть ниц перед Тем, Кто произнес и записал эти слова, и воскликнуть: "Провал! Провал! Позорный, унизительный провал!" А почему так? Почему мы не смогли исполнить великие обязанности, возложенные на нас по управлению нашим домом должным образом? Полагаю, на это есть лишь один ответ, а именно потому, что мы не сумели понять - по вере - привилегию, данную нашему дому, благодаря Его связи с нами. Примечательно, что два наших прежних доказательства должны с особой точностью представить нам две большие грани нашего вопроса - привилегию и ответственность. В случае Ноя Слово говорит "ты и дом твой" в смысле спасения. В случае Авраама - в смысле нравственного руководства. Связь здесь сразу заметна, и она прекрасна, и человек, который не сумеет по вере воспользоваться этой привилегией, не сможет осуществить моральной властью свой долг. Бог смотрит на дом человека как на часть Самого Себя, и Он ни в малейшей степени, в принципе или на практике, не может игнорировать эту связь без серьезного ущерба, а также искажения свидетельства.

Теперь этот вопрос для родителя-христианина реально выглядит так: "Опираюсь ли я на Бога в отношении своего семейства и управляю ли я своим домом для Бога?". Конечно, это важный вопрос, но все же, боюсь, очень немногие чувствуют его величие и силу. Здесь мой читатель, возможно, потребует более полных доказательств в отношении нашего права опираться на Бога в управлении нашим домом, чем было до сих пор предложено. Поэтому я продолжу цитировать Писание. Вот одна цитата из истории об Иакове: "Бог сказал Иакову: встань, пойди в Вефиль и живи там". Может показаться, что эти слова обращены лично к Иакову, но он ни на мгновение не подумал бы отделить себя от семьи относительно ли привилегий или ответственности, поэтому дальше немедленно следует: "И сказал Иаков дому своему и всем бывшим с ним: бросьте богов чужих, находящихся у вас, и очиститесь, и перемените одежды ваши; встанем и пойдем в Вефиль" (Быт. 35,1-3). Здесь мы видим, что призыв к Иакову поставил под ответственность и его дом. Иаков был призван идти в дом Бога, и перед ним немедленно встал вопрос, готово ли его семейство ответить на этот призыв.

Теперь мы обратимся к начальным главам Исхода, где мы видим, что одно из четырех возражений фараона против полного освобождения и отделения Израиля особенно касалось детей. "И возвратили Моисея и Аарона к фараону, и фараон сказал им: пойдите, совершите служение Господу, Богу вашему; кто же и кто пойдет? И сказал Моисей: пойдем с малолетними нашими и стариками нашими, сыновьями нашими и дочерями нашими, и с овцами нашими и с волами нашими пойдем, ибо у нас праздник Господу" (Исх. 10,8-9). Причина, почему они должны были взять с собой детей и всех остальных, заключалась в том, что они собирались на праздник Господу. Мирянин может сказать: "Что могут маленькие дети знать о празднике Господу? Не боитесь ли вы сделать их формалистами?" Ответ Моисея прост и решителен: "Пойдем с малолетними нашими ... ибо у нас праздник Господу". У него в мыслях не было искать одного для взрослых, а другого для детей. Они не мечтали для себя о Ханаане, а для детей о Египте. Как они могли есть манну небесную или хлеб земли обетованной, в то время как их дети питались луком и чесноком в Египте? Это невозможно. Моисей и Аарон не поняли бы такого поступка. Они чувствовали, что призыв Бога к ним был также и призывом к их детям, и более того, если бы они так поступили, уйдя из Египта по одной дороге, дети вернули бы их обратно по другой. Сатана слишком хорошо знал, что в этом суть, и в этом, по-видимому, причина возражения: "Нет, пойдите одни мужчины". Это именно то, что делают (или, скорее, пытаются делать) в настоящее время многие практикующие христиане. Они заявляют, будто идут служить Господу, но их дети остаются в Египте. Они заявляют, что предприняли трехдневное путешествие в пустыню, другими словами оставили мир, умерли для него и воскресли со Христом, как обладатели жизни небесной и наследники в ожидании славы небесной, но они оставили своих детей в руках фараона или, точнее, в руках сатаны.

Примечание

Могут сказать, что нет аналогии между действительным перемещением народа из одной страны в другую и воспитанием детей. Но я использую эту аналогию лишь в принципе. Совершенно очевидно, что мы не можем взять наших детей на небеса в том смысле, в котором израильтяне взяли своих в Ханаан. Только Бог может подготовить наших детей для неба, вложив в них жизнь Своего Собственного Сына, и только Он может взять их на небеса в известный лишь Ему Одному срок. Но хотя мы не можем ни подготовить наших детей для неба, ни взять их туда, тем не менее, мы можем по вере воспитать их для этого, и это не просто наш долг (бледное, холодное и недостойное выражение), это высокая и священная привилегия... Следовательно, если мы воспитываем наших детей на явно мирских принципах и с помощью мирского, то фактически, насколько это от нас зависит, мы оставляем их в мире. С другой стороны, если наши принципы и средства однозначно небесные, тогда мы, насколько это от нас зависит, воспитываем наших детей для неба. Именно это, дорогой читатель, я имел в виду, говоря об оставлении наших детей в Египте или взятии их в Ханаан. Мы обязаны воспитывать наших детей, хотя мы не можем обратить их, и Бог непременно благословит верное воспитание тех, кого Он по милости Своей доверил нам.

Они оставили мир для себя, но они не могут сделать этого для своих детей. Следовательно, в день Господень они займут позиции посторонних и пришельцев: будут петь гимны, читать молитвы и учить закону, выказывая себя народом, далеко продвинутым в духовной жизни и находящимся на самой границе Ханаана, но в действительности же (в духовном отношении, конечно, они уже там), в понедельник утром каждый поступок, каждая привычка, каждое намерение и каждая их цель будут противоречить всему этому. Их дети воспитаны для мира. Масштабы, цель, предмет и весь характер их воспитания - мирские в самом истинном и строгом смысле этого слова. Моисей и Аарон не поняли бы таких действий, как и любое нравственно честное сердце или непредубежденный разум. Я не вижу для своих детей иных принципов, иной судьбы или перспективы, чем для самого себя, да я и не воспитываю их для другого. Если Христа и славы небесной довольно для меня, то этого довольно также и для моих детей, но тогда должно быть однозначное доказательство того, что этого для меня довольно. Весь характер родителя должен быть таким, чтобы не допустить ни тени сомнения относительно глубинных намерений и целей его души.

Но, что мне скажет мой ребенок, если буду говорить ему, что страстно ищу для него Христа и неба, в то же самое время воспитывая его для мира? Чему он поверит? Что сильнее повлияет на его сердце и на его жизнь - мои слова или мои поступки? Пусть ответит совесть, но пусть это будет честный ответ, ответ, исходящий из самой глубины сердца, ответ, который неопровержимо покажет, что вопрос понят во всей его остроте и силе. Я искренне верю, что пришло время честного отношения к своей совести. Каждому внимательному и пребывающему в молитве наблюдателю христианства должно быть видно, что в настоящее время оно представляет собой чрезвычайно жалкое зрелище, что рвение сильно угасло и, одним словом, что-то не так. Что же касается свидетельства Сына Бога, то о нем думают редко, увы, так редко. Кажется, что личное спасение составляет высшую цель для 99 из 100 практикующих христиан, как будто мы оставлены здесь, чтобы спастись, а не прославить Христа, будучи спасенными.

Теперь бы я хотел, горячо веруя, задать вопрос: не в нашем ли пренебрежении тем принципом, который заключается в выражении "ты и дом твой", прослеживаются многие причины наших неудач в практическом свидетельстве о Христе? Я не могу не думать, что во многом это именно так. Одно несомненно - в нашу среду вкрались приверженность к мирскому, неустройство и нравственное зло, это способствует тому, что наши дети остаются в Египте. Мы видим, как многие из тех, кто, может быть, десять, пятнадцать или двадцать лет назад занимал видное место в свидетельстве и служении, отдавая большую часть своего сердца работе, теперь с рыданиями отступили назад, не в силах удержаться над водой, тем более помочь кому-либо. Все это предупреждение для родителей-христиан, воспитывающих семью, и оно гласит: "Помните о своих малолетних в Египте". Многим отцам с разбитыми сердцами остается теперь лишь плакать, скорбя о роковой ошибке в отношении своего семейства. Они оставили его в Египте в недобрый час и в ужасном обмане, и теперь, когда они пытаются - может быть, искренно и страстно - донести Слово до тех, кто вырос вокруг них, они наталкиваются лишь на глухие уши и черствые сердца, с упорной решительностью цепляющиеся за тот Египет, в котором безверно оставили их отцы. Это жестокий факт, который может причинить боль многим сердцам, но нужно сказать правду, чтобы - хотя это и ранит кого-то - предупредить других. Но я продолжу доказательства.

Примечание

Должен сказать, что серьезная ошибка заключается в передаче христианами своих детей для воспитания необращенным или даже тем, кто не заодно с родителями в смысле удаления от мира. Естественно, ребенок будет смотреть на того и брать пример с того, кто непосредственно его воспитывает и руководит им. Но может ли учитель сделать из ребенка что-либо другое, чем он сам? Куда он его поведет, если не туда, куда идет сам? В каких принципах он воспитывает ребенка, если не в тех, которые управляют его собственным рассудком? Но если я вижу ясно из всего его характера и поведения, что он не обращен, доверю ли ему воспитание или обучение моих детей или формирование их характера? Так поступить - было бы верхом глупости и непоследовательности. Подобно этому, человек, желающий получить овальную пулю, мог бы вылить расплавленный свинец в круглую форму. Тот же принцип применим и к чтению книг. Книга - это не что иное, как молчаливый учитель, формирующий наш разум и характер, и, если я обязан внимательно присматриваться к характеру и нравственным началам живого учителя, так же я должен поступать и в отношении молчаливого учителя. Я совершенно убежден, что мы должны направлять и воспитывать себя как в отношении книг, так и в отношении учителя.

В книге Числа наше внимание вновь обращается на детей. Мы только что видели, что истинное намерение души, находящейся в единении с Богом, - выйти с детьми из Египта. Их нужно вывести оттуда любой ценой, но в этом не состоит ни вера, ни безверие. Мы должны опираться на Бога не только для того, чтобы вывести их из Египта, но также для того, чтобы привести их в Ханаан. Здесь Израиль явно потерпел провал. Когда вернулись разведчики, все общество, услышав обескураживающие известия, впало в роковую ошибку, говоря: "И для чего Господь ведет нас в землю сию, чтобы мы пали от меча? жены наши и дети наши достанутся в добычу врагам; не лучше ли нам возвратиться в Египет?" (Числ. 14,3). Это было ужасно. В сущности, это было, насколько это от них зависело, исполнением злобного пророчества фараона в отношении их детей: "Видите, у вас худое намерение". Неверие всегда оправдывает сатану и выставляет Бога лжецом, и так как абсолютно истинно то, что по вере нашей будет нам, то, с другой стороны, истинно и то, что неверие пожинает то, что посеяло. Так же и в случае с несчастным из-за своего неверия Израилем: "Живу Я, говорит Господь: как говорили вы вслух Мне, так и сделаю вам. В пустыне сей падут тела ваши, и все вы исчисленные, сколько вас числом, от двадцати лет и выше, которые роптали на Меня, не войдете в землю, на которой Я, подъемля руку Мою, клялся поселить вас, кроме Халева, сына Иефонниина, и Иисуса, сына Навина. Детей ваших, о которых вы говорили, что они достанутся в добычу врагам, Я введу туда, и они узнают землю, которую вы презрели; а ваши трупы падут в пустыне сей" (Числ. 14,28-32). Они "оскорбляли Святого Израилева" в отношении своих детей. Это тяжкий грех, и он записан для нашего увещевания. Как часто сердце родителя-христианина резонерствует, как следует обращаться со своими детьми, вместо того, чтобы встать здесь на сторону Бога. Могут сказать: "Но мы не можем сделать из наших детей христиан". Не в том дело. Мы и не призваны "делать" из них что-то. Это дело Бога, и только Его Одного, но если Он говорит: "Возьмите с собой детей ваших",- сможем ли мы отказать? Я бы не хотел сделать из своего ребенка формалиста, и я бы не смог сделать из него настоящего христианина, но если Бог в бесконечной Своей благодати говорит мне: "Я рассматриваю твой дом, как часть тебя самого и, благословляя тебя, Я благословляю его",- то отклоню ли я в чудовищном неверии сердца это благословение, чтобы не способствовать формализму или потому что я не вижу реальности? Напротив, я буду неподдельно рад, что Бог благословил меня благословением, настолько Божественно обильным и полным, что оно простирается не только на меня, но и на всех, кто мне принадлежит, и, при условии, что благодать дала мне это благословение, пусть вера обдумает и оценит это.

Примечание

Очень многие удовлетворяются уверенностью в том, что их дети рано или поздно будут обращены. Но это означает действовать в отношении их не по принципу Бога. Если мы уверены, что судьба наших детей входит в замысел Бога, то почему мы не действуем, исходя из этой уверенности? Если мы ожидаем увидеть в них определенные свидетельства их обращения до того, как мы начнем исполнять указания Писания, то ясно, что мы ждем того, чего Бог не обещал. Это не вера. Родитель-христианин обладает теперь привилегией рассматривать своего ребенка в качестве того, кого нужно воспитать для Бога. Он обязан по вере встать на эту позицию и, взирая на Бога, воспитать его подобным образом в полнейшей уверенности. Если я ожидаю увидеть плоды, это не вера. Кроме того встает вопрос, каковы теперь наши дети? Может быть, они бездельники, своевольные бродяги, несущие прискорбное бесчестие имени и истине Христа, и все же я успокаиваю себя, говоря, что они еще будут обращены. Но этого не произойдет. Мои дети должны теперь быть свидетелями о Боге, и сделать это они могут лишь тогда, когда я отношусь к ним по принципу Бога, и опираясь на Него.

Но давайте вспомним, что способ проверки того, получили ли мы благословение, заключается в выполнении нашего долга. Говорить, что я опираюсь на Бога в воспитании своих детей для Ханаана и тем не менее воспитывать их для Египта - это величайший самообман. Мое поведение доказывает, что я упражняюсь во лжи, и я не удивлюсь, если Бог в Своей праведности допустит, чтобы я исполнился плодами своих собственных деяний. Наше поведение всегда подтверждает наши истинные убеждения, и в этом, как и во всем остальном, Слово Господне абсолютно истинно: "Кто хочет творить волю Его, тот узнает о сем учении". Мы часто хотим узнать учение до того, как начнем творить Его волю, следствием чего является то, что остаемся в глубочайшем невежестве. Итак, исполнять волю Бога в отношении наших детей - значит, поступать с ними так, как поступает Он, рассматривая их как часть самого себя и соответственно их воспитывая. Окончательно сделать их детьми Бога может не одна лишь надежда на это, но отношение к ним во всем как к тем, кто уже приведен в привилегированное положение. Согласно мыслям и поступкам многих родителей, может показаться, что они рассматривают своих детей в свете язычества, считая, что в них практически отсутствует интерес ко Христу или связь с Богом вообще. Это, конечно же, тяжелейшая ошибка. Вопрос не в крещении детей или взрослых, как это часто допускается. Нет, целиком и полностью это вопрос веры во всей силе и объеме того особенно благодатного Слова: "Ты и дом твой" - Слова, мощь и красоту которого мы будем видеть все полнее по мере нашего продвижения вперед.

Во всем Второзаконии сынам Израилевым вновь и вновь предписывается наставлять своих детей в заповедях, установлениях, судах и законах, а сами дети рассматриваются как исследующие природу и предмет различных установлений и предписаний. Читатель легко может пройтись по разным страницам.

Теперь я перейду к особенно памятному решению Иисуса Навина: "Изберите себе ныне, кому служить ... а я и дом мой будем служить Господу" (Иис. Нав. 24,15). Заметьте: "Я и дом мой". Он чувствовал, что личной чистоты от всех связей с мерзостью и нечистотой идолопоклонства недостаточно; он должен также присматривать за нравственным характером и практическим состоянием своего дома. Хотя Иисус Навин и не почитал идолов, но если бы их почитали его дети, остался ли бы он невиновным? Конечно, нет. Более того, свидетельство истины было бы искажено идолопоклонством семейства Иисуса в той же степени, что и его личным идолопоклонством, соответствующим был бы и суд. Хорошо бы в этом разобраться. Начало первой книги Самуила ярко демонстрирует истинность этого положения: "И сказал Господь Самуилу: вот, Я сделаю дело в Израиле, о котором кто услышит, у того зазвенит в обоих ушах, в тот день Я исполню над Илием все то, что Я говорил о доме его; Я начну и окончу. Я объявил ему, что Я накажу дом его навеки за ту вину, что он знал, как сыновья его нечествуют, и не обуздывал их" (1 Сам. 3,11-13).

Здесь мы видим, что не имеет значения, каким является личный характер самого слуги Бога, но если он не сумел должным образом управлять своим домом, Бог не оставит его без вины. Илий должен был обуздать своих детей. Это была его привилегия (так же, как и наша) - опираться на особую власть Бога в подчинении каждой части своего дома, которая могла бы исказить свидетельство, но он не сделал этого, ужасным концом чего было то, что он сломал себе шею о Дом Бога, потому что не обуздал себя в своем собственном доме. Если бы он полагался на Бога в отношении своих своевольных сыновей, если бы он исполнил возложенный на него священный долг, то Дом Бога никогда бы не был осквернен, и ковчег Бога никогда бы не был унесен. Одним словом, если бы он относился к своему дому как к части самого себя и делал то, что было нужно, он никогда бы не навлек на себя суровый суд Того, Чьим принципом всегда было не разделять слова "ты и дом твой".

Но сколько родителей пошли с тех пор по пути Илия! Руководствуясь совершенно ложной мыслью относительно всей основы и характера родительских отношений, они оставляли своих детей - с младенчества до юношества и с юношества до зрелости - в необузданном потворстве их желаниям. Не имея достаточно силы, чтобы встать на Божественную позицию, они не сумели в своей моральной власти занять даже общечеловеческую позицию, чтобы заставить своих детей относиться к ним с уважением и послушанием, в результате чего нашему взору предстает ужасная картина сумасбродного беззакония и дикого неустройства. Высшим предметом для слуги Бога в управлении домом должно быть осуществляемое при этом свидетельство во славу Того, Чьему дому он сам принадлежит. Это действительно должный образ поведения. Я должен воспитать в детях порядок не потому, что в противном случае это доставило бы мне неприятности и неудобства, но потому, что в Божественном устройстве домов тех, кто составляет Его дом, затрагивается честь Бога.

Здесь, однако, могут возразить, что до сих пор мы дышали атмосферой лишь ветхозаветных Писаний и что лишь оттуда мы выводили принципы и доказательства; теперь же, наоборот, Бог действует по принципу благодати в зависимости от выбора человека, и это приводит к призванию человека, независимо от всех его домашних связей и отношений, так что можно найти чрезвычайно набожного, преданного, духовного человека - святого во главе чрезвычайно безбожной, распущенной, мирской семьи. В противоположность этому, я придерживаюсь того убеждения, что Божественные принципы нравственного руководства вечны и потому, в каком бы веке они не проявлялись, они одни и те же. Бог не может учить, что человек и его дом - одно, убеждая его управлять им должным образом, и в то же время утверждать, что это не одно, позволяя ему управлять своим домом, как ему заблагорассудится. Это невозможно. Божье одобрение или неодобрение чего-либо вытекает из того, что Он есть в Себе, и в этом вопросе, в частности, поскольку Бог управляет Своим Собственным домом согласно тому, чем Он является в Себе, Он заповедует Своим слугам управлять своими домами по тем же принципам. Неужели благодать Бога или христианство явились для того, чтобы разрушить этот прекрасный нравственный порядок? Ни в коей мере! Напротив, они лишь добавили к нему, если это возможно, новые прекрасные черты. Не рассматривал ли еврей свой дом как часть самого себя, и должно ли отношение христианина к своему дому быть другим? Конечно, нет. Было бы грубым оскорблением и лжеупотреблением этого небесного слова "благодать" - использовать его в применении к деморализации и порочному управлению, которые преобладают в домах бесчисленных христиан нашего времени. Неужели эта благодать позволяет своеволию так буйствовать? Неужели это от благодати - потакать всем страстям, настроениям, капризам и аппетитам развращенной плоти? Увы, не называйте это благодатью, чтобы наши души не потеряли истинного смысла этого слова и не вообразили благодатью то, что они назвали этим словом. Называйте вещи своими именами - чудовищным оскорблением, отрицанием Бога (не только как правителя Своего Собственного дома, но и как нравственного устроителя вселенной), вопиющим противоречием всем заповедям Писания по этому важнейшему вопросу, но только не благодатью.

Но давайте обратимся к Новому Завету и посмотрим, не найдем ли мы на его священных страницах обильных доказательств нашего утверждения. Неужели в этой важнейшей части Его книги Дух Святой лишает дом человека тех привилегий и той ответственности, которой он был наделен в Ветхом Завете? Мы очень ясно увидим, что это не так. В наставлении Христа апостолам мы находим такие слова: "В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете; а входя в дом, приветствуйте его, говоря: "мир дому сему"; и если дом (а не только хозяин) будет достоин, то мир ваш придет на него; если же не будет достоин, то мир ваш к вам возвратится" (Матф. 10,11-13). И снова: "Иисус сказал ему (Закхею): ныне пришло спасение дому сему, потому что и он сын Авраама; ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее" (Лук. 19,9-10). Так и в случае с Корнилием: "Пошли в Иоппию людей и призови Симона, называемого Петром; он скажет тебе слова, которыми спасешься ты и весь дом твой" (Деян. 11,13-14). Так же и в случае с заключенными в Филиппах: "Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой" (Деян. 16,31). Наконец, мы получаем практический результат: "И, приведя их в дом свой, предложил трапезу и возрадовался со всем домом своим, что уверовал в Бога" (Стих 34). В той же главе Лидия говорит: "Если вы признали меня верною Господу, то войдите в дом мой и живите у меня" (стих 15). "Да даст Господь милость дому Онисифора" (2 Тим. 1,16). Почему? Из-за его поведения по отношению к Павлу? Нет, но "за то, что он многократно покоил меня и не стыдился уз моих". Епископ должен быть "хорошо управляющим домом своим, детей содержащим в послушании со всякою честностью; ибо кто не умеет управлять собственным домом, тот будет ли пещись о Церкви Божией?" (1 Тим. 3, 4-5).

Во всех этих цитатах мы находим подтверждение одной и той же великой истины: когда Бог посещает человека со всеми благословениями и требованиями, Он с тем же посещает и его дом. Мы можем пройтись по всему Писанию и увидеть, что везде практически утверждается этот принцип. Достойно Бога - учить этому Своих детей. Но, увы, братья, возлюбленные в Господе, как раз в этом мы потерпели большую неудачу. В эти последние времена ничто не было таким серьезным ударом для свидетельства во имя Сына Бога, как наша неудача в этом вопросе. Конечно, существуют разные формы зла - гордыня, тщеславие, приверженность мирскому, чревоугодие, различные вожделения, греховная торговля непрочувствованными истинами, попытки обойтись без присутствия Бога, безбожная похвальба чисто телесной или интеллектуальной энергией, использование драгоценного Слова Бога в качестве пьедестала для выставления себя напоказ, жалкое красование перед людьми, низкое притворство насчет обладания дарами Духа Святого, бесчестное выдвижение тех принципов, остроту которых наше сознание никогда должным образом не ощущало, перевешивание перед другими тех весов, на которых мы никогда не взвешивались в присутствии Бога, прискорбные недостатки хорошо уравновешенной совести, которые бы заставили нас увидеть явное несоответствие между исповедуемыми принципами и усвоенной практикой.

Во всем этом, а также и во многом другом видна глубочайшая и примечательнейшая ошибка - ошибка, уязвившая Духа Святого, печатью Которого, по нашим словам, мы отмечены, и принесшая бесчестье на священное имя, которым мы называемся. Мысль об этом должна облечь нас в рубище и покрыть нас пеплом, покрыть наши лица стыдом и смятением, смирением и раскаянием - не только на преходящее мгновение, на день или неделю, но пока Сам Бог не выведет нас из этого состояния. Увы, братья, мы посещаем собрания для молитвы и смирения духа, но как только мы поднимаемся с колен, то легкомысленностью своего рассудка и поведения мы доказываем, как удивительно мало мы проникли в истину и в наше реальное положение и состояние перед Богом. Так ничего не выйдет, так мы никогда не доберемся до глубоко укоренившихся и широко разросшихся корней нашей болезни. Борозды совести должны залечь так глубоко, как их может положить плуг Божественной истины. У Бога Свой способ одновременной вспашки и сева - это истина. Но мы должны открыть действиям этой истины наше "доброе и чистое сердце", отзывчивую совесть и непредубежденный разум. Итак, если истина действует в нас таким образом, что она нам открывает? В каком виде предстаем мы посреди того самого поля деятельности, в котором Господь заповедал нам трудиться, пока Он возвратится? На страницах наших книг, брошюр или журналов нельзя найти ответ на эти вопросы, так как поистине легче начеркать истину на бумаге, чем запечатлеть ее в нашем сознании, представив ее в мириадах частностей и разнообразных отношениях реальной жизни. Поэтому наши сочинения не совсем то, и даже они, если исследовать их спокойным, чистым, зрелым и возвышенным умом под исследующим оком праведного Бога, как окажется, будут содержать множество грубых умозрений, непонятных и бесполезных вопросов, если не явной испорченности, вызывая глубокую скорбь и смирение сердца перед Богом.

Но если наши сочинения не то, что нужно, то что мы скажем о наших публичных собраниях - для поклонения, молитвы и общего просвещения? Что это за собрания? Где их сила, рвение, свежесть и возвышенность? Сотни людей прекрасно знают и с болью чувствуют, что, за немногими исключениями, эти собрания скучны, пусты, тяжелы и бесполезны. Почему так? Обещание Христа остается верным: "Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них". Итак, где осуществлено Его присутствие, там должна быть сила, но Он не гарантирует Свое присутствие, если наши сердца неверны Ему, как особой цели наших собраний. Если перед нами более низкая цель, чем Он, то нельзя сказать, что мы собраны во имя Его, и, как следствие, Его нет посреди нас. Как много тех, кто посещает собрания, не имея Христа в качестве своей непосредственной и первоначальной цели! Некоторые ходят на проповеди для получения образования. Для них образование, а не Христос является целью собрания. Нельзя сказать: Христос и образование, так как я не могу держать в сознании одновременно две цели, следовательно, если моя цель - получить образование, то я не собираюсь с другими во имя Христа, и потому я не могу получить того ясного, отчетливого ощущения Его присутствия, которое обеспечивает Матф. 18,20. Может быть масса набожных чувств и устремлений, религиозных восторгов, интеллектуального интереса в исследовании буквы Писания или отдельных моментов истины, но все это может существовать без малейшего присутствия Христа - священного и возвышенного.

Есть и такие, кто является на собрание с сердцем, переполненным желанием что-то сделать: прочитать главу, спеть гимн, сделать какие-то замечания - и вот они выискивают подходящую возможность, чтобы пробиться вперед и привлечь наше внимание. Совершенно очевидно, что у таких людей цель не Христос, а они сами со своими жалкими поступками и высказываниями. Такие люди делают чрезвычайно много, чтобы лишить собрание его отличительной свежести, силы и возвышенности. У них во главе угла стоит не Христос, а плоть, красование плотью даже при самых ужасных обстоятельствах. Плоть может действовать в Оранжистской ложе или на политической арене, но в собрании святых ее словно бы не существует. Я не имею права предстать перед Господом в собрании Его народа с готовой речью, выбранной заранее главой или гимном. Я должен пойти туда, чтобы сесть в Его присутствие и отдаться Его верховной власти. Одним словом, я должен прийти во имя Его. Он Один должен быть моей целью. Я должен забыть все рядом с Ним. Не то, чтобы, имея Его целью, я не могу передавать или получать какие-то познавательные сведения, как раз наоборот: только когда я имею Его перед собой, я могу действительно сделать то или другое. Если со мной Христос, я точно получу образование, но если я ищу последнее вместо первого, если я ставлю своей целью получить образование, я потеряю и то, и другое.

Далее, как много тех, кто посещает христианские собрания с нечистой совестью, неосужденным сердцем и неусмиренной плотью! Без молитвы и без веры, холодные и бесплодные, они садятся на скамейки, вообще не имея никакой цели. Они приходят сюда механически, потому что это привычка, но они не руководствуются никакой определенной целью. Для таких людей собрание - пустая религиозная формальность, они лишь наводят скуку на других. Сами они - чрезвычайное препятствие на пути к общему благословению и возрождению. Итак, существуют разные причины, подрывающие ростки жизни и рвения на публичных собраниях, разные причины общего упадка настроения и ослабления среди нас свидетельства. Чтобы добраться здесь до сути, сознание должно совершить очень важную работу. Из многих сердец должен прозвучать вопрос: "Не я ли, Господи?" Совершенно напрасно надеяться на постоянное благословение или возрождение прежде, чем мы все не перейдем к истинному раскаянию и самоосуждению. Если мы должны когда-то вновь ступить на путь свидетельства ради Христа, то нужно начать с самых Его стоп, заняв там место в искреннем осознании того, чем мы являемся и где мы потерпели неудачу или допустили ошибку. Никто не может бросить в другого камень. Мы все согрешили и лишились славы Бога и свидетельства Сына Бога. Мы все способствовали - в меру наших наклонностей - тому прискорбному, смерти подобному положению вещей.

Это не просто церковный вопрос, простое различие мнений по поводу разных моментов истины, как бы важны они ни были сами по себе. Нет, братья, в основе нашего нынешнего печального состояния - мир, плоть и дьявол, и каждый из нас всеми доводами Христовой любви призван осудить себя лично - полностью осудить себя в присутствии Бога, и я убежден, что, когда мы продвинемся в процессе самоосуждения, мы обнаружим, что один из наиболее обильных источников слабостей и неудач прослеживается к выражению "ты и дом твой" или "христианин в своем доме". Я никогда не мог бы составить правильного мнения о человеке лишь по его виду или по его словам на собрании. Он может казаться очень духовным человеком и учить прекрасным и правильным вещам, но дайте мне пойти к нему домой, и там я узнаю истинное положение вещей. Он может говорить, как ангел небесный, но если его дом не управляется по замыслу Бога, то он не может быть истинным свидетелем Христа.

Итак, под словом "дом" понимаются три вещи, а именно сам дом, дети и слуги. Все это, взятое вместе или по отдельности, должно нести отчетливую печать Бога. Дом человека Божьего должен управляться во имя и славу Бога. Глава христианского дома - представитель Бога на земле. Отец или хозяин, он является для своего семейства выражением власти Бога, и он обязан ходить путем разумного признания и практического осуществления этой цели. Только на этом принципе он сможет обеспечить целое и управлять им. Отсюда, "если кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного". Пренебрегая тем полем деятельности, над которым Бог его поставил, он выказывает свое невежество и неподобие Тому, Кого он призван представлять. Это достаточно понятно. Если я хочу знать, как я должен заботиться о своем доме и управлять им, я лишь должен тщательно изучить то, как Бог заботится о Своем доме и управляет им. Это верный путь познания. Это ни в коей мере не вопрос истинного обращения. Вовсе нет. Я хотел бы обратить внимание всех христиан на их доме, на то, что отмечено плотью и миром. Украшение самих себя и наших домов этими качествами и будет "украшением согласно нашему положению в жизни". Но по сути, это выражение фактически выявляет истинные принципы души. Уже было отмечено, что дом человека показывает его нравственное состояние, и это выражение подтверждает это высказывание. Люди, которые говорят или даже думают о положении в жизни, "в сердцах своих вернулись в Египет". Каким, по словам Бога, будет их конец? "Я выведу вас за Вавилон". Необходимо опасаться, что жернов из Откр. 18 может оказаться слишком верной картиной конца нездоровых, притворных, пустых христиан наших дней.

Далее можно сказать, что христианство, находящиеся в нечистоте и неустройстве, никак не оправдывает дома. Это очень правильно. Я знаю мало вещей, которые были бы большим несчастием и бесчестием, чем дом христианина в нечистоте и неустройстве. Такого никогда не может быть у людей с действительной духовностью или даже просто с хорошо уравновешенным рассудком. Вы можете быть уверенными, что здесь что-то не в порядке, когда случаются такие вещи. И особенно Дом Бога предстает перед нами как благословенный образец. Над дверью этого дома можно увидеть благотворный девиз: "Поступайте порядочно и по заповедям", - и все, кто любит Бога и Его дом, пожелают осуществить этот девиз у себя дома.

Следующий вопрос, вызванный выражением "ты и дом твой" - это руководство нашими детьми. Это больная и трудноразрешимая проблема для многих из нас, поскольку она предполагает ужасное количество неудач. Состояние наших детей - более, чем что-либо другое - выявляет состояние родителей. Истинная мера моей приверженности миру и моего подчинения естеству постоянно проявляется в моих мыслях о детях и отношении к ним. Я заявляю, что оставил мир, насколько это касается лично меня, но ведь у меня еще есть дети. Оставил я мир также и для них? Некоторые скажут: "Как я могу? Они ведь во плоти и должны быть причастными к миру?". Здесь снова открывается истинное нравственное состояние сердца. Мир в действительности не оставлен, и я делаю своих детей извинением за то, что вновь цепляюсь, что, по своим словам, оставил, но что меня удерживало все это время. Являются ли дети частью меня самого ? Несомненно, что они часть меня. Но если я заявляю, что оставил мир для себя и одновременно ищу его для них, что это, как не жалкое положение человека, находящегося наполовину в Египте и наполовину в Ханаане? Мы же знаем, где целиком находится такой человек в действительности - в Египте. Да, братья, вот где мы должны произвести над собой суд. Наши дети расскажут правду. Учителя музыки или танцев, разумеется, не являются теми людьми, которых Дух Бога избрал для того, чтобы помочь вашим детям в воспитании, или во всяком случае они не соответствуют тому высокому духу Назорейства, к которому мы все призваны. Все это доказывает то, что Христос не является избранным и достаточным уделом маловерных душ. Не буду ли я настолько низок, чтобы воспитать своих детей для дьявола и для мира? Стану ли я способствовать и потакать в них тому, что, по словам, я усмиряю в самом себе? Мы все согласимся, что это грубая ошибка. Если мои дети напоминают Вавилон, таков и я сам. Если мои дети придерживаются развращенной мирской религиозной системы, также и я. В принципе, "ты и твой дом" - одно. Бог сделал это одним и тем же, и что Он соединил, да не разъединит того человек.

Это важная и пронзительная правда, в свете которой мы можем ясно видеть все зло, подталкивающее наших детей на тот путь, от которого мы, по нашим словам, отвернулись, твердо веря, что он кончается в пламени ада. По нашим словам, мы считаем мирскую литературу с ее чествованиями, богатствами, красотами и удовольствиями "сором и изгарью", и в то же время мы предлагаем все это (считая это препятствием на нашем христианском пути, заявляя, что мы отбросили все это) нашим детям в качестве вещей, существенно необходимых в их развитии. Поступая так, мы совершенно забываем то, что является преградой для нас и что не может помочь нашим детям.

Примечание

Родители-христиане могут спросить: "Чему я должен учить своего ребенка?". Ответ прост. Учите его только тому, что окажется полезным для него как слуги Христа. Не учите его тому, что, по вашим понятиям, может оказаться источником нечистоты или слабости, если он останется в этом состоянии. Мы редко затрудняемся в том, какую пищу давать нашему ребенку. Мы относительно хорошо знаем, что питательно, а что наоборот. Так вот, если бы инстинкты новой природы были бы в нас также верны и действенны, как инстинкты старой, то, по моему убеждению, мы бы также мало затруднялись в отношении того, чему следует учить наших детей. В этом, как и во всем остальном, можно сказать: "Если око твое будет чисто, то и все тело твое будет светло". Если бы мы имели глубокое чувство славы Христовой и желание послужить ей, мы бы не оставались в растерянности, но если наше тело не полно света, то и глаз наш, конечно же, не чист.

Было бы неизмеримо лучше сбросить маску и открыто провозгласить, что мы вовсе не оставили мир, и ничто не выявило это ярче, чем наши дети. Я убежден, что Господь в праведном суде соберет семьи наших братьев, чтобы показать в них действительное состояние свидетельства против нас. Хорошо известно, что во многих случаях дети христиан самые невоспитанные и самые безбожные в округе. Должно ли такое быть? Примет ли Бог свидетельство тех, кто поступает таким образом? По вере ли мы ходим перед Богом в этом случае в отношении наших домов? На эти вопросы следует ответить отрицательно. Если я прочно утвердил в своем сознании принцип "ты и дом твой" и осмыслил его, я постараюсь опираться на Бога и взывать к Нему о свидетельстве ради моих детей не меньше, чем о моем собственном свидетельстве. В действительности я не могу их разделить. Я могу попытаться это сделать, но тщетно. Как часто нам причиняют боль подобные слова: "Такой милый, набожный, преданный брат, а у него самые дерзкие и невоспитанные дети в округе, и дом его - вместилище беспорядка и раздора". Я спрошу, чего стоит свидетельство такого человека перед судом Бога? Совсем немного. Он может и спастись, но разве спасение - это все, чего он хочет? Неужели он не должен нести свидетельства? А если должен, то какое и где оно? Не ограничено ли оно лишь скамьями комнаты для собраний? Или оно должно быть посреди его собственного дома? Сердце ответит.

Но могут сказать, наши дети пожелают немного мирских удовольствий, и мы должны им их позволить, ведь мы не можем поставить старые головы на молодые плечи. Я отвечу: наши собственные сердца точно также жаждут немного удовольствий. Но должны ли мы им потакать? Нет, мы должны осудить их устремления. Именно так. То же и в отношении устремлений наших детей. Если я обнаружу, что мои дети ищут мир, я немедленно осужу и очищу себя перед Богом, умоляя Его помочь мне положить этому конец, чтобы не пострадало свидетельство. Но если сердце родителя от начала и до конца очистилось от мира, от его законов и вожделений, я не могу не поверить, что оно окажет мощное влияние на весь дом. Вот что придает всему этому вопросу огромную важность и практическое значение. Является ли мой дом истинным критерием моего действительного состояния? Я убежден, что все учение Писания отвечает на это утвердительно. Это делает вопрос особенно важным. Как я хожу перед своей семьей? Так ли недвусмысленно мое поведение и характер, что все могут видеть, что моей высшей целью является Христос и что я не воспитываю своих детей для мира и не ищу для них мир, тем самым открывая для них врата ада?

Чувствую, это волнующий вопрос, но мы должны исследовать его до конца. Что привело во многих случаях к этой ужасной профанации, к этой склонности к насмешкам над святынями, к этому крайнему отвращению к Писанию и к собраниям, где на первый план выступает Писание, к этому скептическому и неверному духу, замечаемому, к сожалению, в детях христианских учителей? Решится ли кто-нибудь перед судом Бога сказать, что родителям до этого нет дела? Не коренятся ли во многом причины всего этого в печальном несоответствии между исповедуемыми принципами и действительным поведением родителей? Убежден в этом. Дети - проницательные наблюдатели. Они отлично понимают, каковы их родители, гораздо быстрее и точнее из поступков, нежели из молитв и слов, и хотя родители будут учить, что мир и пути его плохи, и хотя они будут молиться, чтобы их дети познали Господа, но, поскольку они воспитывают их для мира, чрезвычайно усердно толкают их в мир, цепляясь за него и пользуясь добычей от него при каждом удобном случае, поздравляя себя, когда им удается утвердиться в мире, то это неизбежно ведет к тому, что дети начинают думать про себя: "В конце концов этот мир - хорошее место, так как родители благодарят Бога за то, что Он дал мне положение в нем, и рассматривают как самый замечательный плод провидения. Поэтому весь их нелепый разговор о том, что они мертвы для мира и воскресли для Христа, что мир находится под судом и все мы здесь странники и пришельцы, - все это низкий обман, и так называемые христиане - низкие обманщики". Скажет ли кто-нибудь, что подобного рода рассуждения не возникали у многих детей проповедников? Лично я не сомневаюсь в этом. Благодать Бога, несомненно, высшая сила и часто торжествует над всеми нашими заблуждениями и ошибками, но давайте подумаем о свидетельстве и убедимся, что наши дома на самом деле устроены для Бога, а не для сатаны.

Примечание

Однако я бы желал напомнить детям христиан, что они весьма обязаны слушать священное Слово Бога независимо от поведения их родителей. На истину Бога не влияют поступки людей, и если кто-либо услышал о свидетельстве любви Бога - в смерти и воскресении Христа - он ответствен за использование услышанного, хотя бы даже он не видел силы и священного воздействия свидетельства на жизнь его родителей. Я бы привлек к этим фактам серьезное внимание всех детей христиан.

Но скажут: "Как поступать нашим детям? Разве они не должны зарабатывать свой хлеб?" Вне всякого сомнения, Бог создал нас для работы. Сам факт того, что у меня две руки, доказывает, что я не должен бездельничать. Но я не должен способствовать тому, чтобы сын выбрал занятие, ввергающее его в тот мир, который я оставил. Высочайший Бог, Обладатель неба и земли, имел Одного Сына, единородного, Наследника всего сущего, через Которого Он также сотворил миры; так вот Он (Сын Бога) не выбрал себе какую-либо ученую профессию, но был известен как плотник. Не призыв ли это к нам? Христос восшел на небеса и занял Свое место одесную Отца. Воскреснув таким образом, Он стал нашим Главой, Представителем и Образцом, но Он оставил нам также пример, как мы должны следовать по Его стопам. Следуем ли мы по Его стопам, толкая наших детей в тот самый мир, который распял Его? Конечно, нет: мы идем в противоположном направлении, соответственным будет и конец. "Не обманывайтесь: Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнет". Как мы сеем в отношении наших детей, так и будем пожинать. Если мы сеем для плоти и мира, мы не можем пожать ничего другого. Но ни в коем случае не следует понимать мои слова так, будто родители-христиане должны ставить своего ребенка ниже того уровня, на который его поставил Сам Господь. Я не уверен, что они имеют на это право. Если мое призвание от Бога, я могу подготовить своего ребенка к жизни, как самого себя. Все не могут быть плотниками - это правда, но кажется, что в век нынешнего прогресса, когда великим лозунгом стало: "дальше и выше", для сердца есть глубокая мораль в том, что Сын Бога - Создатель и Вседержитель вселенной - был известен среди людей лишь как плотник. Это, несомненно, учит не искать для своих детей "великого".

Однако мы потерпели неудачу (таким образом исказили свидетельство) не только в отношении целей, поставленных в воспитании детей, но и в вопросе удержания их в общем послушании родительской власти. По этому вопросу среди родителей-христиан наблюдается значительное недопонимание. Дух настоящего века - это дух непокорности. "Непослушание родителям" - одна из черт общего отступничества наших дней, и мы особенно способствовали его развитию совершенно неправильным приложением принципа благодати, не видя, что в родительских отношениях заключен также принцип праведной власти, без которого наши дома оказались бы гнездилищем беззакония и разврата. Это не благодать - потакать безбожной воле. Мы скорбим над неусмиренностью в себе своей воли и в то же время укрепляем своеволие в наших детях. Для меня это всегда явное доказательство слабости родительской власти, а также пренебрежения тем, как слуга Бога должен управлять своим домом. Часто родители говорят своим детям: "Не сделаешь ли ты то-то и то-то?" Этот вопрос, каким бы простым он ни казался, непосредственно создает или способствует тому, что нужно любыми средствами подавить, а именно - проявлению своеволия ребенка. Вместо того, чтобы спрашивать ребенка: "Не сделаешь ли ты?" - просто скажите ему, что он должен сделать, и пусть в его сознании не будет мысли об оспаривании вашего авторитета. Воля родителей должна быть высшей для ребенка, потому что родители замещают здесь Бога. Вся власть принадлежит Богу, и Он наделил властью слугу Своего, как отца и хозяина. Поэтому, если ребенок или слуга сопротивляется этой власти, то это сопротивление Богу.

Примечание

"И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем" (Еф. 6,4). Великая опасность заключается в том, что мы можем возбудить в наших детях гнев неумеренной строгостью или произволом. Мы часто замечаем, что стремимся формировать и переделывать наших детей по своему вкусу и капризам вместо того, чтобы "воспитывать их в учении и наставлении Господнем". Это очень большая ошибка, которая обязательно приведет к провалу и неустройству. Мы ничего не приобретем в смысле свидетельства ради Христа, формируя и культивируя природу в самых изысканных формах. Более того, для воспитания в учении и наставлении Господнем вера не требуется.

Некоторые люди, однако, могут сказать, что апостол в вышеуказанном отрывке говорит об обращенных детях и т.д. На это я отвечу, что об обращении здесь ничего не говорится. Не сказано: "Воспитывайте своих обращенных детей" и т.д. Если бы это было так, это составило бы другой вопрос. Но сказано просто: "своих детей", что, несомненно, означает всех наших детей. Итак, если я должен воспитывать своих детей в учении и наставлении Господнем, то когда я должен начать? Должен ли я ждать до тех пор, пока они подрастут и станут почти мужчинами и женщинами? Или я должен начать, когда все здравомыслящие люди начинают свое дело, а именно с начала? Должен ли я позволять им потакать безумству и дикости природы в течение самой важной части их жизненного пути, даже не пытаясь привести их совесть в отношении их великого долга перед лицо Бога? Должен ли я терпеть, как они в полной бездумности тратят тот период своей жизни, в который закладываются основы их будущего характера? Это была бы самая утонченная жестокость. Что бы мы сказали садовнику, который позволяет веткам фруктового дерева принимать самые искривленные и фантастические формы, пока он не подумает о должной системе культивации? Несомненно, мы должны объявить его глупцом и безумцем. Однако он умен по сравнению с родителями, которые откладывают учение и наставление Господне, пока их дети заметно не продвинутся в учении и наставлении врага.

Но могут сказать: "Мы должны ждать доказательств обращения". На это я отвечу, что вера никогда не ждет доказательств, но действует по Слову Бога, а доказательства обязательно последуют. Ждать знамений, когда Бог дает повеление,- всегда признак неверности. Если бы Израиль ждал знамений, когда Бог сказал: "Иди вперед",- это было бы явно неповиновение, и, если бы человек с сухой рукой ждал доказательств Его силы, когда Христос повелел ему протянуть руку, он мог бы унести свою сухую руку в могилу. Так и с родителями, если они ждут знамений и доказательств прежде, чем начнут повиноваться Слову Бога в Еф. 6,4, то они, конечно же, ходят не по вере, но по собственному рассуждению. Кроме того, если мы должны начать воспитывать наших детей с самого начала, то мы должны, очевидно, начать до того, как они смогут дать нам то, что мы сможем рассматривать как доказательство обращения.

В этом, как и во всем остальном, наш удел - повиноваться и оставить последствия Богу. Нравственное состояние нашей души может проверяться повелениями Бога, но где есть склонность подчиняться, там повеление несомненно сопровождает сила исполнить его, а плоды послушания последуют "в свое время", "если не ослабеем".

"Рабы, под игом находящиеся, должны почитать господ своих достойными всякой чести, дабы не было хулы на имя Божие и учение" (1 Тим. 6,1). Заметьте: "Имя Божие и Его учение". Почему так? Потому что это вопрос власти. Имя Христа и Его учение ставят господина и слугу на один уровень, как членов одного тела. Во Христе Иисусе нет различия, но когда я выхожу временно в мир, я встречаю там нравственное руководство Бога, делающее одного господином, а другого слугой, и всякое покушение на это руководство несомненно вызовет суд.

Итак, чрезвычайно важно иметь ясное понимание учения о нравственном руководстве Бога. Это представит много трудностей, но и решит много проблем. Руководство Бога осуществляется по праведному решению, особенно значительному для нас. Если мы просмотрим Писание в отношении этого вопроса, мы обнаружим, что везде, где была допущена ошибка или просчет, это неизбежно приводило к своим последствиям. Адам взял от запретного плода и был немедленно изгнан из рая в мир, стенающий от проклятья и тяжести его греха. Больше никогда он не был возвращен в рай. Правда, пришла благодать и дала ему обещание об Избавителе, более того, она облачила его обнаженные плечи. Тем не менее, его грех привел к своим последствиям. Он сделал ложный шаг и уже никогда не исправил его. Так и Моисей у вод Меривы произнес поспешное слово, и праведный Бог немедленно преградил ему доступ в Ханаан. Так же и в этом случае явилась благодать и дала ему нечто лучшее, так как наблюдать с вершины Фасги вместе с Иеговой равнины Палестины намного лучше, чем населять их с Израилем. Так и в случае Давида. Он совершил грех, за которым немедленно последовало решительное осуждение: "Никогда меч не покинет твоего дома". И в этом случае изобиловала благодать, и он наслаждался более глубоким чувством благодати, когда босой и с покрытой головой восходил на склон горы Елеонской, нежели когда-либо испытывал посреди великолепий трона; тем не менее его грех привел к своим последствиям. Он сделал ложный шаг и уже никогда не исправил его.

Примеры этого принципа не сводятся только к временам Ветхого завета. Ни в коей мере. Посмотрите на случай с Варнавой. Он высказал, казалось бы, добродушное желание взять с собой своего племянника Марка, и с этого момента он теряет свое почетное место в записях Святого Духа. Впоследствии о нем ничего не слышно, и его место занимает более преданное сердце.

Примечание

Именно естество склонило Варнаву пожелать сопровождения того, кто "отстал от них в Памфилии и не шел с ними на дело". Это было естество, человечное, но естество, и оно восторжествовало, так как он взял с собой Марка и отправился на Кипр, на свою родину, где в христианском перерождении он продал свое имущество, чтобы беспрепятственно следовать за Тем, Кто не знал, куда преклонить Свою голову (Деян. 4,36-37). Это не редкий случай. Многие уходят, сдавшись естеству и миру с их соответствующими притязаниями. Цвет на древе христианского учения кажется прекрасным и испускает тонкий аромат, но, увы, за ним не следуют богатые и сочные осенние плоды. Земная природа нагнетается вокруг его души и вырывает прекрасный цвет, и все кончается бесплодностью и разочарованием. Это очень печально и всегда сопровождается самым худшим нравственным воздействием на свидетельство. Вопрос не в том, что кто-то перестал быть спасенным. Варнава был спасен. Влияние Марка и Кипра не могли стереть его имя из книги Агнца, но зато они совершенно стерли его имя из записей свидетельства и служения. Разве об этом не стоит сожалеть? Разве тут нечего оплакивать или бояться, кроме потери личного спасения? Было бы презренной самонадеянностью так думать. С какой целью блаженный Бог предпринимает так много усилий и попыток, чтобы поддержать здесь Свой народ? Не для того ли, чтобы они были спасены и встретили славу? Отнюдь. Они уже спасены совершенным искуплением Христа и потому встретили славу. Нет промежуточного шага между оправданием и славой для тех, кого Он оправдал, а, значит, и прославил. Так почему Бог оставил нас здесь? Чтобы мы были свидетелями ради Христа. Если бы это было не так, мы были бы взяты на небеса в момент нашего обращения. Пусть достанет нам благодати осознать этот вопрос во всей его полноте и практической силе.

Следовательно, нравственное руководство Бога - это самая важная истина. Она такова, что если кто-либо согрешит, он непременно пожнет плоды своей ошибки, не важно, кто он - верующий или неверующий, святой или грешник. Благодать может простить его грех и простит, если будет раскаяние и самоосуждение, но поскольку затронуты принципы нравственного руководства Бога, то обидчик должен почувствовать свою ошибку. Он сделал шаг в сторону и непременно должен ощутить последствия. Это чрезвычайно важная и особо благотворная истина, действие которой, к сожалению, затуманено ложными понятиями о благодати. Бог никогда не позволяет благодати противоречить Своему нравственному руководству. Он не мог бы так поступить, потому что это произвело бы неустройство, а "Бог не есть Бог неустройства". Именно здесь так много неудач в управлении нашими домами. Мы забыли принцип праведного руководства, который Бог поставил перед нами и пример осуществления которого Он нам дал. Читатель не должен смешивать принцип руководства Бога с внешней стороной Его характера.

Примечание

Послания Петра развивают учение о нравственном руководстве Бога. Это он спрашивает: "И кто сделает вам зло, если вы будете ревнителями доброго?" (1 Петр. 3, 13) Некоторым может показаться трудным совместить этот вопрос с высказыванием Павла: "Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы" (2 Тим. 3,12). Нет необходимости говорить, что эти две мысли находятся в совершенной и прекрасной гармонии. Сам Господь Иисус, Который был единственным совершенным и непоколебимым последователем того, что есть добро, Который от начала до конца творил добро, обрел в итоге крест, копье, одолженную могилу. Апостол Павел, который ближе всех остальных людей держался к Великому Образцу, поставленному перед ним, был призван испить необыкновенно тяжелую чашу лишений и гонений. И до сих пор, чем более подобен кто-либо Христу, чем преданнее он Ему, тем больше лишений и гонений он претерпит. Если бы кто-нибудь в истинной преданности Христу и любви к душам попытался бы публично занять свою позицию в некоторых римско-католических районах и проповедовать там Христа, его жизнь подверглась бы непосредственной опасности. Не противоречат ли все эти факты вопросу Петра? Ни в коей мере. Нравственное руководство Бога непосредственно направлено на то, чтобы защитить от обид всех "ревнителей добра" и обрушить кару на противоположных им, но это никогда не противоречит высокому пути ревностного ученичества и никого не лишает привилегии и достоинства быть настолько подобным Христу, насколько он пожелает. "Потому что вам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него, таким же подвигом, какой вы видели во мне и ныне слышите о мне" (Фил. 1, 29-30). Здесь он нас учит, что настоящий дар для нас - это иметь право пострадать там, где на основе нравственного руководства Бога может быть сказано: "И кто сделает вам зло, если вы будете ревнителями добра?" Признавать руководство Бога и быть объектом - это одно, а быть последователем отвергнутого и распятого Христа - это совсем другое. Даже в Послании Петра, которое, как мы заметили, своей особой темой имеет учение о руководстве Бога, мы читаем: "Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу. Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его" (1 Петр. 2, 21). И еще: "А если как Христианин (будучи нравственно как христианин), то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь" (1 Петр. 4, 16).

Это две разные вещи. Первая - праведность, вторая - благодать; но то, что я желаю здесь показать - это то, что принцип праведности заложен в отношениях отца и господина, и если этот принцип не занимает должного места в управлении семьей, то может возникнуть неустройство. Если я вижу, как чужой ребенок поступает неправильно, у меня нет Божественной власти наказать его, но в тот момент, когда я вижу, как мой собственный ребенок так поступает, я подвергаю его наказанию. Почему? Потому что я его отец. Но могут сказать: Родительские отношения - это отношения любви. Верно, они основаны на любви: "Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими". Но хотя эти отношения основаны на любви, проявляются они в праведности, "Ибо время начаться суду с дома Божия" (1 Петр. 4, 17). Также в Евр. 16 мы познаем, что сам факт нашего истинного сыновства ставит нас под праведную власть Отцовской руки. Также и в Иоан. 17 церковь поручается заботам Святого Отца, чтобы Тот хранил ее во имя Свое.

Итак, в каждом случае, когда родители-христиане упускают из виду эту великую истину, в их дома приходит неустройство. Они не распоряжаются своими детьми, и, как следствие, с течением времени дети начинают распоряжаться ими, так как где-то должно быть руководство, и если те, в чьи руки Бог вложил бразды правления, не держат их должным образом, они быстро попадут в дурные руки, и что может быть печальнее, чем видеть, как дети управляют своими родителями? Полагаю, что в очах Бога это представляет страшную нравственную ошибку, на которую должен обрушиться Его суд. Родители, позволяющие браздам правления выпасть из их рук или не державшие их крепко, глубоко вредят своему высокому и священному положению в качестве представителей Бога и средоточия Его власти. Я не верю, что кто-нибудь, оступившись в этом, сможет когда-либо вновь занять прежнее место или быть истинным свидетелем Бога при своей жизни или при своем поколении. Он может быть обладателем благодати, но ведь объект благодати и свидетельство во имя Бога - две совершенно разные вещи. Этим объясняется прискорбное положение многих братьев. Они совершенно запустили управление своими домами и, следовательно, потеряли свое истинное положение и нравственное влияние - их энергия парализована, их рты закрыты, их свидетельство заглушено, и если такой человек возвысит свой слабый голос, насмешливый палец немедленно укажет на его семью, и это не может не вызвать краску на щеках и угрызения совести.

Также не всегда правильно люди смотрят на это дело и не связывают ошибку с ее истинной первопричиной. Многие слишком готовно считают естественным и необходимым, чтобы их дети росли своевольными и приверженными миру. Они говорят: "Все это очень хорошо, пока дети юны, но подождите, пока они вырастут, и вы увидите, что вы должны пустить их в мир". Но я хочу знать, таков ли замысел Бога, чтобы дети Его слуг непременно вырастали своевольными и приверженными миру? Я никогда не мог поверить подобному. Но если не таков Его замысел, если Он благодатно открывает путь моему дому, как Он открыл его мне, если Он позволил мне избрать для моих детей ту же судьбу, что и для меня, если после всего этого мои дети вырастают своевольными и приверженными миру, какой я должен сделать вывод? То, что я тяжело согрешил и оступился в своих родительских отношениях и долге, что я причинил своим детям вред и обесчестил Господа. Сделаю ли я это общим принципом, чтобы дети всех христиан выросли, как мои? Помешаю ли я молодым родителям занять позицию Бога в отношении своих дорогих детей, указав им на свою ужасную ошибку, вместо того, чтобы ободрить их, указав на непогрешимую верность Бога всем, кто ищет Его на своем месте? Действовать таким образом - значит, следовать по стопам древнего пророка из Вефиля, который, сам находясь во зле, пытался и своего брата затащить туда же и погубил его через льва за непослушание Слову Господню.

Суть всего этого заключается в том, что своеволие моих детей вскрывает своеволие моего собственного сердца, и праведный Бог использует моих детей, чтобы исправить меня самого, потому что я не исправился сам. Это особенно важный взгляд на вещи и Того, Кто призывает глубоко исследовать сердце. Не желая беспокоиться, я пустил свою семью на самотек, и вот мои дети выросли в тернии вокруг меня, потому что я не воспитал их для Бога. Такова история тысяч. Мы всегда должны помнить, что наши дети, как и мы сами, должны быть воспитаны для "защиты и утверждения благовествования". Я убежден, что, если бы мы действовали в отношении наших домов как свидетели Бога, это значительно изменило бы способ нашего руководства домом. Мы должны стремиться к высокому нравственному уровню не для того, чтобы избежать неприятностей или досады, но, скорее, чтобы свидетельство не пострадало через неустройство в наших семьях. Но давайте не будем забывать, что для того, чтобы усмирить природу в наших детях, мы должны усмирить ее в себе. Мы не можем усмирить природу природой. Только когда мы сокрушим ее в себе, мы будем в состоянии сокрушить ее в наших детях. Более того, должно быть ясное понимание и полнейшая гармония между отцом и матерью. Их голос, их воля, их авторитет, их влияние должны быть по существу одним - в самом строгом смысле слова. Будучи больше не двумя, но одной плотью, они должны всегда являться перед своими детьми в красоте и силе этого единства. Чтобы сделать это, они вместе должны опираться на Бога, находиться в Его присутствии, открывая свои сердца и высказывая свои нужды. Христиане часто уязвляют друг друга в этом отношении. Иногда случается так, что один из родителей действительно желает выйти из мира и усмирить природу в том масштабе, к которому второй не готов, и это приводит к печальным последствиям. Иногда это приводит к скрытности, к колебаниям, к настоящему противоборству во взглядах мужа и жены, так что нельзя сказать, что они действительно соединены в Господе. Результат всего этого отражается на детях, когда они подрастут, чрезвычайно пагубным образом, и расстройство, производящееся во всем доме, не поддается исчислению. Что приказывает отец, отменяет мать. Что созидает отец, разрушает мать. Иногда отец представляется строгим, суровым, произвольным и придирчивым. Материнское влияние проявляется помимо и независимо от отцовского, иногда даже вопреки ему, так что положение отца становится до предела жалким, и вся семья выглядит чрезвычайно деморализованной и безбожной.

Примечание

Нет ничего печальнее, чем слышать, как мать говорит своему ребенку: "Пусть отец ничего об этом не знает". Если усваивается такое скрытное и двойственное поведение, значит, что-то в корне неверно, и нравственно невозможно, чтобы здесь возобладал Божественный порядок или осуществилась правильная дисциплина. Либо отец неумеренной суровостью или излишней строгостью возбуждает в детях гнев, или мать потакает своеволию ребенка из-за характера и авторитета отца. В любом случае здесь возникает значительное препятствие свидетельству и детям наносится тяжелый ущерб. Следовательно, родители-христиане должны заботиться о том, чтобы всегда появляться перед своими детьми, а также перед слугами, в силе того единства, которое проистекает из того, что они совершенно объединены в Господе. Если же, к несчастью, появится хотя бы тень различия в отношении к частностям управления домом, то пусть это будет предметом совещания с глазу на глаз, молитвы и суда над собой в присутствии Бога, но пусть те, кем вы руководите, никогда не видят слишком явных признаков слабости, так как это несомненно побудит их относиться к руководству с презрением.

Это ужасно. Детей нельзя воспитать должным образом при таких обстоятельствах, а что до свидетельства ради Христа, сама мысль об этом чудовищна. Где бы ни возобладало подобного рода положение вещей, там должна возникнуть из-за этого глубокая сердечная скорбь перед Господом. Его милосердие неистощимо и Его сострадание не иссякнет, и если есть исповедание и раскаяние, то можно надеяться на то, что Бог благодатно придет с исцелением и воскрешением. Одно точно, то, что мы не должны удовлетворяться таким состоянием дел: пусть те, кто чувствует скорбь сердечную, громко возопят к Богу, возопят к Нему ради Его собственной истины и имени, которые порочатся подобными вещами, и, без сомнения, Он услышит и ответит.

Но давайте все рассматривать в свете свидетельства Сына Бога. Нам остается лишь продолжить здесь это. Мы не просто должны воспитать наши семьи, мы оставлены здесь, чтобы воспитать их для Бога, с Богом, через Бога и перед Богом. Чтобы сделать все это, мы должны быть в Его присутствии. Родитель-христианин должен весьма заботиться о том, чтобы не наказывать детей просто для удовлетворения собственных капризов и настроений. Он должен представлять Бога посреди своей семьи. Это, если правильно понято, устроит все. Он также управитель Бога, и, чтобы правильно и разумно исполнять свои функции управления, он должен поддерживать частую и непрерывную беседу со своим Господином. Он должен постоянно припадать к Его стопам, чтобы узнать, что Он желает и как ему поступить. Это сделает все легким и счастливым. Часто сердце желает получить какое-то абстрактное правило по управлению семьей или, напротив, вникнуть во все частности. Могут спросить, какие наказания, какие поощрения, какие развлечения должны допускать родители-христиане. Мне кажется, что к настоящему наказанию редко придется прибегать, если как можно раньше будет осуществлен Божественный принцип руководства; то же касается и поощрений: лучше выражать их в свете любви и одобрения, ребенок должен быть послушным - безоговорочно и без колебания послушным - не для того, чтобы получить награду, которая обычно разжигает соперничество, порождение плоти, а потому, что так угодно Богу; но для родителей, конечно, вполне приемлемо выразить свое одобрение небольшим подарком. Что касается развлечений, пусть оно всегда, если это возможно, принимает характер каких-либо полезных занятий. Это наиболее благотворно. Дурно воспитывать в ребенке мысли о том, что раскрашенные игрушки и позолоченные безделушки доставляют удовольствие. Я часто вижу, что самые маленькие дети находят гораздо больше истинного и простого удовольствия в куске палки или бумаги, сделанных ими самими, чем в самых дорогих игрушках. Наконец, давайте везде - будь то наказание, поощрение или развлечение - взирать на Христа и страстно стремиться к усмирению плоти во всех ее формах и проявлениях. Так что да будут наши дома свидетельством для Бога, и все, кто в них входят, да скажут: "Здесь Бог".

Что касается руководства слугами в христианском доме, то принцип его одинаково прост. Хозяин, как глава дома, является выражением власти Бога, и, как таковой, он должен настаивать на подчинении и послушании. Это вопрос не о вероисповедании слуг, но просто о порядке, который должен поддерживаться в христианском доме. Здесь мы также должны быть на страже против простого попустительства нашему произвольному настроению. Мы должны помнить, что у нас есть Хозяин на небесах, Который учит нас "оказывать рабам должное и справедливое". Если только мы ставим перед собою Господа - изо дня в день - и стремимся показывать Его во всех наших поступках по отношению к слугам, то мы будем сохранены от ошибки с любой стороны.

На этом я хотел бы закончить. Я не написал, что Господь знает, кого поразить. Я чувствую истинность, важность и глубокую значимость поставленных здесь вопросов, а также мою неспособность осветить их с достаточной точностью или силой. Однако я смотрю на Бога с надеждой, чтобы Он сделал их существенными, а где Он действует, там даже самое малое средство ведет к Его цели. Ему я теперь поручаю эти страницы, которые, я верю в это, начаты и кончены в Его святом присутствии. Меня утешает мысль, что в тот самый момент, когда я задумал написать эту книгу, множество моих возлюбленных братьев собрались в эти дни для смирения, покаяния и молитвы в непосредственной связи со свидетельством Сына Бога. Я не сомневаюсь, что главный вопрос - о покаянии - должен быть в центре, но если он был неразрешен в управлении домом, и если Дух Святой использует эти страницы для того, чтобы хотя бы в одном сознании произвести чувство этой неудачи, хотя бы в одном сердце вызвать страстное желание исправить ее по воле Бога, то я буду рад, чувствуя, что писал не зря.

Пусть Всемогущий Бог в Его великой благодати породит через Духа Святого в сердцах всех Его возлюбленных святых страстное стремление души вознести в этот заключительный час более полное, более яркое, более ревностное и решительное свидетельство о Христе, так чтобы, прежде чем в воздухе послышится труба архангела и зов Бога, на земле был готов народ для встречи небесного Жениха.

"Я никогда не мог составить правильного мнения о человеке лишь по его виду или словам на собрании. Он может казаться очень духовным человеком и учить прекрасным и правильным вещам, но дайте мне пойти к нему домой, и там я узнаю истинное положение вещей".

Г. Х. М. написал эти слова, вероятно, в 1850-ых годах, но его книга и сегодня по-прежнему содержит для нас важные уроки.

© 2003
Библиотека Церкви ЕХБ
г.Дзержинский, М.О.
web-master:
asterix16@narod.ru
Hosted by uCoz