Джош Макдауэлл

Неоспоримые свидетельства

                                                                                                                                                                      

Глава 4

Достоверность Библии

ДОСТОВЕРНОСТЬ И НАДЁЖНОСТЬ ТЕКСТА Введение

В этой части мы будем говорить не о Богодухновенности Писаний, а лишь об их исторической достоверности.

Библия должна выдерживать те же испытания на достоверность, что и любой исторический документ.

В своём „Введении в методологию истории английской литературы" С.Сандерс перечисляет и объясняет три основных принципа историографии. Это библиографическое испытание, испытание на внутренние свидетельства и на внешние свидетельства.

Библиографическая проверка надёжности Нового Завета

Библиографическая проверка заключается в исследовании передачи текста, с помощью которой до нас доходят те или иные документы. Иными словами, за отсутствием оригиналов мы можем оценить надёжность текста по числу дошедших до нас рукописей, а также по периоду времени, прошедшему между появлением оригинала и сохранившейся копии.

Ф.Е. Питере указывает, что „говоря о традициях переписывания рукописей, мы видим, что из книг древности наиболее часто копировались и имели наибольшую популярность труды, составляющие христианский Новый Завет".

РУКОПИСНЫЕ КОПИИ НОВОГО ЗАВЕТА

В настоящее время известно более 5300 греческих рукописей Нового Завета. Добавив более 10000 копий латинской Вульгаты и по меньшей мере 9300 других ранних рукописей, мы получим, что различные фрагменты Нового Завета существуют в настоящее время более чем в 24 тысячах рукописных экземпляров.

Ни один другой документ древности не переписывался так часто и не пользовался таким признанием. По сравнению с Новым Заветом, „Илиада" Гомера —следующий по количеству списков текст—дошла до нас в количестве, 643 рукописей. Первый полный текст Гомера, сохранившийся до наших дней, относится к 13 веку.

Ниже следует таблица дошедших до нас списков Нового Завета.

Греческие:

Унициальным письмом                          267

Минускулом                                          2764

Для чтения вслух (лекционары)             2143


88

47

5309

более   10000 более  2000

4101

2587

более   350

100

75

50

7

6

3

2

2

Папирусы

Недавние находки

Всего сохранившихся греческих списков Нового Завета

Латинская Вульгата

Эфиопские

Славянские

Армянские

Сирийские

Бохаирские

Арабские

Старолатинские

Англосаксонские

Готские

Согдийские

Старосирийские

Персидские

Франкские

Джон Уорик Монтгомери замечает, что „скептицизм по отношению к итоговым текстам Нового Завета означает, что следует отрицать существование всей классической древности от которой до нас не дошло ни одного столь библиографически надёжного документа, как Новый

Завет".

Сэр Фредерик Дж. Кеньон, занимавший должность директора и главного библиотекаря Британского музея, был, вероятно, самым авторитетным специалистом по рукописям в мире. Он пишет следующее: „...списки Нового Завета отличаются от рукописных копий произведений классических авторов в лучшую сторону не только своим числом. Ни в одном другом случае не прошло столь краткого периода времени между появлением оригинального произведения и датой наиболее древней из сохранившихся до наших дней рукописи. Книги Нового Завета были написаны в конце 1 века: наиболее древние из сохранившихся рукописей (не считая незначительных обрывков) изготовлены в 4 веке, т.е. на 250-300

лет позже.

Этот период может показаться значительным, однако он ничтожен по сравнению с тем, что разделяет большинство древних классиков и наиболее ранние из сохранившихся списков их произведений. Считается, что мы располагаем по сути точным текстом всех семи сохранившихся пьес Софокла, однако наиболее древний надёжный список, на котором основан этот текст, был составлен более 1400 лет спустя после смерти драматурга".

В книге „Библия и археология" Ф.Дж.Кеньон продолжает: „Таким образом, период между созданием Нового Завета и временем самых ранних из сохранившихся списков можно рассматривать как пренебрежимо малый. Тем самым снимается последнее основание для сомнения в том, что Писания дошли до нас практически в том же виде, в каком они были составлены. И подлинность, и общую цельность книг Нового Завета можно считать окончательно установленными".

Ф.Хорт справедливо добавляет, что „по разнообразию и полноте рукописей, на которых он основан, текст Нового Завета занимает уникальное и недостижимое положение среди памятников древней письменности".


Дж.Х.Гринли отмечает, что „по числу сохранившихся списков Новый Завет резко превосходит все памятники древней литературы... наиболее ранний из сохранившихся списков Нового Завета гораздо ближе по времени к оригиналу, чем практически любое произведение древности".

НОВЫЙ ЗАВЕТ ПО СРАВНЕНИЮ С ДРУГИМИ ПРОИЗВЕДЕНИЯМИ ДРЕВНОСТИ

Сравнение рукописей

В своей книге „Документы Нового Завета" Ф.Ф.Брюс живо сравнивает Новый Завет с древними историческими трудами: „Оценить богатство рукописных свидетельств Нового Завета можно, если сравнить их с сохранившимися списками других исторических трудов древности. „Галльские войны" Цезаря, написанные между 58 и 50 г. до Р.Х.. сохранились в большом количестве списков, но всего 9 или 10 из них отличаются достаточно высоким качеством, и самая ранняя из этих рукописей написана 900 лет спустя после смерти Цезаря. Из 142 книг „Римской истории" Ливия (59 г. до Р.Х. — 17 г. от Р.Х.)сохранилосьлишь 35, которые дошли до нас в лучшем случае в 20 списках различного происхождения, причём самый ранний из них (с отрывками из книг III-VI) относится к 4 веку. Из 14 книг „Истории" Тацита (около 100 г. по Р.Х.) сохранилось лишь четыре с, половиной: из 16 книг его „Анналов" 10 сохранилось целиком и две — частично. Весь текст этих сохранившихся фрагментов двух великих исторических трудов Тацита основан полностью на двух списках, одном — IX века, и одном — XI.

Все сохранившиеся списки его мелких работ (^Диалог об ораторах", „Агрикола", „Германия"), восходят к одной рукописи Х века. „История" Фукидида (около 460-400 г. до Р. X.) известна по восьми рукописям, самая ранняя из которых относится примерно к 900 г. от Р.Х., и нескольким обрывкам папируса, датирующимся началом христианской эры. То же самое справедливо по отношению к „Истории" Геродота (488—428 г. до Р.Х.). Однако ни один серьёзный учёный не станет слушать утверждений о сомнительности трудов Геродота или Фукидида, базирующихся на том, что самые ранние списки их работ на 13 с лишним веков моложе оригиналов".

В книге „Введение в текстологию Нового Завета" Гринли пишет о периоде времени, разделяющем автограф произведения и дошедшую до наших дней рукописную копию. Он говорит, что „старейшие из известных списков греческих классиков на тысячу лет или более того моложе, чем оригиналы. В случае латинских классиков этот период нес коль ко короче, и для произведений Виргилия достигает всего трёх веков. Что же до Нового Завета, то два из наиболее важных списков были составлены самое позднее через 300 лет после завершения Нового Завета, а некоторые практически полные списки, как и обширные фрагменты частей Нового Завета, изготовлены всего через сто лет после написания оригинала".

Гринли добавляет, что „коль скоро учёные с доверием относятся к трудам древних классиков, несмотря даже на то, что их самые старые списки изготовлены настолько позднее оригиналов, а число дошедших до нас списков иногда столь мало, —становится ясной достоверность текста Нового Завета".


Брюс Метцгер в книге „Текст Нового Завета" проводит убедительное сравнение: „Книги многих древних авторов дошли до наших дней по самой тонкой ниточке, какую можно представить. Например, свод римской истории Велия Петеркула сохранился лишь в одном неполном списке, с которого и был издан, но даже этот список погиб в XVII веке, после того, как был скопирован Беатом Ренаном в Амербахе. Даже „Анналы" знаменитого историка Тацита сохранились, если говорить о первых шести кнжах, лишь в одном-единственном списке IX века. В 1870 году единственный известный список „Послания к Диогнету", раннего христианского сочинения, обычно входящего в труды отцов церкви, погиб при пожаре городской библиотеки в Страсбурге. С Новым Заветом положение другое: любого критика его текста смущает богатство дошедших до нас материалов".

Ф.Ф.Брюс пишет: „Ни для одной группы произведений древней литературы не существует такого обилия достоверных текстов, как для Нового Завета".


 


Автор



Время написания  Древнейший  Разница    Число спис.              во врем.      списк.


Цеэарь

100-44 до Р.Х.

900

1000 лет

10

Ливии

59доР.Х.-17

 

 

 

 

20

Платон (Тетралоги)

427-347 до Р.Х.

900

1200 лет

7

Тацит (Анналы)

100

1100

1000 лет

мен. 20

Тацит (Малые труды)

100

1100

900

1

Плиний Млад. (истор.)

61-113

850

750

7

Фукидид (История)

460-400 до Р.Х.

900

1300

8

Светонии (Жизнь Цез.)

75-160

950

800

8

Геродот(История)

480-425 до Р.Х.

900

1300

8

Горации

 

 

 

 

900

 

 

Софокл

496-406до Р.Х.

1000

1400

100

Лукреции умер

55 или 53 до Р.Х.

 

 

1100

2

Катулл

54 до Р.Х.

1550

1600

3

Р.вриинд

480-406 до Р.Х.

1100

1500

9

Демосфен

383-322 до Р.Х.

1100

1400

200

Аристотель

384-322 до Р.Х.

1100

1400

49

Аристофан

450-385 до Р.Х.

900

1200

10

 

Примечание: Все списки Демосфена сделаны с одной рукописи. Число списков работ Аристотеля (49) — общее число рукописей всехего трудов.

Сравнение текстов

Как отмечает Брюс Метцгер, „из всех произведений греческой литературы лучше всего подходят для сравнения с Новым Заветом поэмы Гомера". Он добавляет, что „во всём диапазоне древнегреческой и римской литературы „Илиада" стоит сразу вслед за Новым Заветом по числу рукописных текстов, дошедших до наших дней.

Далее Метцгер пишет: „В древние времена люди (I) заучивали Гомера наизусть так же, как позже они заучивали Писания. (2) Оба произведения


пользовались огромным авторитетом и цитировались как буквари, по которым учились читать разные поколения школьников. (3) Вокруг обоих произведений выросла масса исследовательской литературьГ и комментариев. (4) К обоим были составлены словари. (5) Оба широко использовались как источник аллегорий. (6) В обоих случаях существует большое количество подражаний и дополнений (гимны Гомера и произведения вроде „Войны мышей и лягушек", с одной стороны, и апокрифы, с другой). (7) Гомер был переписан прозой. Евангелие от Иоанна было переложено Ноннием из Панополиса в эпический гекзаметр. (8) Рукописи Гомера и рукописи Библии были иллюстрирова­ны. (9) Сцены из Гомера были изображены на фресках Помпеи;

христианские базилики украшались мозаиками и фресками на библей­ские темы".

Э.Дж.Тернер указывает, что Гомер несомненно был самым читаемым автором древности.

Произведение

Время написания

Древней­ший спис.

Разница во врем.

Число списк.

Гомер ("Илиада") Новый Завет

900 до Р.Х. 40-100 г.

400 до Р.Х. 125г.

500 лет

25

643 24000

 

Гейслер и Нике сравнивают разночтения в текстах Нового Завета и в текстах древних произведений: „На втором месте за Новым Заветом по числу сохранившихся списков стоит „Илиада" (643 списка). Как и Библия, она считалась „священной" книгой. Греческие рукописи обеих книг подвергались критике и изменениям. В Новом Завете около 20 тысяч строк".

Далее они пишут: „...в Илиаде около 15600 строк. Сомнению подвергается всего 40 строк (около 400 слов) Нового Завета, в то время как для Илиады эта цифра достигает 764 строк. Иными словами, текст Илиады искажён на пять процентов, а текст Нового Завета — всего на половину процента.

Индийский национальный эпос „Махабхарата" дошёл до нас в ещё более искажённом виде. Он примерно в восемь раз длиннее Илиады и Одиссеи вместе взятых, и насчитывает около 250 тысяч строк. Из этого числа искажено около 26 тысяч (10 процентов)".

Бенджамин Уорфилд в своём „Введении в текстологию Нового Завета" цитирует мнение Эзры Аббота, который считал, что 95% разночтений Нового Завета „...встречаются в исключительно малом количестве списков, хотя и существуют; что же до 95% остающихся разночтений, то они настолько незначительны, что их включение или исключение не приводит ни к какому существенному изменению смысла тех фрагментов, где они присутствуют".

О подсчёте разночтений Гейслер и Нике пишут следующее: „Заявление о существовании около 200000 разночтений в Новом Завете весьма двусмысленно, ибо они относятся лишь к 10 тысячам мест в Новом Завете. Если искажено правописание одного-единственного слова в 3 тысячах различных мест, мы считаем это тремя тысячами разночтений".

Хотя Филип Шафф имел дело с меньшим количеством списков, чем современные исследователи, в своём труде „Сравнение греческого Нового


Завета с английским переводом" он заключил, что всего 400 из имевшихся 150 тысяч разночтении вели к сомнениям в смысле текста, а из них всего 95 имели существенное значение. Ни одно из разночтений, писал Шафф, не искажало „постулата веры или долга, который не был бы надёжно подкреплён другими несомненными отрывками или всем духом новозаветных учений".

Ф.Хорт, посвятивший изучению рукописей всю свою жизнь, пишет: „Доля слов, которые безо всякого сомнения принимаются всеми читателями, весьма высока и достигает по меньшей мере семи восьмых текста. Вся критика, таким образом, сосредоточивается на остающейся одной восьмой текста, где искажения сводятся в основном к переменам в порядке следования слов и другим сравнительно тривиальным вещам.

Если верны принципы, которым следует это издание, то эту область критики можно резко сузить. Мы полностью признаём необходимость воздерживаться от окончательных решений в тех случаях, когда нельзя предпочесть одно из двух или большего количества разночтений. При этом, если отбросить чисто орфографические разночтения, слова, в значении которых можно сомневаться, составляют всего около одной шестнадцатой всего Нового Завета. В этой второй оценке доля сравнительно тривиальных разночтений неизмеримо больше, чем в первой. Таким образом, количество разночтений, которые можно в том или ином смысле считать существенными, составляет лишь ничтожную долю всех остающихся разночтений и вряд ли составляет более одной тысячной части всего текста".

Комментируя замечания Хорта, Гейслер и Нике пишут: „...лишь около одной восьмой всех вариантов имеют какой-то вес, поскольку большинство их представляет собой разночтения в орфографии или стиле. Таким образом, всего одна шестидесятая часть разночтений подымается над тривиальным уровнем и заслуживает названия „значительных". Математическая оценка показывает, что текст Нового Завета, следовательно, является „чистым" на 98,33%".

Уорфилд смело заявляет, что, согласно фактам. Новый Завет практически целиком дошёл до нас „без искажений или с ничтожными искажениями; и даже о самых искажённых списках можно сказать известными словами Ричарда Бентли, что „подлинный текст авторов Святого Писания достаточно точен; ...не искажён и не уничтожен ни один постулат веры или нравственности... даже при самом неумелом или злонамеренном выборе источника из числа сохранившихся материа­лов..."

Шафф приводит цитаты из Трегеллеса и Скривнера: „В нашем распоряжении такое большое количество списков, помощь нам оказывает столько вариантов, что ни одной опечатки не приходится устранять путём догадок". (Трегеллес, „Греческий Новый Завет", изд-во „Протегомена").

„Богатство наших запасов, — пишет Скривнер, — настолько велико, что оно не только не вызывает сомнений или смущения у подлинно изучающего Святое Писание, но и заставляет его полнее признать общую цельность Нового Завета перед лицом частичных разночтений. Что бы дал вдумчивый читатель Эсхила за такую помощь в преодолении тёмных мест, которые испытывают его терпение и омрачают удовольствие от чтения этого возвышенного поэта!"

Ф.Ф.Брюс в работе „Пергаменты и книги" пишет, что при отсутствии объективных текстуальных данных для исправления очевидных ошибок


„текстолог должен прибегать к искусству исправления путём догадки — искусству, требующему жесточайшей самодисциплины. Исправление должно быть очевидно верным, а кроме того, объяснять, каким образом в текст вкралась ошибка. Иными словами, оно должно быть одновременно „возможным по существу" и „возможным с точки зрения процесса переписывания". Сомнительно, что в Новом Завете есть хотя бы одно разночтение, которое требует исправления путём догадки. Число сохранившихся списков настолько велико, что хотя бы один из многих тысяч свидетелей непременно должен донести до нас верный вариант".

О том, что варианты текстов не вредят христианскому учению, убедительно писал сэр Фредерик Кеньон, один из самых выдающихся специалистов по текстологии Нового Завета: „В заключение следует ещё раз подчеркнуть следующее предостережение: ни один из основополагаю­щих постулатов христианской веры не основан на спорном тексте...

Можно с полной ответственностью утверждать, что текст Библии по сути не даёт повода для разногласий, что особенно верно в случае Нового Завета. Число списков Нового Завета, древних переводов и цитат из него в трудах ранних церковных авторов настолько велико, что мы практически уверены в правильном чтении всех сомнительных отрывков, сохранившихся в том или ином древнем источнике. Этого нельзя сказать ни о какой другой древней книге в мире.

Учёные вполне уверены, что они располагают практически верным текстом произведений главных греческих и римских авторов, скажем, Софокла, Фукидида, Цицерона или Виргилия. В то же время наши сведения об этих писателях основаны на крайне малом количестве рукописей, между тем, как насчитываются сотни и тысячи списков Нового Завета".

Глисон Арчер, отвечая на вопрос об объективных свидетельствах, показывает, что разночтения или ошибки в передаче текста не влияют на Божественное откровение:

„Внимательное изучение вариантов (разночтений) в различных древних рукописях показывает, что ни один из них не влияет ни на одно из учений Писаний. Система духовной истины, содержащаяся в классическом древнееврейском тексте Ветхого Завета ни в малейшей степени не изменилась и не пострадала от обнаружения разночтений в более древних еврейских рукописях, обнаруженных в пещерах Мёртвого моря и в других местах. Чтобы убедиться в этом, достаточно справиться с перечнем наиболее частых разночтений в издании еврейской Библии Рудольфа Киттеля. Большинство из них явно настолько незначительны, что они не влияют на принципиальное содержание каждого отрывка".

Бенджамин Уорфилд писал: „Сравнивая нынешнее состояние текста Нового Завета с текстом любого другого древнего произведения, мы... должны констатировать его поразительную точность. Благодаря той тщательности, с которой переписывался Новый Завет (несомненно, основанной на подлинном благоговении перед его святыми словами), благодаря Божественному Провидению, возжелавшему во всех веках дать своей Церкви надёжный и точный текст Писаний, Новый Завет не имеет соперников среди других древних произведений не только по чистоте своего текста, сохранившейся при всех переписываниях и употреблении, но и по богатству дошедших до нас свидетельств, исправляющих сравнительно немногочисленные ошибки".

.Издатели так называемого „Исправленного стандартного издания" Библии пишут: „Внимательному читателю будет ясно, что и в 1946 году,


как в 1881 или 1901, ни один постулат христианского учения не подвергся пересмотру по той простой причине, что ни одно из нескольких тысяч разночтений в рукописях не потребовало такого пересмотра".

Б.Х.Стритер считает, что благодаря изобилию текстуального материала, касающегося Нового Завета, „степень уверенности в том, что... этот текст дошёл до нас в надёжном виде. исключительно высока".

В „Истории Библии" Фредерик Кеньон продолжает: „Отрадно, в конце концов, обнаружить, что общим итогом всех новых находок рукописей и исследовательской работы стало укрепление доказательств подлинности Писаний и нашей уверенности в том, что мы располагаем цельным и истинным Словом Божиим".

Профессор Йельского университета Миллар Берроуз говорит: „Ещё одним результатом сравнения греческого языка Нового Завета с языком папирусов стало укрепление уверенности в том, что сам текст Нового Завета был переведен правильно".

Берроуз пишет также, что тексты Нового Завета „передавались с такой замечательной точностью, что не должно быть никаких сомнений, касающихся заключённого в них учения".

Таким образом, следует логический вывод в том, что с точки зрения рукописных свидетельств Новый Завет по своей достоверности значительно превосходит любые другие памятники древности.

ХРОНОЛОГИЯ ВАЖНЕЙШИХ РУКОПИСЕЙ НОВОГО ЗАВЕТА

Процесс датировки. Возраст рукописей определяется, среди прочего, по следующим признакам:

1. Материалы

2. Размер и форма букв

3. Пунктуация

4. Членение текста

5. Украшения

6. Цвет чернил

7. Фактура и цвет пергамента

Наиболее древний сохранившийся фрагмент Нового Завета представляет собой рукопись Джона Ржйлянда (130 г.), хранящуюся в библиотеке имени Джона Райланда в английском городе Манчестере. „Возраст этого списка, место его находки (Египет), не которое удаление от традиционного места написания (Малая Азия) — всё это заставляет нас признать, что данный отрывок из Евангелия от Иоанна подтверждает общепринятое мнение о времени написания этого Евангелия, т.е. конец I века".

Брюс Метцгер пишет о выдвигавшихся некогда аргументах критиков Евангелия: „Если бы этот небольшой отрывок был известен в середине прошлого века, он полностью опроверг бы мнение школы критиков Нового Завета, вдохновлённой блестящим профессором Тюбингенского университета Фердинандом Кристианом Бауром и утверждавшей, что Евангелие от Иоанна было написано не ранее 160 г."


II папирус Бодмера (150-200 г.), находящийся в Бодмеровской библиотеке мировой литературы, содержит большую часть Евангелия от Иоанна.

По мнению Брюса Метцгера, эта рукопись была „самым важным списком Нового Завета, открытым со времени приобретения папирусов Честера Битти..."

В своей статье „О датировке II папируса Бодмера", помещённой в 1960 году в „Учёных записках Австрийской Академии Наук", Херберт Хунгер, директор коллекции папирусов венской Национальной Библиотеки, относит эту рукопись к ещё более раннему периоду — к середине, если не к первой половине II века.

Папирусы Честера Битти (200 г.) хранятся в Музее Честера Битти в Дублине, а также в Мичиганском университете. Это собрание состоит из рукописей на папирусе, три из которых — крупные фрагменты Нового Завета.

В книге „Библия и современная наука" сэр Фредерик Кеньон пишет:

„Конечным результатом этого открытия — которое остаётся самым важным с момента обнаружения Синайского кодекса — было сужение временного промежутка между древними рукописями и традиционной датировкой произведений Нового Завета до такой степени, что этот промежуток перестал играть какую бы то ни было роль в спорах о подлинности Евангелия. Такого огромного количества древних списков нет ни для одной античной книги, и ни один непредвзятый исследователь не станет оспаривать подлинности дошедшего до нас текста Нового Завета".

Слово диатессарон означает „гармония четырёх частей" и происходит от греческого выражения, буквально переводящегося как „через четыре". Четыре Евангелия были объединены Татианом около 160 г.

В своей „Церковной истории" Евсевий пишет: „...Их бывший наставник Татиан составил сочетание Евангелий, и дал ему имя „Диатессарон"... оно ещё сохранилось в некоторых местах". Полагают, что Татиан, христианин ассирийского происхождения, был первым, составившим четырёхчастное Евангелие; до наших дней дошли только небольшие фрагменты этой книги.

Ватиканский кодекс (325-350 гг.) находится в библиотеке Ватикана и содержит почти весь текст Библии.

Синайский кодекс (350 г.) хранится в Британском музее. Эта рукопись, содержащая почти весь текст Нового Завета и более половины текста Ветхого Завета, была открыта доктором Константином фон Тишендорфом в монастыре на горе Синай в 1844 году, передана монастырём в подарок русскому императору в 1859 г., а на Рождество 1933 года куплена у Советского Союза правительством и народом Великобритании за 100 тысяч фунтов стерлингов.

Поразительна история открытия этой рукописи, о которой пишет Брюс Метцгер:

„В 1844 году, когда ему ещё не исполнилось тридцати, приват-доцент Лейпцигского университета Тишендорф отправился в продолжительное путешествие по Ближнему Востоку в поисках библейских рукописей. Во время посещения монастыря Св. Екатерины на горе Синай он случайно заметил какие-то листы пергамента, лежащие в корзине среди других бумаг, предназначенных для монастырской печи. Исследовав пергамент, он убедился, что имеет дело с копией Септуагинты, одного из вариантов Ветхого Завета, написанной древнегреческим письмом. Он извлёк из


корзины не больше не меньше как сорок три таких листа пергамента, причём мрнах между делом сообщил ему, что две таких корзины бумаг уже успели погибнуть в печке. Когда Тишендорфу показали другие фрагменты той же рукописи, содержавшие всю книгу Исаии. а также 1 и 2 книги Маккавеев, он не смог не сказать монахам, что рукописи эти слишком ценны, чтобы использовать их на топливо. Те сорок три листа. которые ему позволили увезти с собой, содержали фрагменты 1 книги Паралипоменон, книги пророка Иеремии, Неемии и книгу Есфирь: по возвращении в Европу он передал их библиотеке Леипцигского университета, где они хранятся и по сей день. В 1846 году он опубликовал их содержание, назвав рукописи кодексом Фредерика Августа, по имени своего государя и покровителя, короля Саксонии".

В свой второй приезд в монастырь в 1853 году Тишендорф нс обнаружил никаких новых рукописей: восторги исследователя при первом посещении монастыря вызвали у монахов некоторое подозрение. В 1859 году он приехал в монастырь в третий раз, под покровительством Императора Александра Второго. Незадолго до отъезда учёный подарил отцу-настоятелю монастыря экземпляр „Септуагинты", опубликованный им в Лейпциге. „Настоятель заметил, что у него тоже есть копия „СептуагинтьГ, и извлёк из шкафчика в своей келье рукопись, завёрнутую в красную ткань. Перед потрясённым учёным лежало сокровище, о встрече с которым он мог только мечтать. Скрывая свои чувства, Тишендорф попросил разрешения вечером взглянуть на рукопись поближе. Это разрешение ему дали. и возвратившийся к себе Тишендорф провёл всю ночь за восторженным изучением рукописи. Как записал он в своём дневнике (который вёлся, как и положено дневнику учёного, на латыни), „спать казалось настоящим святотатством". Вскоре Тишендорф обнаружил, что документ содержал куда больше материала, чем он мог ожидать: там была не только большая часть Ветхого Завета, но и отлично сохранившийся Новый Завет с прибавлением двух раннехристианских работ II века: Послание Варнавы, которое было до тех пор доступно лишь в плохом латинском переводе, а также крупного фрагмента „Гермасского пастыря", известного лишь по своему названию".

Александрийский кодекс (400 г.) хранится в Британском Музее. Согласно Британской энциклопедии, он был написан по-гречески в Египте. Он содержит почти весь текст Библии.

Кодекс Ефрема (400-410 г.) хранится в Национальной Библиотеке в Париже. Британская энциклопедия пишет, что „его принадлежность к V веку и те сведения, которые он содержит, делают его важным источником текста определённых фрагментов Нового Завета".

В этой рукописи содержатся все книги Библии за исключением 2 Послания к Фессалоникийцам и 2 Послания Иоанна.

Кодекс Безы (позже 450 г.) хранится в библиотеке Кембриджского университета и содержит Евангелия и Деяния Апостолов не только по-гречески, но и по латыни.

Вашингтонский кодекс  или Фресриканский (около 450-550 гг.) содержит текст четырёх Евангелий.

Кларомонтанскмй кодекс (500-510 г.) — двуязычная рукопись. содержащая Послания Павла.


РАЗЛИЧНЫЕ ВАРИАНТЫ РУКОПИСЕЙ КАК ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ИХ ДОСТОВЕРНОСТИ

Точность и надёжность текстов подтверждается также различными древними вариантами. Как правило, древняя литература редко переводилась на другие языки.

С момента своего зарождения христианство было миссионерской верой.

Древнейшие варианты Нового Завета были составлены миссионера­ми, которые стремились облегчить распространение христианской веры среди говоривших на сирийском, латинском и коптском языках.

Сирийские и латинские варианты (переводы) Нового Завета появились около 150 г., т.е. через весьма небольшой промежуток времени после

оригиналов.

 

Существует более 9000 рукописных копий различных вариантов Нового Завета

Сирийские переводы

Древнесирийский вариант содержит четыре Евангелия, переписанных примерно в 4 веке. Следует заметить, что сирийским языком обычно называют язык арамейских христиан. Эта рукопись написана своеобраз­ным вариантом арамейского письма.

Феодор из Молсуетский писал (5 век): „Оно было переведено на язык сирийцев".

Версия "Пешитта" означает „простая". Это стандартный сирийский текст, составленный в 150-250 г. До наших дней дошло более 350 списков этой версии, изготовленных в 5 веке.

Палестино-сирийскнй вариант. Большинство учёных относят его к 5 веку (400-450 г.).

Вариант Филоксена (508 г.) — это новый перевод Нового Завета на новый сирийский язык, выполненный Поликарпом для Филоксена, епископа Мабугского.

Вариант гаркельский — перевод, выполненный Фомой из Гаркеля в 616г.


Латинские переводы

Старый латинский перевод. Есть свидетельства, относящиеся к периоду от 4 века до 13 века, что уже в III веке „...по Северной Африке и Европе ходил перевод Нового Завета на латынь..."

Африканский старолатинский перевод. (Баббиенский кодекс) отно­сится к 400 г. По свидетельству Метцгера, „Е.А.Лоу обнаружил палеографические доказательства того, что эта рукопись скопирована с папируса 2 века".

Корбиенский кодекс (400-500 г.) содержит четыре Евангелия.

Кодекс верцеленский (360 г.).

Кодекс палатинский (5 век).

Латинская Вульгата (что означает „общая" или „народная"). Иероним, который был секретарём Дамаса, епископа Римского, выполнил поручение последнего отредактировать латинский перевод Библии в период между 366 и 384 г.

Коптские (египетские) варианты

Ф.Ф. Брюс пишет, что первый египетский перевод Нового Завета появился, по всей видимости, в 3 или 4 веке.

Сахидский вариант. Начало 3 века.

Бохаирский вариант. Редактор (Родалф Кассер) издания этого варианта относит его примерно к 4 веку.

Среднеегипетский вариант. 4 или 5 век.

Другие древние варианты

Армянский (400 г. или несколько позже). Этот вариант, видимо, был переводом греческой Библии константинопольского происхождения. Готский. Четвёртый век.

Грузинский. Пятый век.

Эфиопский. Шестой век.

Нубийский. Шестой век.

Свидетельства ранних отцов церкви о достоверности Библии

Как пишет Британская энциклопедия, „изучивший все рукописи и варианты Нового Завета текстолог ещё не исчерпал всех возможностей ознакомления с текстом. Сочинения ранних отцов церкви нередко содержат отрывки текстов, отличающиеся от той или иной рукописи... эти свидетельства, особенно когда они подтверждают прочтения, установленные по другим источникам, должны приниматься в расчёт текстологами перед тем, как делать свои заключения".

Дж.Харольд Гринли пишет, что цитаты из Писания в работах древних христианских авторов „столь многочисленны, что по ним можно было бы практически восстановить текст Нового Завета, не обращаясь к его рукописям".


Брюс Метцгер подчёркивает вышесказанное по отношению к комментариям, проповедям и т.д., когда пишет, что „в самом деле, эти цитаты столь обширны, что в случае гибели всех остальных источников текста Нового Завета по одним таким цитатам можно было бы восстановить практически весь Новый Завет".

Сэр Дэйвид Дэлримпл начал изучать роль Писания в древних христианских сочинениях, когда ему задали следующий вопрос:

„Предположим, что Новый Завет был бы уничтожен, а все его списки погибли к концу третьего века. Можно ли было бы восстановить его по сочинениям отцов церкви второго и третьего веков?"

После продолжительных исследований Дэлримпл пришёл к следующему ответу:

„Взгляните на эти книги. Вы помните вопрос о Новом Завете и отцах церкви? Он возбудил моё любопытство, и поскольку у меня в распоряжении имелись все существующие работы отцов церкви второго и третьего веков, я приступил к соответствующим изысканиям. На данный момент мне удалось отыскать весь Новый Завет за исключением одиннадцати стихов".

Предостережение. В „Библейском справочнике" Джозеф Ангус определяет известные недостатки сочинений отцов церкви:

1. Цитаты иногда не отличаются дословной точностью.

2. Некоторые переписчики были склонны совершать ошибки или вносить в текст сознательные изменения.

Климент Римский (95 г.). Ориген в своей книге „О началах" (кн. 2, часть третья) называет его учеником апостолов.

Тертуллиан в труде „Против ересей" (гл. 23) пишет, что Климент был назначен к своему служению Петром.

Ириней в книге „Против ересей" (кн. 3, гл. 3) говорит, что „проповеди апостольские ещё звучали в ушах его (Климента), и учение апостолов было у него перед глазами".

Он приводит цитаты из:

Матфея             1 Поел. к Коринфянам

Марка               1 Поел. Петра

Луки                  Послания к Евреям

Деяний Апостолов     Послания к Титу

Игнатий (70-110 г.), епископ Антиохийский, погиб мученической смертью. Он хорошо знал апостолов и был учеником Поликарпа. Его семь посланий содержат цитаты из Матфея, Иоанна, Деяний Апостолов, Послания к Римлянам, 1 Послания к Коринфянам, Послания к Ефесянам, Послания к Филиппийцам, Послания к Галатам, Послания к Колоссянам, Послания Иакова, 1 и 2 Послания к Фессалоникийцам, 1 и 2 Послания к Тимофею и 1 Послания Петра.

Поликарп (70-156 г.) принял мученическую смерть в возрасте 86 лет. Он был епископом Смирнским и учеником апостола Иоанна.

Другие отцы церкви, цитировавшие Новый Завет, включают Варнаву (около 70 г.), Гермаса (ок. 95 г.), Татиана (ок. 170 г.) и Иринея (ок. 170 г.).

Климент Александрийский (150-212 г.) приводит 2400 цитат из всех книг Нового Завета, кроме трёх.

Тертуллиан (160-220 г.) был пресвитером церкви в Карфагене. Он цитирует Новый Завет более 7000 раз, причём 3800 цитат из этого числа взяты из Евангелий.


Ипполит (170-235 г.) ссылается на Новый Завет более 1300 раз.

Иустин Мученик (133 г.) боролся с еретиком Маркионом.

Ориген (185-253 или 254). Этот горячий проповедник Евангелия написал более 6000 работ, в которых содержится более 18000 цитат из Нового Завета.

Киприан (ум. 258 г.), епископ Карфагенский, использует около 740 цитат из Ветхого Завета и 1030 из Нового Завета.

Как справедливо заключают Гейслер и Нике, „здесь достаточно краткого подсчёта, чтобы убедиться, что ещё до Никейского собора (325 г.) Новый Завет цитировался около 32 тысяч раз, причём эта цифра далеко неполна. Более того, она не включает цитат, приводимых авторами 4 века. Добавив только число ссылок на Новый Завет у одного автора — Евсевия, — который писал в эпоху Никейского собора и до него, мы доведём общее число цитат более чем до 36 тысяч".

К вышеперечисленным авторам можно добавить Августина, Лайтанция, Иоанна Златоуста, Иеронима, Гая Романа, Афанасия, Амвросия Миланского, Кирилла Александрийского, Ефрема Сирина, Хилария из Пуатье, Григория Нисского и др.

Лео Джеганэи пишет о цитировании Нового Завета отцами церкви следующее: „Среди значительного количества неопубликованных материалов, оставленных Дином Бергоном после своей смерти, следует отметить его указатель цитат из Нового Завета, употреблявшихся отцами церкви. Он состоит из шестнадцати пухлых томов, хранящихся в Британском Музее и содержащих 86 тысяч 489 цитат".

ЦИТАТЫ НОВОГО ЗАВЕТА У ДРЕВНИХ ОТЦОВ ЦЕРКВИ

АВТОР

.Еван. Д.А.

П.Пав.

Соб.

Откр.

Всего

Иустин Мученик

268

10

43

6

3 /266 отс./

330

Ириней

1038

194

499

23

65

1819

Климент Алекс.

1017

44

1127

207

11

2406

Ориген

9231

349

7778

399

165

17922

Тертуллиан

3822

502

2609

120

205

7258

Ипполит

734

42

387

27

188

1378

Евсевий

3258

211

1592

88

27

5176

ВСЕГО:                       19368   1352         14035                  870            664                36289

 

Подтверждение достоверности рукописей лекционарами

Этим вопросом исследователи занимались крайне недостаточно. И в то же время второй по значению группой греческих рукописей Нового Завета являются лекционары.

Брюс Метцгер следующим образом описывает происхождение лекционаров: „Следуя обычаю, принятому в синагогах, согласно 'которому отрывки из Законов и Пророков читались на службе каждый день субботний, христианская церковь также приняла практику чтения


отрывков из книг Нового Завета на церковных собраниях. Развилась целая система таких отрывков из Евангелий и Посланий, а затем возник обычай располагать их в определённом порядке, согласно воскресеньям и другим церковным праздникам христианского года".

Метцгер пишет далее, что каталогизировано 2135 таких собраний отрывков, большинство из которых до сих пор ждёт текстологического анализа.

Харолд Гринли, сообщает, что „наиболее древние отрывки из лекционаров относятся к шестому веку, в то время как полные списки — к восьмому веку и позже".

Лекционары обычно были весьма консервативны. В них использовался древнейший текст, что делает их текстологически незаменимыми.

Библиографические доказательства достоверности Ветхого Завета

В случае Ветхого Завета мы не располагаем такими обильными рукописными свидетельствами, как с Новым Заветом. Вплоть до недавнего открытия свитков Мёртвого моря, наиболее древний список Ветхого Завета на иврите относился к 900 г. от Р.Х. Это соответствует промежутку времени между оригиналом и списком в 1300 лет (еврейский Ветхий Завет был завершен около 400" г. до Р.Х.). На первый взгляд Ветхий Завет может показаться не более достоверным, чем любой другой образчик древней литературы.

В пещерах Мёртвого моря было обнаружено значительное число рукописей, отнесенных учёными к эпохе до Рождества Христова.

Сравнивая и анализируя известные факты, мы обнаруживаем убедительнейшие причины считать дошедшие до нас рукописи Ветхого Завета исключительно достоверными. Мы видим, как писал об этом сэр Фредерик Кеньон, что „христианин может взять в руки всю Библию целиком и без страха и сомнения сказать, что он держит истинное Слово Божье, без потерь передававшееся от одного поколения к другому в течение многих веков".

Для того, чтобы убедиться в уникальной достоверности Писания, следует прежде всего изучить ту огромную тщательность, с которой переписчики копировали рукописи Ветхого Завета.

Талмудисты (100-500 г. от Р.Х.)

В течение этого периода огромные усилия были потрачены на систематизирование гражданских и ортодоксальных законов древних евреев. Талмудисты разработали весьма изощрённую систему переписывания синагогальных свитков.

Сэмюел Дейвидсон описывает пункты   устава талмудистов, касающиеся Ветхого Завета. Эти подробные установления (здесь будет использована нумерация, принятая Гейслером и Никсом) заключались в следующем: „I. Синагогальный свиток должен быть написан на шкурах чистых животных. 2. Эти шкуры выделываются для синагоги евреем. 3. Они скрепляются вместе сухожилиями чистых животных. 4.


На каждом куске пергамента должно находиться определённое количество столбцов, постоянное на продолжении всей рукописи. 5. Длина каждого столбца не должна быть менее 48 и более 60 строк, каждая строка должна содержать 30 букв. 6. Все слова в рукописи должны располагаться по линейке, и если три слова написаны неровно, то рукопись считается негодной. 7. Чернила должны быть только чёрными, а не красными, зелёными или какого бы то ни было иного цвета, и приготовлены согласно определённому рецепту. 8. Переписчик не должен ни в чём отклоняться от оригинала, представляющего собой аутентичную копию. 9. Ни одного слова, ни одной буквы, даже йоты не должно писать по памяти, не смотря на лежащую перед ним рукопись... 10. Между любыми двумя согласными должно оставаться пространство, равное толщине волоса или нити. 11. Между любыми двумя абзацами должно оставаться пространство шириной в девять согласных, а, 12. между книгами — шириной в три строки. 13. Пятая книга Моисеева должна оканчиваться полной строкой, хотя с другими книгами это необязательно. 14. Кроме того, переписчик должен работать в полной традиционной еврейской одежде, 15. вымыв всё своё тело, 16. не начинать писать имени Бога, только что обмакнув перо в чернила, и, наконец, 17. если царь обратится к нему, когда он пишет это имя, писец должен не обратить на него никакого внимания".

Дэвидсон добавляет, что „свитки, в которых не выполнены эти правила, должны были закапываться в землю или сжигаться, либо передаваться в школы для использования в качестве учебников".

Почему до нас дошло сравнительно мало древних рукописей Ветхого Завета? Учитывая строгость и точность правил для переписчиков, само отсутствие древних списков доказывает надёжность тех, что сохранились до наших дней.

Глисон Арчер сравнивает расхождения в списках древнееврейского текста Ветхого Завета с разночтениями такого памятника до­христианской литературы, как египетская Книга Мёртвых. Он приходит к выводу, что рукописи Ветхого Завета отличаются поразительным единообразием, и пишет следующее:

„Несмотря на то, что два списка книги Исаии, обнаруженные в 1 Кумранской пещере близ Мёртвого моря в 1947 году, были на тысячу лет старше, чем наиболее древняя из ранее известных рукописей (980 г. от Р.Х.), более 95% из текста дословно совпало с канонической древнееврейской Библией, дошедшей до наших дней. Остающиеся 5% разночтений заключались преимущественно в описках и расхождениях в правописании. Даже те, обнаруженные близ Мёртвого моря отрывки из Второзакония и книги Самуила, которые указывали на существование группы рукописей, отличных от тех, что послужили источником нынешнего еврейского текста, не содержали никаких расхождений в постулатах веры или учениях, и никоим образом не влияли на содержание откровений".

Талмудисты были настолько уверены в точности изготовленных рукописных копий, что считали новый список равносильным оригиналу.

Фредерик Кеньон в книге „Наша Библия и древние рукописи" останавливается на этой уверенности, приводившей к уничтожению более древних списков. „Та же исключительная тщательность, с которой относились к переписыванию рукописей, лежит в основе исчезновения более древних копий. Когда рукопись копировалась с точностью, предписанной Талмудом, а затем должным образом проверялась, она


считалась подлинной, обладающей такой же ценностью, как любая другая копия. Если все копии были одинаково „подлинными", возраст не давал одному списку преимущества над другим, и даже напротив: возраст был определённым недостатком, ибо со временем любая рукопись истиралась или повреждалась. Повреждённая или несовершенная копия немедленно признавалась негодной к использованию.

При каждой синагоге имелась так называемая „гениэа", специальный шкафчик, куда помещались повреждённые рукописи; уже в нашу эпоху из этих хранилищ были извлечены некоторые из наиболее древних сохранившихся рукописей. Таким образом, согласно еврейской традиции, более новым спискам отдавалось предпочтение перед более древними, поскольку они были совершеннее и не содержали дефектов. Более древние списки, заточенные в „генизу", естественным образом разрушились — иногда от отсутствия ухода, а иногда намеренно закапывались, когда в „генизе" становилось слишком мало места.

Следовательно, отсутствие древнейших списков еврейской Библии не должно ни удивлять нас, ни беспокоить. Если к вышеупомянутым причинам мы добавим частые преследования евреев (сопровождавшиеся уничтожением их собственности), исчезновение древних рукописей объяснится вполне удовлетворительно, а за оставшимися следует признать, что они содержат именно то, что должны содержать — т.е. масоретский текст Библии".

Масоретский период (500-900 г.)

Масореты (от слова масора, т.е. „традиция") взяли на себя огромный труд по редактированию и стандартизации текста. Центр масоретского движения находился в Тивериаде. Завершённая ими редакция носит название „масоретского" текста. Этот итоговый текст содержит точки, обозначающие гласные звуки, чтобы обеспечить правильное произношение. Масоретский текст — это текст современной еврейской Библии.

Масореты отличались строгой дисциплиной и обращались с текстом „с величайшим уважением, которое можно представить. Они разработали сложную систему, позволявшую бороться с ошибками переписчиков. Например, они подсчитывали количество каждой из букв алфавита в каждой из книг, они нашли буквы, стоящие посередине Пятикнижия и всей еврейской Библии. Делали они и более подробные подсчёты. „Подсчитано было едва ли не всё, что можно было подсчитать", пишет Уилер Робинсон. Они разработали также мнемонические приёмы, облегчавшие запоминание различных цельных отрывков текста".

Как комментирует сэр Фредерик Кеньон, „помимо записывания разнообразных вариантов, традиций и догадок, масореты предприняли целый ряд подсчётов, не входяних в сферу общепринятой текстологии. Они пронумеровали стихи, слова и буквы каждой книги. Они высчитали, какое слово и какая буква находятся посредине каждой книги. Они пронумеровали стихи, содержавшие все буквы алфавита или определённое число букв, и т.д. Мы можем справедливо счесть эту работу тривиальной, однако она обеспечила кропотливое внимание к точности передачи текста. Кроме того. подсчёты эти были выражением, пусть и чрезмерным, уважения к Священному Писанию, и само по себе это не заслуживает ничего, кроме похвалы. Масоретов действительно


волновало, чтобы ни одна точка, ни одна чёрточка, ни одна буква и ни один фрагмент буквы Закона не пропали или не потерялись".

Еврейский историк Иосиф Флавий пишет: „Мы на деле доказали своё преклонение перед нашими собственными Писаниями. Ибо во все долгие века, прошедшие до наших дней, никто не отважился ни добавить, ни убрать, ни изменить в них ни одного слога. С рождения крепок любой иудей в вере, что Писания эти содержат повеления Господа, и, повинуясь им, с радостью готов он отдать за них и жизнь свою. Вновь и вновь претерпевают пленники пытки и гибель на аренах, чтобы не сказать ни единого слова против Законов и священных книг".

Иосиф далее сравнивает иудеев и греков по их уважению к Писаниям и к древней литературе, соответственно. „Какой грек готов претерпеть столько за такое же дело? Даже во имя спасения всех книг своего народа от уничтожения он не примет ни малейшего себе вреда. Ибо для греков их книги — всего лишь рассказы, возникшие благодаря вольному воображению авторов, и оценивая таким образом даже труды древних историков, они вполне правы, ибо видят, как иные из их современников отваживаются описывать события, в которых они не участвовали, не беря на себя труда обратиться к тем, кто действительно знает о происходившем".

Цитаты и комментарии о достоверности Ветхого Завета

В своих блестящих комментариях Роберт Дик Уилсон говорит о том, что надёжность и достоверность Священного Писания распространяется и на Ветхозаветные времена: „В 144 случаях древнегреческой транслитерации египетского, вавилонского и моавитского языков и в 40 случаях противоположной транслитерации (в общей сложности в 184 случаях), факты показывают, что за период от 2300 до 3900 лет собственные имена в еврейской Библии передавались с чрезвычайной точностью. То, что первые писцы копировали эти имена так близко к верным филологическим принципам, является замечательным доказательством тщательности и учёности этих переписчиков. Более того, передача еврейского текста переписчиками в течение такого большого количества веков — это явление небывалое в истории литературы".

Уилсон добавляет к этому следующее: „В период с 2000 г. до Р.Х. по 400 г. по Р.Х. жило около сорока царей. Все они появляются в Библии в хронологическом порядке, причём со ссылками на царей той же страны и царей других стран... трудно представить себе более надёжное доказательство точности ветхозаветных записей, чем эта коллекция царей. С точки зрения математики, вероятность того, что эта точность случайна, составляет один шанс из 750.000.000.000.000.000.000.000".

Из этих свидетельств Уилсон делает следующий вывод:

„Невозможно отрицать доказательств того, что исходные документы передавались от поколения к поколению в течение 2000 лет практически с абсолютной точностью. И то, что 2000'лет назад с такой же точностью переписывались оригиналы этих документов, не просто возможно, но, как мы показали, более чем вероятно. Об этом говорят аналогии с вавилонскими документами, которые имеются в нашем распоряжении, в виде как оригиналов, так и списков, разделённых промежутком в


несколько тысяч лет, а также десятками папирусов, которые при сравнении с современными изданиями классиков показывают, что за 2000 лет в текст вкрадывались лишь незначительные изменения. Ещё одно веское доказательство носит научный и очевидный характер — это та точность, с которой в древнееврейском тексте переданы имена царей и многочисленные иностранные термины".

Ф.Ф.Брюс подчёркивает, что „состоящий из согласных текст древнееврейской Библии, который отредактировали масореты, дошёл до них с поразительной точностью от времен почти тысячелетней давности".

У ильям Грин заключает, что „можно смело утверждать, что ни один другой древний труд не переписывался с такой точностью".

Говоря о точности передачи текста Ветхого Завета, Аткинсон, заместитель директора библиотеки Кембриджского университета, называет её „едва ли не чудом".

Равви Акиба (2 век от Р.Х.), один из подвижников сохранения текста Библии, говорил, согласно некоторым источникам, что „точная передача текста („масорет") есть стена, защищающая Тору".

Древнееврейский текст

Каирский кодекс (895 г.) хранится в Британском музее. Он был изготовлен масоретской семьёй Моисея бен Ашера; содержит тексты как древних, так и новых пророков.

Ленинградский кодекс пророков (916 г.) содержит книги Исаии, Иеремии, Иезекииля и двенадцати малых пророков.

Наиболее древней полной рукописью Ветхого Завета является Вавилонско-Петрополитский кодекс, (1008 г.), хранящийся в Ленинграде. Он был изготовлен по исправленному тексту Равви Аарона бен Моисея бен Ашера до 1000 г. по Р.Х.

Алеппский кодекс (900 г. или несколько позже) — одна из наиболее ценных рукописей Ветхого Завета. Одно время он считался потерянным, но в 1958 году был обнаружен вновь, правда в несколько повреждённом виде.

Кодекс Британского Музея (950 г.) содержит отрывки из начальной части Библии — от книги Бытия до Второзакония включительно.

Рейхлинский кодекс пророков (1105 г.) был изготовлен масоретом бен Нафтали.

Свитки Мёртвого моря, как доказательство надёжности Ветхозаветных Писаний

Один из самых серьёзных вопросов библейской текстологии был впервые задан сэром Фредериком Кеньоном. „Является ли этот древнееврейский текст, который мы называем масоретским, и который, как мы показали, восходит к тексту, составленному около 100 г. от Р.Х., точным воспроизведением того древнееврейского текста, который был написан авторами книг Ветхого Завета?"

Свитки Мёртвого моря дают на этот вопрос недвусмысленный положительный ответ.

Перед открытием свитков Мёртвого моря ещё имелось место для сомнений в точности дошедших до нас списков по сравнению с текстами


1 века, поскольку нынешние тексты были результатами многократного переписывания.

Что же такое свитки Мёртвого моря?

Свитки эти состоят примерно из 40 тысяч отрывков текста, по которым было восстановлено более 500 книг.

Среди них — множество не относящихся к Библии книг и отрывков, проливающих свет на жизнь религиозной общины в Кумране. Такие работы, как „Документы садокитов", „Устав общины" и „Наставление к послушанию" помогают нам понять цель и ежедневную жизнь в Кумране. В некоторых пещерах были найдены ценные комментарии к Священному Писанию.

Как были найдены свитки Мёртвого моря?

Здесь мне хотелось бы процитировать Ральфа Эрла, который живо и полно описывает историю открытия свитков Мёртвого моря:

„История этого открытия стала одной из самых захватывающих легенд современности. В феврале или марте 1947 года некий бедуинский мальчик-пастух по имени Мухаммед искал потерявшуюся козу. Бросив камень в расщелину скалы на западном берегу Мёртвого моря, милях в восьми к югу от Иерихона, он, к своему удивлению, услышал звук бьющейся глиняной посуды. Он залез в расщелину и обнаружил потрясающее зрелище. На полу пещеры стояло множество больших сосудов, в которых находились обернутые в льняное полотно кожаные свитки. Поскольку сосуды были тщательно запечатаны, свитки сохранились в отличном состоянии почти 1900 лет (Они были помещены в пещеру, очевидно, в 68 г. по Р.Х.).

Пять свитков из числа найденных в пещере 1, как её стали называть, были приобретены архиепископом сирийского православного монастыря в Иерусалиме. Ещё три свитка купил профессор Сукеник из Еврейского университета в Иерусалиме.

Открытие свитков поначалу не произвело никакой сенсации. В ноябре 1947 года, через два дня после покупки трёх свитков и двух сосудов, профессор Сукеник записал в своём дневнике: „Возможно, что это одна из величайших находок в истории Палестины, находка, на которую едва можно было надеяться". Однако эти слова в то время не были опубликованы.

К счастью, в феврале 1948 года архиепископ, не владевший Древнееврейским языком, позвонил в Американский институт востоковедения в Иерусалиме, чтобы сообщить о свитках. По удачному совпадению, исполняющим обязанности директора института в то время был молодой учёный по имени Джон Тревер, отлично владевший искусством любительской фотографии. Он усердно и тщательно псрефотографировал каждую колонку свитка книги Исаии, длиной в 7 метров 30 сантиметров и шириной в 25 сантиметров. Он сам проявил пластинки и послал несколько отпечатков авиапочтой в университет Джонса Хопкинса доктору У.Ф.Олбрайту, общепризнанному старейшине американских археологов — специалистов по Библии. В своём ответе, также посланном авиапочтой, Олбрайт писал: „От всего сердца поздравляю с величайшим открытием древних рукописей, сделанным в наши дни! ...Какая абсолютно невероятная находка! К


счастью, не может быть и тени сомнения в подлинности этих рукописей". Он отнёс находку примерно к 100 году до Р.Х."

Тревер приводит ещё одну цитату из Олбрайта: „Несомненно, что шрифт этих рукописей древнее, чем в Нэшском папирусе... Я предпочёл бы датировать их примерно 100 г. до Р.Х.".;

Значение свитков Мёртвого моря

Древнейшие списки полного древнееврейского текста Библии относились к 900 г. от Р.Х. и позже. Как можно было не сомневаться в точности передачи их текста со времён Христа, т.е. с 32 г.? Благодаря археологии и свиткам Мёртвого моря, у нас появилась необходимая уверенность. Один из обнаруженных свитков представляет собой полный древнееврейский текст книги Исаии. Учёные-палеографы относят его примерно к 125 г. до Р.Х. Эта рукопись более чем на 100лет старше любой из ранее известных.

Главное значение этого открытия в том, что текст свитка Исаии (125 г. до Р.Х.) оказался практически идентичным масоретскому тексту (916 г. от Р.Х.), что доказывает поразительную точность, с которой в течение 1000 лет с лишним переписывалась Библия.

„Из 166 слов в 53 главе Исаии под вопросом находится всего 17 букв. Десять разночтений из этого числа носят орфографический характер, и не влияют на смысл. Ещё четыре буквы относятся к незначительным стилистическим вариациям (таким, как наличие союзов). Наконец, оставшиеся три буквы образуют слово „свет", добавленное в стихе 11 и не слишком меняющее смысл текста. Более того, в пользу присутствия этого слова говорит Септуагинта. Таким образом, в главе, состоящей из 166 слов, обнаружилось лишь одно слово из трёх букв, почти не меняющее смысл отрывка, — и это после тысячи лет переписывания текста".

Ф.Ф.Брюс пишет: „Неполный свиток книги Исаии, обнаруженный одновременно с первым в 1 Кумранской пещере и получивший название „Исаия Б", обнаруживает ещё более тесное сходство с масоретским текстом".

Глисон Арчер указывает, что списки книги Исаии, которыми пользовалась Кумранская община, „оказались дословно идентичными современному тексту Библии более чем на 95%. Оставшиеся 5% состоят главным образом из очевидных описок и расхождений в правописании".

Миллар Барроуз, которого мы цитируем по Гейслеру и Никсу, заключает: „Настоящее чудо, что на протяжении примерно тысячи лет этот текст претерпел так мало изменений. Как я писал в своей первой статье об этом свитке, „в этом заключается его главное значение, поддерживающее верность масоретской традиции".

Септуагинта, как свидетельство подлинности древнееврейского текста Библии

Рассеяным по всему свету евреям требовалось Писание на наиболее распространённом языке той эпохи. Септуагинта (это слово означает „70" и обычно сокращается е помощью римских цифр LXX — это название, которое было дано греческому переводу древнееврейских Писаний, выполненному при египетском фараоне Птолемее Филадельфе (285-246 г. до Р.Х.).


Ф.Ф.Брюс даёт интересную версию происхождения этого названия. Говоря о письме, написанном якобы около 250 г. до Р.Х. (на самом деле, видимо, чуть раньше 100 г. до Р.Х.) Аристеем, придворным фараона Птолемея, своему брату Филократу, Брюс пишет:

„Птолемей был известным Покровителем литературы. Именно при нём была основана великая Александрийская библиотека, которая на протяжении 900 лет оставалась одним из культурных чудес света. В письме идёт речь о том, что Деметрий из Фалерума, о котором пишется, что он был библиотекарем Птолемея, заинтересовал фараона еврейскими законами и посоветовал ему послать делегацию к первосвященнику Елеазару в Иерусалим. Первосвященник выбрал в качестве переводчиков по шесть старейшин из каждого из двенадцати колен Израилевых и послал их в Александрию, вручив им особо точный и красивый пергамент с текстом Торы. Старейшинам оказали королевский приём. Доказав свою мудрость в спорах, они поселились в доме на острове Фарос (на котором располагался знаменитый маяк), где за семьдесят два дня завершили труд по переводу Пятикнижия на греческий язык, после обсуждений и сравнений разработав взаимно согласованный текст.

Текст Септуагинты весьма близок к масоретскому тексту (916 г.), дошедшему до наших дней. Это помогает удостовериться в точности передачи Библии в течение 1300 лет. Наибольшие расхождения между Септуагинтой и масоретским текстом наблюдаются в книге пророка Иеремии.

Септуагинта, а также цитаты из Писаний в апокрифических книгах (Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова, Книга Праздников и др.) свидетельствуют, что современный древнееврейский текст практически не отличается от текста 300 г. до Р.Х.

В своей исключительно полезной книге „Общее введение в Библию" Гейслер и Нике перечисляют четыре важные заслуги Септуагинты. „I. Находясь в пользовании у евреев Александрии, она сокращала разрыв между народами, говорившими по-древнееврейски и по-гречески. 2. Септуагинта послужила мостом через историческую пропасть между Ветхим Заветом евреев и грекояэычными христианами. которые использовали её со своим Новым Заветом. 3. Она послужила прецедентом для миссионеров, стремившихся переводить Писания на различные языки и диалекты. 4. Совпадение текста Септуагинты с текстом еврейской Библии имеет огромное текстологическое значение".

Ф.Ф.Брюс приводит несколько причин, по которым евреи потеряли интерес к Септуагинте:

1. „...О 1 века от Р.Х. и далее она была принята христианами в качестве их версии Ветхого Завета и ' широко использовалась для распространения и защиты христианской веры".

2. „Другой причиной, по которой евреи потеряли интерес к Септуагинте, было то, что приблизительно в 100 г. от Р.Х. еврейские учёные установили стандартный древнееврейский текст Писаний..."

Самаритянский текст

Этот текст, содержащий Пятикнижие, важен для определения разночтений. Брюс отмечает, что „расхождения между самаритянским текстом и масоретским (916 г. от Р.Х.) достаточно незначительны по сравнению с широкой областью совпадений".


Таргумы

(Рукописные копии, относящиеся примерно к 500 г. от Р.Х.)

Это слово означает главным образом „толкование". Таргумы представляют собой пересказ Ветхого Завета.

После пленения евреев их язык уступил место халдейскому, и у народа появилась нужда в Писаниях на разговорном языке.

Главными таргумами являются: (1) Таргум Онкеласа (60 г. до Р.Х.) написан, как считают некоторые учёные, Онкеласом, учеником великого еврейского книжника Гиллеля. Он содержит древнееврейский текст Пятикнижия. (2) Таргум Ионафана бен Уэиеля (30 г. до Р.Х.?) содержит исторические книги Библии и книги пророков.

Ф.Ф.Брюс даёт более интересную версию происхождения таргумов:

„Обычай сопровождать публичное чтение Писаний в синагогах устным пересказом на разговорном арамейском языке весьма распространился в заключительные столетия дохристианской эры. Естественно, что по мере того, как древнееврейский язык становился всё менее и менее знакомым простому народу в качестве разговорного языка, возникла необходимость в общедоступном пересказе текста Писаний на языке, который был известен народу и давал возможность понимать читаемое. Служитель, на которого возлагалась эта роль, назывался метургемян (переводчик), а сам пересказ назывался таргумом".

„...Метургеману... не позволялось читать свой пересказ по свитку, чтобы собрание ошибочно не подумало, что он читает подлинные Писания. Очевидно, для вящей точности было установлено впоследствии и такое правило, по которому за один раз позволялось переводить не более одного стиха из Пятикнижия и трёх стихов из Пророков".

„С течением времени эти таргумы были записаны".

Какова ценность таргумов?

В книге „Библия, Слово Божье" Дж.Андерсон говорит об их ценности следующее: „Огромная ценность древнейших таргумов заключается в том, что они подтверждают подлинность древнееврейского текста, доказывая, что в эпоху появления таргумов он был тем же самым, что и в наши дни".

Мишна (200 г. от Р.Х.)

Это слово означает „объяснение, учение". Мишна — это собрание еврейских преданий и устных законов, написанное на иврите и нередко называемое Вторым Законом.

Цитаты из Писаний в Мишне весьма близки к масоретскому тексту и служат добавочным доказательством его надёжности.


Гемары

(Палестинская 200 г. от Р.Х.; Вавилонская 500 г.)

Эти книги — собрание написанных на арамейском языке комментариев к Мишне, также свидетельствующих о надёжности масоретского текста Библии. Мишна вместе с Вавилонской Гемарой составляет так называемый Вавилонский Талмуд, а Мишна с палестинской Гемарой — Палестинский Талмуд.

Мишна + Вавилонская Гемара = Вавилонский Талмуд. Мишна + Палестинская Гемара = Палестинский Талмуд.

Мидраш

(100 г. до Р.Х. — 300 г. от Р.Х.)

Эта книга состоит из учёных исследований древнееврейского текста Ветхого Завета. Цитаты, приводимые в Мидраше, в основном соответствуют масоретскому тексту.

Гексапла (шестикратная)

Изготовленное Оригеном (185-254 г.) собрание Писаний, записанное в шесть колонок, и содержащее тексты Септуагинты, переводов Акиллы, Теодация, Симмаха, древнееврейского текста еврейскими буквами и греческими буквами.

Вместе с работами Иосифа Флавия, Филона, а также садокитскими документами (свитки религиозной общины в Кумране близ Мёртвого моря) Гексапла „свидетельствует о том, что в период с 40 по 100 г. существовал текст Библии, весьма близкий к масоретскому".

ВНУТРЕННИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ПОДЛИННОСТИ ПИСАНИЯ

Необходимость осторожности в критике

О внутренних свидетельствах достоверности Писания Джон Уарик Монтгомери пишет, что литературоведы до сих пор следуют заповеди Аристотеля, провозгласившего, что „критик, покуда у него нет доказательств обратного, обязан признавать правоту за документом, а не за самим собой".

Следовательно, „нужно прислушаться к тому, что говорит сам документ, подвергающийся анализу, и не думать об ошибках или подлоге до тех пор, пока автор сам не скомпрометирует себя противоречиями или известными фактическими неточностями".

Хорн развивает эту мысль, когда пишет: „Подумайте, как много требуется для того, чтобы превратить обнаруженное „затруднение" в оружие против целого учения. Разумеется, для этого требуется куда больше, чем простое наличие противоречия. Во-первых, мы должны быть уверены, что верно поняли данный отрывок и смысл, в котором


употребляются в нём слова или числа. Во-вторых, нужна уверенность в том, что мы располагаем всем доступным материалом по этому вопросу. В-третьих, что никакие дальнейшие открытия, текстологические изыскания и археологические находки не прольют больше на этот вопрос никакого дополнительного света".

„...Трудности не составляют опровержений, — добавляет Роберт Хорн. — Нерешённые проблемы — необязательно ошибки. Эта точка зрения не означает, что область затруднений следует сужать до минимума, однако необходимо видеть их в перспективе. Затруднения следует преодолевать, проблемы существуют для того, чтобы заставлять нас искать более чёткие объяснения. Однако вплоть до того времени, когда у нас в распоряжении будет полное и окончательное освещение всех существующих проблем, мы не имеем права утверждать: „Вот доказанная ошибка, неоспоримое возражение в адрес непогрешимой Библии". Общеизвестно, какое бесчисленное количество „возражений" было полностью опровергнуто с начала нашего века".

Ценность первичных источников

Авторы цитируемых ниже книг были живыми свидетелями описываемого или получили свои сведения от таких свидетелей:

Лука 1:1-4. „Как уже многие начали составлять повествования о совершенно известных между нами событиях, как передали нам то бывшие с самого начала очевидцами и служителями Слова, — то рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил, чтобы ты узнал твёрдое основание того учения, в котором был наставлен".

2 Петра 1:16. „Ибо мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетенным басням последуя, но бывши очевидцами Его величия".

1 Иоанна 1:3. „...О том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами; а наше общение — с Отцем и Сыном Его Иисусом Христом".

Деяния 2:22. „Мужи Израильские! выслушайте слова сии: Иисуса Назорея, Мужа, засвидетельствованного вам от Бога силами и чудесами и знамениями, которые Бог сотворил чрез Него среди вас, как и сами знаете."

Иоанн 19:35. „И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили".

Лука 3:1. „В пятнадцатый же год правления Тиверия кесаря, когда Понтий Пилат начальствовал в Иудее, Ирод был четвертовластником в Галилее, Филипп, брат его, четвертовластником в Итурее и Трахонитской области, а Писаний четвертовластником в Авилинее..."

Деян. 26:24-26. „Когда он так защищался, Фест громким голосом сказал: безумствуешь ты, Павел! большая учёность доводит тебя до сумасшествия. Нет, достопочтенный Фест, сказал он, я не безумствую, но говорю слова истины и здравого смысла: ибо знает об этом царь, пред которым и говорю смело; я отнюдь не верю, чтобы от него было что-нибудь из сего скрыто, ибо это не в углу происходило".

Ф.Ф. Брюс, профессор кафедры изучения и толкования Библии в Манчестерском университете, пишет о ценности Нового Завета в качес 1ве первоисточника:


„Древнейшие проповедники Благой Вести знали ценность... свидетельств очевидцев и постоянно к ним обращались. „Мы свидетели этих событий". — утверждали они с полной уверенностью. Более того, в те давние годы было бы далеко не так легко, как похоже, полагают некоторые авторы, придумать слова и поступки Иисуса Христа. Многие из Его учеников ещё были в живых и могли вспомнить, что происходило на самом деле, а что — нет".

„Добавим, что проповедникам тех времён приходилось иметь дело не только с дружелюбно настроенными свидетелями, но и с противниками, которые тоже знали основные факты служения и смерти Иисуса. Учени ки Христа не могли себе позволить никаких неточностей, не говоря уж о намеренном искажении фактов, ибо немедленно нашлись бы охотники их разоблачить. Напротив, одной из сильных сторон исходных апостольских проповедей было то, что они с уверенностью апеллировали к знанию слушающих, и не только говорили апостолы: „Мы свидетели этих событий", но и „...как и сами знаете..." (Деян. 2:22). А если кто и отклонился бы от фактов любым ощутимым образом, его исправили бы враждебно настроенные свидетели, которые могли находиться среди слушателей".

Полноценный первоисточник

Новый Завет с точки зрения современной науки должен рассматриваться как полноценный первоисточник, относящийся к 1 веку от Р.Х.

КОНСЕРВАТИВНАЯ ДАТИРОВКА

Послания Павла           50-66 г. (Хиберт)

От Матфея       70-80 г. (Хэррисон)

От Марка         50-60 г. (Харнак)

                       58-65 г. (Т.У.Мэнсон)

От Луки           начало             60-х гг. (Хэррисон)

От Иоанна       80-100 г.           (Хэррисон)

ВОЛЬНАЯ (либеральная) ДАТИРОВКА

Послания Павла           50-100 г.           (Кюммель)

От Матфея       80-100 г.           (Кюммель)

От Марка         70 г.     (Кюммель)

От Луки                       70-90 гг.           (Кюммель)

От Иоанна        170г.    (Баур)

90-100 г.          (Кюммель)

 

Уильям Фоксуэл Олбрайт, один из крупнейших библейских археологов в мире, писал:

„Мы уже можем с полной уверенностью утверждать, что более нет никаких серьёзных оснований для отнесения какой бы то ни было книги Нового Завета к периоду позже 80 г. по Р.Х., т.е. на два поколения раньше. чем 130-150 г., дата, на которой настаивают современные радикальные критики Нового Завета".


Ту же мысль он подчёркивает в интервью журналу „Христианство сегодня" 18 января 1963 года: „По моему мнению, все книги Нового Завета написаны крещёнными евреями между сороковыми и восьмидесятыми годами 1 века от Р.Х., а вполне вероятно, что и между 50 и 75 г. от Р.Х."

Олбрайт приходит к следующему заключению: „Благодаря открытиям в Кумране стало ясно, что Новый Завет действительно представляет собой учение Христа и его прямых последователей между примерно 25 и 80 г. от Р.Х., т.е. именно то, чем его ранее считали верующие".

Многие учёные „вольной" (либеральной) школы вынуждены пересматривать свою датировку Нового Завета в пользу более ранних дат. Доктор Джон Робинсон в своей новой книге „Пересмотр датировки Нового Завета" приходит к поразительным выводам. Его исследования показали, что весь' текст Нового Завета был написан до падения Иерусалима, т.е. до 70 г. по Р.Х.

ВНЕШНИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА ПОДЛИННОСТИ ПИСАНИЯ

Подтверждения подлинности

Подкрепляются ли свидетельства достоверности, содержащиеся в самих документах, другими историческими источниками?

Иными словами, какие имеются, помимо самой анализируемой литературы, доказательства её точности, надёжности и подлинности?

Положительные свидетельства небиблейских авторов

В своей „Истории церкви" III.39 Бвсевий сохранил записи Папия, епископа Гираполиса (130 г.), которые Палий записал со слов Старшего (апостола Иоанна):

„И говорил ещё старший так: „Марк, бывший толкователем Петра, точно записывал всё, что он (Пётр) упоминал, все слова и дела Христа, но не в хронологическом порядке. Ибо не был он ни слушателем, ни товарищем Господу; лишь после, как я уже сказал, он следовал за Петром, который приспособлял свои проповеди к обстоятельствам, потому как не ставил задачи собрать все речения Господа. Так что Марк не ошибался, записывая таким образом речи Петра по мере их произнесения; главным для него было не пропустить ничего из услышанного, и не вставить в свои записи ничего ложного".

Папш говорит также о Евангелии от Матфея: „Матфей записывал речения на еврейском (т.е. арамейском) языке".

Ириней, епископ Лиона (180 г.) был учеником Поликарпа, епископа Смирны, а также апостола Иоанна, ив 156 г. принявшего мученическую смерть. Ириней пишет:

„Настолько тверда основа под этими Евангелиями, что даже сами еретики свидетельствуют о них, и, пользуясь этими (текстами), каждый из них пытается создать своё собственное учение". („Против ересей", III).


Четыре Евангелия стали такой неоспоримой реальностью христианского мира, что Ириней говорит о четырёхчастности Евангелия как о столь же общеизвестном и установленном факте, как четыре основных направлениях компаса:

„Ибо поскольку есть четыре стороны света, в котором мы живём, и четыре главных ветра, и поскольку Церковь рассеяна по всей земле, а Евангелие есть столп и основание Церкви и дыхание жизни, то и оно должно естественно иметь четыре столпа, дыша бессмертием со всех четырёх сторон, и возжигая заново жизнь людей. И очевидно, что Слово, зодчий всех вещей, восседающий на херувимах и связывающий весь мир в одно целое, явившись к людям, дал нам Евангелие в четырёхчастном виде, соединив его Духом Святым в одно целое".

„Матфей обнародовал своё Евангелие, — продолжает Ириней, — среди евреев на их родном языке, а Пётр и Павел проповедовали Евангелие в Риме, и основали церковь там. После их ухода (т.е. смерти, которую подавляющее большинство исследователей традиционно относят к временам преследования христиан Нероном, т.е. к 64 г.) Марк, ученик и переводчик Петра, сам записал для нас основы проповедей своего учителя. Лука, последователь Павла, собрал в книгу проповеди своего наставника. После них Иоанн, ученик Господа, который возлежал у Его груди (это ссылка на Иоан. 13:25 и 21:20) сам составил Евангелие, когда проживал в Ефесе, в Азии".

Климент Римский (ок. 95 г.) использовал Писание как надёжный и подлинный документ.

Игнатий (70-110 г.), епископ Антиохии, был замучен за свою веру в Христа. Он знал всех апостолов и был учеником Поликарпа, наставником которого был апостол Иоанн.

В справочни ке „Кто есть кто в истории церкви" Элджин Мойер пишет, что Игнатий сам говорил, что скорее умрёт за Христа, чем станет повелителем всего мира. „Бросьте меня зверям, чтобы через них я смог разделить участь Господа". По историческим сведениям, его действительно бросили на растерзание диким зверям в римском Колизее. Его „Послания" были написаны во время путешествия из Антиохии навстречу мученической гибели.

Вера Игнатия покоилась на точности Библии, и уже этим он свидетельствует о своём отношении к Писанию. Он располагал обширными материалами и свидетельствами, которые доказывали надёжность и достоверность Библии.

Поликарп (70-156 г.), ученик Иоанна, претерпел мученическую смерть в возрасте 86 лет из-за своей самоотверженной преданности Христу и Писанию. Смерть Поликарпа показывает его веру в точность Писания. Примерно в 155 г., во время правления Антонина Пия, местные власти в Смирне начали преследовать христиан. Было замучено несколько сподвижников Поликарпа. Как главу Церкви его тоже приговорили к казни. Когда же Поли карпу предложили отречься и тем самым сохранить жизнь, он, как говорят, ответил: „Восемьдесят шесть лет служил я Ему, и Он не сделал мне никакого зла. Как же я могу поносить своего Царя, который спас меня?" Его сожгли заживо, и так он принял мученическую смерть за веру" Поликарп, безусловно, знал достаточно свидетельств истины.

Иосиф Флавий, иудейский историк.

Разница между Иосифом Флавием и Библией в описании крещения Иоанном Предтечеъ состоит в том, что Иосиф отрицает, что Иоанн


крестил ради искупления грехов, в то время как Библия (Марк 1:4) утверждает обратное. Иосиф Флавий пишет также, что Иоанн был казнён по политическим мотивам, а не потому, что осуждал брак Ирода с Иродиадой. Как указывает Брюс, вполне возможно, что Ирод, поместив Иоанна в темницу, преследовал двоякую цель. Что же до расхождений в толковании крещения, то, по мнению Брюса, Евангелие даёт более правдоподобный рассказ с точки зрения „историко-религиозной". Более того. Евангелие написано раньше, чем книги Иосифа Флавия, и поэтому отличается большей точностью. В то же время в общих чертах рассказ Иосифа Флавия подтверждает библейское описание.

Иосиф Флавий упоминает Иоанна Крестителя. Стиль, которым написан отрывок, исключает всякую возможность влияния христианства. В нём мы читаем следующее:

„После этого некоторые евреи подумали, что армия Ирода погибла от руки Бога, и что это было справедливой карой за казнь Иоанна, называвшегося Крестителем. Ибо Ирод казнил его, хотя тот был праведным мужем, призывавшим евреев к добродетели, справедливости по отношению Друг к Другу, почтительности к Богу и единению в крещении. Он учил, что крещение угодно Господу, если принимать его не для искупления определённых грехов, но для очищения тела, когда душа уже очищена праведностью. И когда другие собрались вокруг него, ибо были тронуты его словами. Ирод испугался, что его власть убеждения людей, будучи столь великой, может повести к бунту, так как они, казалось, были готовы во всём слушать его совета. И вот он решил, что лучше будет схватить его и казнить до того, как вызовет он волнения в народе, чем сожалеть о беспорядках после того, как бунт уже произойдёт. Из-за этих подозрений Ирода Иоанн был в цепях послан в Махаир, крепость, о которой мы говорили выше, и там умерщвлён. Евреи верили, что во имя отмщения за него погибла армия Ирода, ибо Бог хотел наказать этого царя".

Татиан (ок. 170 г.) расположил Писания в определённом порядке, создав первую „гармонию Евангелий" под названием Диатессарон („из четырёх частей").

 

 

 

Hosted by uCoz